Страница 2 из 18
Нарвав волшебной травы в саду, вымыла кота и обработала рану. Этот гад пытался царапаться и мявкать, но после слов «Яйца оторву!» успокоился. Зачатки разума точно есть, только проявляются с задержкой. Не заметила, как наступил вечер. Я здесь уже второй день, а такое впечатление, что всю жизнь знаю это место.
— Кот, а оставайся со мной? Всё равно одной жить скучно.
Зверь сидел на табуретке, опустил мордочку на стол и моргнул глазом. Да, для того, чтобы восстановился второй глаз, придется делать настойки каждое утро. Ну, ничего, прорвёмся!
А следующее утро началось с того, что из хранилища прилетела книга… Сама. Ко мне. Книга. Прилетела.
Я сдула с неё пыль и прочитала название: «Время забытых чудес». Обложка открылась…
— Однажды чудеса всё-таки случаются…
«Время забытых чудес»
— Однажды чудеса всё-таки случаются…
Прочитав первую строчку, почувствовала, что меня затягивает в книгу. Испытывать настолько непередаваемые ощущения больше не хотелось, поэтому делаем вывод — первый переход неудачен. Но, должна признать, природа здесь красивая: высокие деревья, экзотические цветы, вдали виднелись горы.
Но вдруг послышался детский плач: громкий, надрывистый с хрипотцой. Ползком пробираясь между кустов, решила не выдавать себя. И знаете, правильно сделала!
— Прости меня, сынок, но так надо. Никто не потерпит слабого повелителя, а ты слаб. Твой младший брат родился здоровым и через время займёт трон. Оставить людям на воспитание — нельзя, поймут, чьё ты отродье, а убить сам — не смогу.
Молодой мужчина, в котором я узнала сына короля Елисея, быстро влез на коня и пустился вскачь, даже не оглянувшись на ребенка. Я откровенно растерялась.
В Елисеевом царстве с некоторых пор действительно неспокойно: бунты, покушения на царскую семью, интриги при дворце. Все хотят занять трон умирающего царя. К слову, умирает он уже тридцать второй год, может, его родственникам хотя бы на тридцать третий повезет.
Когда звуков топота копыт не стало слышно, взяла малыша на руки. Маленькое чудо сразу затихло, хлопая большими глазами с фиалковыми глазами. Не Снежная ли королева его мать? Только её род имеет столь необычный цвет глаз, а магии в ребенке ни капельки.
— Слабым тоже есть место под солнцем, — я улыбнулась мальчику. — Будешь Святозаром, что означает «озарённый светом».
— Мя-а-ау!
Я подскочила от неожиданности и увидела своего рыжего кота с перевязанной лапой. А он как здесь оказался?
— А ты что здесь делаешь? Мне самой помощь нужна, так ещё и за тобой следить, чтобы не потерялся!
— Мяв! — обиженно мяукнул кот.
Глубоко вздохнув, решила пойти по заросшей тропинке, которую удалось отыскать. Наш пусть продолжался до самого вечера, ребенок спал, а я откровенно устала. Кот брел то впереди, то за мной. И наконец-то, ближе к вечеру, мы наткнулись на родник, но оказались не одни. Стая волков подняла на нас свои головы, каждый оскалил большие клыки и зарычал. Было страшно до дрожи в коленках. Ребенок заплакал, кот шипел рядом.
Решение пришло быстро. Недалеко от нас темнел обрыв. Самоубийством я не страдаю, это прерогатива Иванушек-дурачков, но умереть в пасти волка ещё хуже. Главное, успеть добежать.
— Три… два… один… — тихий голос тонул в рычании стаи голодных волков. — Вперед!
Я оглушительно свистнула и рванула к обрыву, не задумываясь, прыгнула. Кто мне нравится в Елисеевом царстве, так это василиски. В воздухе мчался змеевидный дракон с головой петуха, на спину которого мы и упали. Было очень больно. Я закашлялась, прижимая сверток с ребенком ближе к себе. Через миг же раздался крик василиска: понятно, когти у кота острые, главное, что приземлился рядом. Жалко его бы было оставлять в этой книге. Но чем дальше, тем сильнее впечатление, что мы не вернёмся обратно.
