Страница 7 из 65
— Не пытайся больше убежать, ладно? — дружелюбно посоветовала рыжая.
Гоша угрюмо кивнул и сел, пытаясь прощупать пальцами затылок.
— Ниндзя вы, что ли?
Данила хмыкнул.
— Вот и познакомились.
Он достал откуда-то потрепанную дорожную сумку и принялся складывать в нее все компьютерные диски подряд. Девушка встала и вопросительно посмотрела на него.
— Берем все. Иди его пойми, что важно, а что нет — мы же не можем торчать здесь весь день и выбирать. Пускай сам потом копается…
— Ладно, — покладисто ответила она. — А с ним что?
Парень глянул на него так, как если бы Гоша был мелким земляным червяком. Пожал плечами.
— Слушай… Это твой прокол и вообще… — он поводил руками в воздухе в поисках подходящих слов. — По твоей части, что ли… Разбирайся с ним сама, а мне пока есть что делать.
И вернулся к сборам. Гоша напрягся. Эта часть их разговора ему не понравилась. Что значит «разбирайся»?
Инга задумчиво посмотрела на него.
— Послушай, котенок…
— Я тебе не котенок, — сердито перебил ее Гоша, чувствуя, как краснеет.
— Ладно, некотенок. То, что тут произошло, не твоего ума дело. И совсем не то, чем кажется.
— Ну да, — хмыкнул Гоша. — Тырите секреты у академика? Он что, шпион, что ли?
Она посерьезнела и снова опустилась на колени рядом с ним.
— Если ты расскажешь полиции правду, тебе не поверят. А еще могут свалить все на тебя, чтоб облегчить себе работу. Зачем тебе эти проблемы? Давай, я подкину тебе правдоподобную версию, и ты вроде как будешь ни при чем.
Гоша опять потрогал шишку на затылке и, к своему стыду, чуть не заплакал от боли.
— А сосед? Что я ему скажу, когда он вернется? Он точно не поверит, ни в какую версию. У него на вранье чутье…
Это была сущая правда. Мэтью Бёрнсу врать было бесполезно — всегда расколет.
— Мы знаем, — улыбнулась Инга. — Но Мэтью здесь больше жить не будет.
Не смотря на улыбку, Гоша почувствовал холод от ее слов, и вниз по его позвоночнику побежали мурашки.
— Это почему еще? — с замиранием в голосе спросил он.
— Потому что Мэтью поедет с нами, — объяснила Инга таким тоном, каким разговаривают с маленькими детьми. — По очень важному делу. Надолго.
— Какому такому де…
Приглушенная трель телефонного звонка перебила его недосказанный вопрос. Данила поднял руку, чтоб все замолчали, полез во внутренний карман куртки и вытащил на свет мобильник. Ткнул в него пальцем, приложил к уху.
— Луговой.
И тут же отстранил телефон от уха и поморщился — так громко из него заверещали.
— Да погоди ты, не ори… — он вслушался в непонятную истерическую галиматью. — Что? Что ты сказала?! Как такое могло…
Инга вопросительно взглянула на него, в ее глаза отразилась тревога.
— Ясно, уже уходим. — отчеканил Данила в телефон, трубка в последний раз взвизгнула и замолкла. Как в замедленном кадре, он сунул телефон обратно в недра куртки. Гоша увидел, как у Инги побелело лицо, и она прижала заметно подрагивающие руки к груди.
— Это то, о чем я думаю?
Данила кивнул.
— Он идет сюда. Унюхал, что на кампусе уже никого нет.
С ним явно что-то происходило. В мягком полуденном свете его скулы будто бы стали выше и заострённее, лицо посерело, потемнело и… Гоша непроизвольно открыл рот… оскалилось?
Инга быстро шагнула к напарнику и крепко взяла его за локоть.
— Не здесь, — она красноречиво указала головой в сторону пленника.
Данила снова кивнул и выдохнул. Гоша, не в силах оторвать взгляда от его изменившегося лица, выдохнул следом. Что бы это ни было, «десантник» опять стал «десантником».
— В любом случае, надо бежать. Мы должны успеть забрать Бёрнса.
Она кинула взгляд на Гошу.
— Что будем делать?
Он покачал головой.
— Ничего. У нас нет времени.
— Но ведь он придет сюда. Жалко мальчишку.
— Предлагаешь его сразу застрелить, чтоб не мучился?
