Страница 1 из 3
Воздух наполнен чем-то тяжёлым, неприятным, точно липкой паутиной, что летит по осени. Поздняя зима. Отгремели шумные колокола, борющиеся с безумством староверцев-язычников, не желающих признавать имя Спасителя. Мертвенно-бледный снег укутывает девственно-голую землю и чёрные пепелища древних святилищ.
Она умерла. Та девушка, с которой он был помолвлен ещё до рождения. Молодой принц Вальнор из последних сил гонит своего коня, словно всё ещё надеется успеть. Хотя… Разве в этом есть смысл? Ему всё равно придётся выйти за другую девушку из этого рода — сестру умершей… Как звали ту его несостоявшуюся невесту? Бейла или, как ласково звали при дворе, Белоснежка… — сразу видно, что придумала его ещё мать-язычница, умершая много лет назад.
В этом королевстве уже который месяц не снимают траура. Сначала умерла королева-мачеха, как поговаривали — подавилась яблоком, потом сразу же тяжело заболела старшая из принцесс… Вроде бы отравление. Придворный лекарь утверждал, что девушке дали ртуть — все следы налицо, но каким образом? Многие говорили, что это всё из-за яблок, столь любимых ими: перед всем произошедшим слуги видели весёлых Белоснежку и королеву с кроваво-алыми плодами в руках…
Омрачённые король и свита встречают долгожданного гостя. Кажется, покойница доставила им немало забот, прежде чем покинула этот мир. Старик Кэйафас тяжело вздыхает и, широко раскинув руки, обнимает принца.
— Жаль, что я опоздал на похороны, — с грустью шепчет Вальнор. — Хотелось посмотреть на её лицо. Интересно бы узнать, какая она была.
— Бедняжка запретила нам хоронить её по христианским обычаям. Металась в дикой агонии, успокоилась только тогда, когда я пообещал оставить её тело в гроте, что в саду… Мы с ней простились вчера утром, — король замирает, мельком взглянув на принца. В карих, казалось, бездонных глазах старика проявляется беспокойство: только сейчас он понял к чему клонил гость. — Если у вас есть такое желание…
— Если оно вновь возникнет, то я утолю своё любопытство, — беззаботно отвечает юноша.
— Будьте осторожны: она осталась преданна своим древним богам. Кто знает, но говорят, что лучше не беспокоить их могилы, — с опаской в глазах шепчет король.
— Что ж, познакомите меня с невестой? — стараясь сменить тему, вскрикивает принц.
— Да вот же она, — тихим голосом отвечает король, — это Аллисия.
Навстречу им бежит ещё совсем юная девушка, почти девочка. Румяная, розовощёкая. В карих глазах сверкают искорки, а русые косы летят по ветру.
— Аллисия, — смеясь, говорит она и без тени стеснения подаёт руку для поцелуя.
***
Свинцовые сумерки уже окутали небо. В этом королевстве темнеет поздно — особенно зимой. Все обитатели замка уже отправились почивать — вокруг ни души. Лишь Вальнор, абсолютно не страдая от недостатка сна, пролетает мимо бесчисленных бесконечных анфилад комнат и залов и, наконец, оказывается в саду. Холодный ночной воздух прозрачен и тих. Накинув старую куртку с почти истёртым мехом, принц хватает свечу и уходит во мрак.
Аллисия ему абсолютно безразлична. Он живёт в тот век, когда большинство браков совершаются не по любви, а по расчёту родителей, но его жаждущее приключений сердце и романтически-настороенное сознание… Он до последнего надеялся, что сможет влюбиться в будущую невесту, а тут… Аллисия безмерно глупа и невежественна. Несмотря на то, что только вчера похоронили её родную сестру, она беспечно веселится и смеётся. Даже её младший брат целыми часами молчит и тихонько вздыхает, вспоминая о Бейле. Говорят, что они были очень похожи. Оба молчаливы, черноволосы. И оба любят мечтать. Любили. С Бейлой.
Бейла. Какое странное и дикое имя! Чем-то созвучно с «вейлой» — духом прекрасной девушки, мстительном и опасном… Но причём тут древние твари, что должны исчезнуть из памяти навсегда, как и прочие языческие боги?