Солнце закатилось за горизонт, а мы ещё летели в неведомую даль, сопровождаемые эхом волчьего воя. Это отняло последние силы. Подлетая к логову василиска, моей радости не было предела. Я ёрзала на месте, пытаясь справиться со своими эмоциями. И вот-вот, долгожданный момент, скатываюсь со спины…
— Спасибо, Боримир! — едва не заплакала я. — Я уж и не надеялась, что ты меня услышишь.
В ответ молчание.
— Боримир, почему у тебя темно? Всегда костёр горел. Мы сходим, умоемся? Да, и ребенка покормить надо, только нечем.
— Года два отца нет.
— Бранибор?
И тут в логове стало светло. Костёр освещал всю ту же обстановку, которую я видела два месяца назад. Ничего не изменилось, только создавалось мрачное впечатление от того, что нет старого хозяина. Передо мной стоял сын моего друга. Ничего не спрашивая, я пошла к роднику, где привела себя и ребенка в порядок, взглянула с жалостью на рваную сорочку, в которой находилась целый день, но переодеваться всё равно не во что.
А когда вернулась, отметила, что Бранибор стал копией своего отца.
— У тебя даже гребень похож на отцовский. А ты боялся, что не вырастет.
Несколько минут мы молчали, пока василиск кашеварил.
— Вот. Накорми мальчишку, ему ещё добрым молодцем становиться.
Через время, когда кот и малыш уже спали, мы с Бранибором разговаривали обо всем, что происходит сейчас в других царствах-государствах. Выходило, всё по-старому. Только в Елисеевом царстве происходит что-то непонятное.
— Оракул предсказал, что самый сильный внук Елисея подарит царству процветание и силу. С этого и понеслась канитель: кикиморы на болотах взбесились, Баба Яга пропала, Змей Горыныч IV строит воздушный остров, чтобы спастись от погибели. В общем… Мир с ума сошел.
Я покивала головой на слова василиска, да и легла спать. Утро вечера мудренее.
А на утро, одев предложенный Бранибором плащ, отправилась в деревушку. Знала я, что жил там один старик, у которого не было ни жены, ни детей.
— Извините, — подошла я к прохожей. — А не подскажите, где живёт Старик-годовик?
— Да всё там же, где и всегда, красна девица, — пожала плечами дородная женщина.
Улыбаясь, прошла по тропинке. Святозар переводил взгляд и растерянно оглядывался, рыжий кот бежал на трёх лапах рядом, где-то в кронах деревьев нас провожал взглядом василиск.
— Здравствуйте, Старик-годовик! — прокричала я, подойдя к скрипучей калитке. — Меня зовут Ярославна! Я к вам по делу.
— Ну, так говори, я всегда рад любому делу, — беззубо улыбался старик. Прошли годы, а он всё такой же. Погодный колдун! Все в деревне его боятся, вот и отправили жить на опушку леса.
— Сказывают, что у вас ни жены, ни детей. Так, может быть, возьмете себе на воспитание мальчишку? Обучите тому, что сами знаете. Будет вам опорой в будущем, — медленно излагала свою речь. А затем рассказала историю того, как нашла Святозара, не посвящая старика в некоторые подробности. Зачем знать, что я не отсюда? Старик-годовик внимательно слушал и в нужных местах кивал.
— Мальчик, вижу, без магических способностей, но они могут проявляться со временем. Так что, раз такое дело… то заберу его к себе. Не беспокойся, Ярославна, воспитаю, как собственного сына. Никто не узнает правды до его совершеннолетия. А там он уж сам господином себе будет.
На том и порешили.
Было жаль расставаться с мальчиком, но необходимо. Возможно, через много лет он станет тем самым сильным правителем, о котором говорил Оракул. Ведь, если нет чего-то, например, магических способностей, это не значит, что человек слаб. Это особенность, которую нужно принять как данность. Мальчик выжил, пусть с моей помощью, но выжил. Я ему смогла помочь, разве это не чудо?
— Бранибор, скажи, а как погиб твой отец? — задала я интересующий меня вопрос, чувствуя, что подходит время возвращения.
— Случился обвал в горах. И он попал в этот обвал… вместе с тобой.
Когда меня с котом выбросило обратно домой, я была сама не своя. В то время же самое время книга рассеялась серым туманом, который растворился в окне, оставив мне небольшую записку и блестящий кулон с белой жидкостью.