Страница 27 из 65
Лязгая зубами, на четырех лапах пронесся трехголовый пес, подскочил к высокому человеку в капюшоне, кинулся и облизал его всеми тремя языками подряд. Капюшон слетел и обнаружил не голову, а голый череп с облезлой кожей и глазами навыкат. «Череп» засмеялся гулко, будто из пустого колодца, и почесал псину костистым кривым когтем.
— Ничего себе, у вас цены, — Весь в багровых узорах вен, присел на корточки огромный ушастый гоблин в робе, за спиной — рукоятки мечей.
— Какой товар, такие и цены, — невозмутимо отреагировали ее похитители сразу на несколько голосов.
Обернулись на шум — обитатели подземелья, громко обсуждая, пялились на странное существо, явно не из здешних земель — похожее на дерево, только ходячее. Существо осмотрелось, вздохнуло ветвями-лапами и уселось на собственную задницу, как на стул, выставив вперед нижние ветви, будто человек протягивал ноги, отдыхая. Немедленно об эти «ноги» споткнулась благородного вида черноволосая женщина с крысой, примостившейся у нее на плече. Крыса свалилась, сама женщина стала вдруг зеленой, зашипела и швырнула в «дерево» зеленым же огненным шаром, который она произвела из собственной руки. «Дерево» запылало, подскочило и кинулось в бассейн с развалившимися в нем существами, похожими не то на огромных лягушек, не то на маленьких, пупырчатых бегемотов. Вокруг заржали, загоготали и захлопали, дама отряхнула огонь с руки, картинно поклонилась публике и зазвала крысу обратно. На волне всеобщего веселья продавцы кинулись вон из своих палаток, еще активнее зазывать покупателей, еще наглее расхваливать свой товар.
Темный Рынок — так, кажется, звали они это место, куда Лидию привезли в клетке, заманив в фальшивую подсобку в метро. Она не знала, где именно он находится, этот рынок, кроме того, что явно не в мире, в котором жила до сих пор, ни о чем таком не подозревая.
В прохладном воздухе подземелья сновали туда-сюда крупные, оставляющие хвосты светлячки, похожие на кометы, пока один из них не прилип к «решетке», и Лидия не увидела, что это вовсе не светлячок, а человекоподобное, пылающее существо с ногами, руками и прозрачными крылышками, как у стрекозы. К клетке тут же подскочила Настя. Обжигаясь и сдувая пламя, она оторвала существо от паутины и кинула его в пасть, смачно хрустя раздвигающимися в стороны челюстями. Довольная, она показала Лидии большой палец на одной из своих человеческих рук.
В своей истинной — или как они это называли, «Внесторонней» — форме Настя была человеком-пауком. Настоящим человеком-пауком, а не Марвеловским акробатом в маске. Ее тело было покрыто паучьей «шерстью», и четыре остроконечные мохнатые лапы, помимо человечьих рук и ног, нависали у нее за спиной. Изо рта у Насти торчали мерзкие паучьи челюсти, и она могла плеваться паутиной и жалить ядом — в любой из своих форм.
Лидия в очередной раз почувствовала, что ее сейчас стошнит, закрыла глаза и изо всех сил приказала себе проснуться.
— Эй, мы тебя не за пятьсот рублей продаем. Держи глаза открытыми и показывай, что ты в порядке.
Лидия послушно открыла глаза. Она знала продолжение этой угрозы — «А не то опустим цену и продадим на органы».
Сожрав пылающую букашку, Настя вновь обратилась в человека — вероятно, чтобы лишний раз не пугать «товар». Паучьи лапы скукожились и вросли куда-то ей в спину, кожа разгладилась, лицо поглотило страшные челюсти внутрь рта. Присев на корточки, Настя вгляделась в совершенно белое лицо своей пленницы.
— Тебе надо поесть, — решила она и, покопавшись в стоящей рядом сумке — холодильнике, протянула Лидии что-то завернутое в целлофан. — На, держи.
Трясущейся рукой девушка взяла — это была помятая и холодная булка с хот-догом внутри. Отодвинув целлофан, она откусила кусок. Настя, внимательно наблюдавшая за ней, одобрительно закивала.
— Молодец. Хорошо приспосабливаешься. Я всегда ловлю Ясных. У меня к этому делу талант.
Внезапно, она вскочила и, как и все вокруг, склонилась перед кем-то в низком поклоне. Лидия перестала жевать и выглянула из клетки.
