Страница 4 из 5
Признавая в некоторой степени правоту сторонников ограниченного суверенитета все же следует не согласиться с ними.
Суверенитет является непременным и имманентным свойством любого государства. Та или иная политическая организация общества не будет являться государством, если не обладает суверенитетом. То есть, суверенитет либо есть, либо его нет. Если его качества претерпели коренные изменения, то это уже не суверенитет26[7].
Предположение того, что государственный суверенитет является ограниченным, ставит неразрешимые вопросы. Например, непонятно до какой степени суверенитет должен быть ограничен, чтобы перестать быть таковым? Для того, чтобы ответить на данный вопрос, суверенитет нужно разделить на составляющие элементы, обозначить предел его ограничения. Однако этого сделать невозможно. Суверенитет – это не структурное образование, это абстрактное целостное качество государства, которое не поддается дроблению.
Заключая международные соглашения, государство не ограничивает свой суверенитет, не изменяет его содержание и качество, а реализует свой суверенитет. Государство может в любой момент отказаться от данных обязательств, несмотря на то, что взаимозависимость государств в современном мире делает подобную линию поведения практически невозможной27.
Указание на то, что государственный суверенитет ограничивается конституцией, более чем несостоятельно. Ограничение суверенитета собственной конституцией может означать, что государство не будет обладать полным верховенством на своей территории, а это невозможно, иначе это будет уже не государство.
Иногда в научной литературе отмечается, что добровольное ограничение суверенитета возможно в федеративных образованиях, когда объединяющиеся государства по взаимной договоренности передают часть своих суверенных прав федерации28. С этим мнением нельзя согласиться в полной мере, так как объединившиеся государства передают свой суверенитет вновь образованному государству. Субъекты федерации обладают набором полномочий, а не суверенитетом, т.к. суверенитет не может быть сведен только к полномочиям либо юрисдикции.
Отмирание суверенитета возможно только с отмиранием государства. Только в случае исчезновения всех государственных границ не возникнет необходимости быть независимым от кого-либо. Самостоятельность во внутренних делах в этом случае будет означать самоопределение граждан и их объединений. Однако построение мирового общества без границ и без государственной власти является утопией. По крайней мере, современное общество еще не созрело для этого и вряд ли в ближайшее время созреет.
Широкое распространение теории «ограниченного суверенитета» в международном праве объясняется тем, что авторы для построения своих выводов основывались на системе международных правовых норм. Т.е. исследованию подвергался не сам суверенитет, а его проекция, его формальная сторона, которая сводится лишь к системе правовых норм, исходящих от суверена или согласованых группой суверенных государств.
Если следовать логике «ограниченного суверенитета», то получается, что вновь образовавшееся государство обладает суверенитетом в большей степени, так как менее связано международными обязательствами чем другие. Но этот парадоксальный вывод неверен, т.к. государства должны быть равны в своих правах и своем суверенитете.
На основе всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что суверенитет является абсолютным (неограниченным) и неделимым.
Говоря об абсолютности суверенитета государства, следует применять принцип: «суверенитет одного государства заканчивается там, где начинается суверенитет другого государства». Это перефразированный принцип означает, что абсолютность суверенитета все же находится в определенных рамках и не бесконечна, однако об ограниченности суверенитета это не говорит.
Глобализация не изменяет сущности государственного суверенитета. Государства, обладающие суверенитетом, даже добровольно не могут его ограничить. Отказ от осуществления отдельных суверенных прав является реализацией суверенитета, а не его ограничением. Кроме того, государства могут расторгнуть свои международные обязательства как в правовой так и не правовой форме. То есть международные обязательства являются относительными и временными, а суверенитет абсолютен и постоянен, потому не может быть ограничен.
Указанные положения подтверждаются последними событиями в мировой политической и экономической системе. Так, мировой экономический кризис, затронувший большинство государств мира побудил страны мира применять некоторые меры по его преодолению. Однако, каждая страна направляет меры на поддержку собственной экономики, например, устанавливает повышенные пошлины для иностранных товаров и т.д. Это говорить о том, что глобальные экономические связи отступают на второй план перед задачами сохранения собственной суверенной экономики.
2.2. Суверенитет «непризнанных» республик
Суверенитет признается основным и определяющим признаком любого государства. Он означает состояние полновластие государства на своей территории и его независимость от других государств29. Именно благодаря суверенитету государство наделяется свойством международной правосубъектности.
Согласно преобладающей точке зрения в современной науке суверенитет принадлежит народу. Этот подход отражен, к примеру, в ст. 3 Конституции РФ, где сказано, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Похожие положения содержат конституции многих демократических государств.
В международном праве признается что, согласно праву на самоопределение народ может решить вопрос об образовании самостоятельного государства или вхождения в состав другого государства30. Однако на практике не все так просто. Даже если то или иное государствоподобное объединение обладает всеми признаками государственности (организованная структура власти, правовая система, органы принуждение, территория и др.), это не означает автоматическое приобретение международной правосубъектности и, следовательно, не влечет приобретения суверенитета. Только международное признание со стороны других суверенных государств является предпосылкой для приобретения полного суверенитета. К тому же неясно, сколько стран должно признать данное государство, чтобы оно приобрело международную правосубъектность и суверенитет. Именно данное обстоятельство стало главной помехой для обретения суверенитета т.н. «непризнанными республиками».
События вокруг вооруженного конфликта в Украине как никогда обозначили важность проблемы суверенитета «непризнанных республик». Проблема имеет не только теоретический, но в большей степени практический характер, поэтому важно определить статус этих государственных образований.
Чтобы ответить на вопрос о наличии суверенитета у «непризнанных республик» необходимо рассмотреть вопрос о наличии иных важных признаков, характеризующих государство. Только если у «непризнанного государства» имеются все государственные признаки, тогда можно ставить вопрос о его суверенности.
Традиционно помимо суверенитета выделяют следующие признаки государства:
1. Публичная власть, не совпадающая с населением и выраженная в системе государственных органов, учреждений и организаций, с помощью которых осуществляется государственная власть;
2. Система налогов и сборов;
3. Система законодательства;
4. Символика – герб, флаг, гимн, столица
5. Население;
6. Территория31.
26
Макуев Р.Х. Несостоятельность идеи «ограниченного» суверенитета // www. journal.orags.org.
27
Троицкая А.А. Государственный суверенитет: ограничение или трансформация содержания // Конституционное и муниципальное право. – 2006. -№ 10
28
Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х томах. Отв. ред. проф. М.Н. Марченко. – Том 1. Теория государства. – М.: Издательство «Зерцало», 1998. – С. 98.
29
Левин И.Д. Суверенитет / Предисловие докт. юрид. наук, проф. С.А. Авакьян. Спб.: Издательство «Юридический центр Пресс», 2003. – С. 71.
30
Международное право: учеб. для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденции» / [Аршавский Б.М. и др.]; под ред. А.А. Ковалева, С.В. Черниченко. – 3-е изд., испр.– М.: Омега-Л, 2008. – С. 212.
31
См.: Диденко А.А. Теория государства и права в схемах и определениях. – Белгород, 2001.– С. 15.