Ага, значит и пушка у них есть. Гоша переводил взгляд с одной на другого и решил, что ему пора вмешаться в разговор о собственной судьбе.
— Да кто придет-то? И вы же вроде решили меня не убивать?
На него явно не обратили внимания.
— Ему это поможет, в некотором роде, а вот нам нет. Мальчик нас видел и знает, что мы хотим сделать. Этот зверь откопает все, что захочет из его мозгов, живых или мертвых, — Инга указала рукой в его сторону.
Как все плохо, подумал Гоша.
— Ладно, — неожиданно согласился Данила. — Повезло тебе, пацан. Поедешь с нами.
Гоша вытаращил глаза.
— Поеду…? Вы ненормальные, да? Мне проект сдавать через три дня…
Инга с жалостью посмотрела на него.
— Мальчик, ты не понял. Не будет никакого проекта. Если ты останешься, в лучшем случае тебя убьют. А в худшем — поработят, используют в каком-нибудь кошмарном ритуале, а потом все равно убьют.
Гоша проглотил слюну. Происходило какое-то явное безумие. Она протянула ему руку.
— Прости, малыш. Но, похоже, без нас тебе не выкарабкаться.
Стараясь выглядеть покладистым, он осторожно кивнул и, ухватившись за теплую ладонь, поднялся на ноги.
— Можно я хоть куртку возьму? Она внизу, в гостиной.
Инга пожала плечами.
— Пойдем.
Ага. Значит, ему не доверяют. И правильно делают. Вот только Инга ему не помеха. Главное улизнуть от этого скоростного гада, а тот как раз принялся обшаривать последний ящик письменного стола.
Вместе с Ингой Гоша вышел в коридор и стал спускаться по скрипучей лестнице вниз — девушка отставала от него на полшага. Он уже прикидывал, сколько секунд у него займет перепрыгнуть через три ступеньки… оказавшись в прихожей, щелкнуть замком… рвануть дверь на себя, перепрыгнуть через порог…
Внезапно Инга обхватила его за плечи, прижала к себе и плотно закрыла ему рот ладонью. От неожиданности Гоша чуть язык не проглотил. Скосив на Ингу глаза, он вопросительно замычал. Она медленно отняла ладонь от его лица и прижав указательный палец к губам, мотнула головой в сторону прихожей.
— Ш-ш…
Заранее чувствуя, как у него леденеют руки, Гоша перевел взгляд, куда она показывала. И еле удержался, чтоб не вскрикнуть.
В радиусе примерно трех метров от входной двери — практически по всей площади прихожей — вопреки законам физики, медленно поднимались и опускались в воздух вещи. Будто кто-то невидимый поднимал по очереди то зонтик, то пару его кроссовок, то ключи с трюмо — рассматривал, вертел в руках… и аккуратно клал на место.
Гоше вдруг совсем расхотелось куда-то убегать, а уж тем более спускаться вниз ради какой-то дурацкой куртки.
Не выпуская его плеча, Инга начала бесшумно отступать, и в тот же момент Гоша отчетливо увидел, как круглая дверная ручка провернулась сначала в одну сторону, потом в другую, и так, из стороны в сторону, закрутилась все быстрее и быстрее, будто с той стороны дверь пытался открыть не разбирающийся в механике замков малолетний ребенок. Как завороженный, несколько секунд он наблюдал за этими поворотами, пока Инга не дернула его за собой. Тут Гошу словно подбросило на волне ужаса, и они оба ринулись обратно на второй этаж, чуть не сбив с ног выходящего из комнаты Данилу. Дорожная сумка уже висела у него за спиной.
Инга в отчаянии схватила его за руку.
— Мы опоздали, он внизу!
Данила ощутимо напрягся, и его глаза, как показалось Гоше, полыхнули желтым.
— Внутри?
— Нет, но он у двери, и морок ему не преграда!
— Быстро! В ход! — он схватил ее за руку и зачем-то потянул к маленькому встроенному шкафу в углу комнаты.
— Нельзя! Ход общий — он узнает, куда мы ушли.
Лицо у Инги было совершенно белым, даже веснушки побелели. От ее страха у Гоши и самого застучали зубы. Кто бы там ни стоял за дверью, он явно был не самый приятный тип.
Данила обнял ее и прижал к себе.
— Успокойся. У него нет в квартире ходов — иначе он уже был бы здесь. И вламываться средь бела дня, почуяв Морок и не зная, что ждет его внутри, он не станет. Ему понадобится минута-две, чтобы тихо разложить замок.