Волоча за собой черные крылья, прошел некто в маске на пол-лица, незаинтересованным взглядом окинул палатки. Мощно взмахнув крыльями, взлетел вдруг куда-то в потолочную высь, подняв после себя столб пыли.
Седой человек в смежной с Лидией клетке упал на пол, закрыл голову руками и зашелся в очередном приступе ужаса.
— Не может быть… этого не может быть… все не по-настоящему… не может быть…
Это было все, что он говорил с тех самых пор, как Лидия пришла в себя и обнаружила, что попала в фэнтезийный ад.
— Да пристрелите вы его уже, — брезгливо посоветовали из палатки напротив, с надписью «товары для ведьм» вдоль широкого алого полотна.
Несчастный всхлипывал.
— Это бонус. В придачу к ней, — невозмутимо ответил один из ужасных братьев Насти и показал на Лидию пальцем.
— Кому нужен ваш бонус? Он же с катушек съехал. За него теперь и полтинника не дадут.
— Вот такой остолоп наш Андрюлик, — пожаловалась Настя, встревая в разговор. — Ловит кого ни попадя. У него нюха нет. Это же искусство, а он думает, в татуировках дело.
Она хмыкнула. Еще из одной палатки, с охотой присоединяясь к разговору, вылезла цыганского вида тетка, с обритой налысо головой.
— А чегой-то его не видать, Андрюлика вашего?
Два других брата — кажется, Егор и Денис — расхохотались.
— У нее спроси.
Настя снова усмехнулась, а Денис покрутил головой.
— Скажи спасибо, что он вас не догнал. А то бы тебе и в самом деле не поздоровилось… Так врезать… Он теперь туда и смотреть боится.
Они снова рассмеялись — теперь уже все вместе. Сошедший с ума постепенно затихал — до поры до времени замыкаясь в себе. Лидия прожевала еще один кусок мягкой булки и поняла, что безвкусная еда ее стала соленой от слез.
Настя вдруг замолчала и понюхала воздух. Братья ее и тетка из соседней лавки сделали то же самое, и в мгновение ока все вокруг пришло в движение. Рынок заметался в панике.
— Облава! Облава идет! Открывайте ходы! — закричали со всех сторон.
Настя и трое братьев ее передернулись, снова став мерзкими паукообразными существами, и бросились к клеткам. Одним движением лапы Егор перерезал паутину на клетке сумасшедшего соседа Лидии и волоком вытянул его наружу.
— Ты чего делаешь? — непонимающе уставился на него Денис.
— Вот ты тупой, — удивилась Настя.
Не останавливаясь, Егор объяснил.
— Этого прятать бесполезно — всех выдаст своими воплями… Лицензию-то исчерпали давно…
Настя кинулась помогать. Вдвоем они отволокли несчастного на середину площади, под ноги мечущимся вокруг чудовищам.
— Подальше, подальше…
Придя в себя и увидев, что происходит, седой человек слабо замахал руками, вскочил и куда-то побежал.
Скоро вернувшись, Настя нажала незаметный рычаг в стене, пол под Лидией качнулся и пошел вниз — вместе с ее клеткой и остатками соседней. Настя метнулась следом, прихватив с собой пистолет, фонарь и пару бутылок воды из холодильника. Потолок над ними закрылся, и Лидия услышала, как сверху что-то двигают, очевидно, маскируя вход в подпол.
Настя включила фонарь и приказала:
— Сопли подбери и сиди тихо. Демоны церемонится не будут — сразу сердце вырвут.
Лидия затихла и вытерла слезы подолом футболки, а Настя вытащила откуда-то баллончик, приказала ей закрыть глаза и обрызгала чем-то вонючим, напоминающим запах паучихиного братца, тогда в метро.
— Это чтоб тебя не учуяли, — объяснила она и, к облегчению своей пленницы, снова стала человеком.
В наступившей глухой тишине Лидия слышала, как стучит ее сердце. Откуда — то сверху доносились приглушенные голоса, кто-то ходил туда-сюда прямо у нее над головой, сыпля землей.
— Зачем ты это делаешь? — неожиданно для самой себя спросила Лидия — ее первая полноценная фраза за все время пребывания здесь.
Настя посветила на нее фонариком.
— То есть, из всего, что ты сегодня увидела, тебя интересует, зачем я это делаю? Класс! Ты самая Ясная из всех Ясных, которых я когда — либо ловила.