Страница 177 из 205
— Тина, прости, что отвлекаю, но… познакомься, моя бабушка, Августа Долгопупс… Бабушка, это моя подруга, Тина, я тебе про неё писал…
— Очень много писал! — воскликнула она, попытавшись прогнуть меня своим взглядом, но я абсолютно невозмутимо смотрела ей в ответ. — Настолько много, что я даже подумала, что ты влюблён в эту вертихвостку! А она умудрилась выскочить замуж за твоего преподавателя!
От этой фразы Том в голос рассмеялся, но, заметив мой разгневанный взгляд, сразу же прекратил и с улыбкой произнёс:
— Я помню, дорогая, ещё патологические рефлексы…
— Бабушка! — попытался возразить мой друг, густо покраснев. — Тина — взрослый человек! И мы с ней хорошие друзья…
— Дамблдор, что за безобразие творится у тебя в школе?! — Августа Долгопупс начала отчитывать уже директора Хогвартса, всё ещё разгневано смотря на нас с Томом, который тщательно начал проверять наличие у меня патологических рефлексов с помощью неврологического молоточка сначала на руках, а потом и на ногах. — Почему этот преступник находится в одном помещении с моим внуком и остальными беззащитными детьми?! Ему самое место за решёткой, а не в школе! Невилл, ты помнишь, что твои родители?!..
— Бабушка, я помню! — уже более твёрдо и решительно воскликнул Невилл, так же разгневано посмотрев на свою пожилую родственницу, что та даже открыла рот от удивления, ведь это, похоже, был первый раз, когда её внук решился возразить ей. — Я помню! И Тина тут ни при чём, тебе ясно?! Профессор Дамблдор уже десять раз объяснил, как всё так получилось, зачем опять начинать по второму кругу? Тине всё ещё требуется помощь, и только доктор Реддл может её оказать, оставь их в покое!
— Невилл?.. — тихо пробормотала миссис Долгопупс, с широко открытыми от удивления глазами уставившись на своего внука, но тот даже и не собирался отступать.
— Августа, — вежливо обратился к ней директор Хогвартса, воспользовавшись возникшей паузой, — доктор Реддл действительно единственный, кто может помочь… профессору Снейпу, и пока ей не станет лучше, я не смогу позволить ему покинуть замок. Тем более что Том уже осознал все ошибки своего прошлого и искренне в них раскаялся. И как я понял, доктор Реддл собирается восстановить свою прошлую квалификацию и дальше спасать жизни людей, обычных людей…
— Миссис Долгопупс, — вежливо обратилась я к бабушке Невилла, тоже воспользовавшись замешательством пожилой волшебницы, так грозно смотревшей на меня несколько минут назад. — Я уже не единожды извинилась перед Невиллом за… ту трагедию, причиной которой я стала, и также приношу свои искренние извинения вам. И я могу вас смело заверить, что мой непутёвый ученик, доктор Реддл, у которого произошло… весьма долговременное помрачение сознания, больше не сотворит ни одного опасного заклинания. Я даю вам своё слово, тем более что он уже предупреждён о том, что если что-то подобное произойдёт, то я лично ампутирую ему правую верхнюю конечность на уровне верхней трети плеча по всем правилам асептики и антисептики.
Та угроза, что была скрыта в моём спокойном тоне, окончательно добила эту старушку с железным характером, и она осела на стул рядом с моей кроватью и кивнула в знак согласия с моей позицией.
— Кстати, профессор Снейп, — закончив с проверкой рефлексов, ехидно обратился ко мне Том, — мне тут вспомнилось, как мы однажды пытались вылечить одного мужчину с… амнезией от заклинания Забвения высокими дозами нейролептиков… Правда, результат тогда оказался так себе…
— Чёрт… — прошептала я, тоже вспомнив о том случае и догадавшись, на что конкретно он сейчас намекал мне. — Знаешь, а уже три поколения сменилось тех препаратов, и сейчас они намного лучше действуют, да и побочек намного меньше… И почему мне в голову не приходят такие гениальные идеи?!
— Потому что занимаешься всякой хренью вместо полезных дел, — съязвил Том, широко улыбнувшись моему комплименту.
— Тина, о чём вы говорите? — заинтересованно спросил Дамблдор, увидев на моём лице интенсивный умственный процесс.