Домашнее и ласковое «Белоснежка» куда приятнее и благороднее. Белоснежка… Интересно, а почему её так звали? Именно это и хочет узнать принц.
По традициям его государства, любой молодой человек перед обрядом венчания может совершить какой-нибудь безрассудный поступок и не быть осуждённым обществом. Этим он прощается с прежней молодой жизнью, обещая совершить подобное в последний раз. А сегодня заграничный принц хочет посмотреть на свою мёртвую невесту.
Вот и грот. Тишину нарушает дикий крик совы в лесу. Что-то пролетает прямо над головой юноши, чуть ли не погасив свечу. Неожиданно поднимается вьюга, застилая глаза и грозясь погасить спасительный огонь. Порывы ветра настолько сильны, что грозят свалить с ног. Отбросив последние сомнения, принц отодвигает тяжёлую дверь и вбегает в склеп.
Внутри пещеры относительно тепло и хотя бы не дует ветер. Вальнор, озирается вокруг, пытаясь осветить огарком свечи хоть что-нибудь. Взгляд его падает на факел, висящий на стене. Недолго думая, он подносит к нему угасающее пламя, и яркие вспышки света разносятся по пещере.
А вот и она. Лежит в хрустальном ложе, язык не повернётся назвать его гробом. Вокруг неё семь каменных фигур, изображающих древних богов: Юпитера, Нептуна, Марса, Меркурия (1). Но три других изваяния, стоят в самом изголовье, словно охраняя покой их госпожи: Плутон, Морс и Сатурн (2) — Смерть, Страх и Время. Всё это казалось безумно странным Вальнору, но разве присутствие его самого здесь этой ночью не странно?
Он подходит поближе, чтобы рассмотреть лицо девушки. Рот его невольно раскрывается от изумления: принцесса лежит, точно живая. Кожа её, бледна как снег и местами покрыта инеем, волосы цвета воронова крыла разбросаны по подушке, губы потемнели, но ещё не потеряли своей прелести. Даже будучи мертвой, она во сто крат прекраснее своей живой сестры.
— Хотел бы я, чтоб ты была моей женой, — с горечью шепчет Вальнор. Безумный порыв врывается в разум, и не сумев совладать с собой, он наклоняется и целует ледяные губы.
Тихий вздох, раздавшийся, словно из ниоткуда, проносится по склепу. Юноше кажется, будто кто-то шепчет: тихим, слабым голосом на неизвестном ему языке. Бормотания разносятся повсюду, создаётся ощущение, будто это уже несколько голосов… Несколько голосов, словно читающих молитву или… проклятие.
Вальнор, всегда смелый и немного самоуверенный молодой человек, несколько растерян. Чувство страха начинает одолевать его, а тихий внеземной шёпот проникать в самые потаённые мысли. Схватив крайний факел, он выбегает из склепа, забыв закрыть за собой дверь.
***
В гостевой спальне не горит свет.
Вальнор, не издавая ни звука, сидит на кровати, будто чего-то ожидая. Куртку он бросил где-то в нижней галерее, даже не подумав о том, как он объяснит её присутствие там. Снег ещё не растаял на его волосах и, кажется, будто он только что вырвался из ледяных объятий Снежной Королевы.
— Тук-тук, — доносится чей-то шёпот. Принц мысленно вновь проклинает завтрашний день, потому что у его двери ни кто иной, как Аллисия.
— Можно войти? — чуть смеясь, входит в комнату принцесса.
— Ты уже вошла, — сухо отвечает юноша. — Что тебе нужно?
— Заснуть никак не могла, а тут слышу, что ты дверью хлопнул, вот и зашла, — чуть посмеиваясь, шепчет она, устраиваясь рядом.
— Можешь сделать одолжение?
— Да. Для тебя что угодно, — нарочито-томным голосом шепчет девушка, присаживаясь рядом. Вальнор тысячу раз рад тому, что он не додумался зажечь свет: вряд ли его будущей жене понравилось, как он закатывает глаза от стыда.