— Невилл! — обрадовано воскликнула я, посмотрев на не менее удивлённого, чем его бабушка, друга. — Кажется, я знаю, как помочь твоим родителям! В больнице святого Мунго ведь вряд ли кто-то даже слышал про нейролептики, не так ли?
— Ты не рискнёшь провернуть такое в одиночку, дорогая… — выразительно посмотрел на меня Том с довольной улыбкой на лице.
— Ты прав, — усмехнувшись, обратилась я к своему коллеге, — но если бы мне помог один очень талантливый нейрохирург, которому в голову приходят просто гениальные идеи… так сказать, по старой дружбе…
— По старой дружбе? — мягко повторил он, а потом перевёл свой взгляд на Невилла, в глазах которого загорелась надежда. — Да, Невилл, я думаю, у нас с профессором Снейпом получится вернуть долговременную память твоим родителям. Конечно, стопроцентной гарантии никто не даст, но в целом шансы очень неплохие…
— О чём вы говорите? Не надо запудривать мозги моему несчастному внуку! — опять возмутилась Августа Долгопупс, наконец, придя в себя. — Моего сына и его жену пытались исцелить очень талантливые целители, и у них ничего не вышло!
— Бабушка! — Невилл всё больше набирался твёрдости и уверенности в разговорах со своей престарелой родственницей, что опять привело её в изумление. — На Тину совсем не действует магия, и доктор Реддл смог зашить абсолютно без помощи волшебства рану сердца, когда в Тину попала ножом Беллатриса Лестрейндж. А потом ещё смог сделать так, чтобы она выжила после того, как потеряла очень много крови. А Тина тоже очень хороший врач, она зашивала раны на руках студентов, с которыми не смогла справиться мадам Помфри. Они не целители, они могут сделать то, что не могли сделать волшебники!
— Мы обязательно попробуем, Невилл, — тепло улыбнувшись своему другу, произнесла я и получила не менее искреннюю улыбку в ответ.
— Я тебе верю, Тина. Спасибо. Нам уже пора, бабушка, я тебя провожу. Пойдём, — он аккуратно взял под руку миссис Долгопупс и помог ей подняться со своего места.
— Как же ты изменился, Невилл! — удивлённо обратилась к своему внуку Августа, встав со своего места и внимательно оглядев его с ног до головы. — Наконец, в тебе проснулся характер Долгопупсов! Какая решительность, уверенность! Какое благородство!
— Это всё Тина, бабушка, — мягко ответил он, посмотрев на меня. — Она смогла помочь мне поверить в себя. Она на самом деле очень хороший человек.
— Что ж, приятно было познакомиться, профессор Снейп, — вежливо улыбнувшись, произнесла на прощание миссис Долгопупс, — доктор Реддл… Пойдём, мой мальчик.
С этими словами нежданные гости вышли из лазарета, а за ними и директор Хогвартса, очень выразительно посмотрев на нас своим просвечивающим насквозь взглядом. Я ещё раз с улыбкой посмотрела на Тома, и тот, повернув голову немного набок, как бы невзначай спросил:
— Что? Знаешь, мы были такой хорошей командой… раньше…
— Да, это точно… — ещё больше смутившись, чем с утра, пробормотала я.
— Ладно, я обещал после обеда сыграть партию в шахматы с Дамблдором, так что… — произнёс Том, отведя взгляд в сторону и встав со своего места. — Я загляну к тебе вечером, хорошо?
— Да, — улыбнулась я в ответ, и он, снова переодевшись, покинул лазарет.
Как же мне было тошно от того, что моё прошлое и настоящее внезапно пересеклись. А ещё хуже было оттого, что Северус, видя, как я смотрю на Тома тогда, когда мы с ним не ругались, ни разу не выдал своим внешним видом, что ему очень больно в этот момент. Как, впрочем, и Том, ведь точно таким же взглядом я смотрела и на Северуса. И мысль выброситься в окно с восьмого этажа всё чаще посещала мою пустую голову.
Ближе к вечеру в лазарет, где я теперь безвылазно обитала, начали подтягиваться люди, в основном мои друзья и новые знакомые из Ордена Феникса, те, кто ещё не уехал из замка, особенно родители некоторых учеников, всё ещё переживавших, что сложившаяся обстановка снова даст трещину и их детям снова будет угрожать опасность. А ещё ко мне пришли мои соседки, которые очень хотели поговорить со мной.