Страница 10 из 12
Недавно их положили в основу для песни Ариши – вот такое чудо получилось…
Но постепенно начали появляться первые трещины в наших отношениях. Больше того скажу – мы с мамой по-прежнему любили друг друга, но в то же время между нами шла постоянная война. И дело было прежде всего в том, что я стала взрослой.
Мне исполнилось 19 лет, и я наконец созрела до того, чтобы захотеть личных отношений – любви, близости, секса. Это и так произошло позже, чем у многих других девушек. Каждый раз, как я только собиралась поужинать с Фарухом Рузиматовым – моей первой любовью, звездой мирового балета, она вставала в дверях и говорила: «Только через мой труп». Я ей объясняла: «Мама, ну уже хочется эти пуанты снять хотя бы вечером и себе время посвятить. Извини, но я стала взрослой». Но если я все же уходила с Фарухом, то когда возвращалась, мамы дома не было. Она могла исчезнуть, не оставив никакой записки.
Что я тогда чувствовала, даже вспоминать не хочется. Она ведь не просто говорила: «Только через мой труп». Она могла еще добавить, что утонет в Фонтанке или каком-нибудь канале из-за меня. То есть фактически шантажировала. А если я не поддавалась на шантаж – исчезала. Я приходила в одиннадцать вечера и потом до шести утра искала ее, а потом молилась, стоя на коленях перед иконой, чтобы с ней ничего не случилось. Хотя к десяти утра уже надо было в театр к балетному станку. А она в это время спала спокойно у своей подруги – тети Лены, лже-крестной. Эта тетя Лена моей мамой руководила еще даже больше, чем мама мной. И как же обидно было, когда они на следующий день появлялись как ни в чем ни бывало, хи-хи, ха-ха, у них все в порядке, а я на нервах после бессонной ночи, даже есть не могу.
Все это было частью манипуляции, которую можно было озвучить так: «Я тебе скажу, как тебе жить. Скажу, что тебе делать и с кем тебе общаться». Но тогда я этого не понимала. И мама еще говорила то и дело: «Ты когда-нибудь еще скажешь мне за это спасибо». Сейчас думаю – за что?!
В двадцать с небольшим я уже смогла начать возражать ей: «Мама, не хочу повторять ваши ошибки, которые вы с папой совершили. И учиться на ваших ошибках я не хочу». Действительно не хотела учиться на огрехах своих родителей. Считала и считаю, что человек должен совершить свои собственные ошибки и сам нести за них ответственность. Только очень глупый человек совершает одну и ту же оплошность дважды, но первый раз сделать неверный шаг он имеет полное право. Все мы – люди, нам свойственно ошибаться, и каждый человек имеет право на ошибку. Но только на свою собственную. Поэтому мое мнение такое: родили ребенка – спасибо вам большое, дорогие родители. Но продолжайте жить своей жизнью, а не жизнью этого ребенка. Можете помочь ему? Помогайте. Не можете – не помогайте. Но только не мешайте!
Я говорю это все не просто так. Ведь я и дочь, и мать – некое среднее звено в цепи. И сейчас, воспитывая собственную дочку, пытаюсь давать ей свободу, но в то же время не позволяя ей становиться ханжой и тем более не допуская ощущения вседозволенности, как случается с детьми, выросшими в полном достатке. Поэтому приходится искать компромисс между свободой и дисциплиной.
И хотя считаю своим долгом дать ей самое лучшее образование, никогда не буду ее этим попрекать! Потому что мне мама то и дело говорит: «Мы тебе дополнительного педагога оплачивали. Ты мне обязана своей карьерой». Ну как так можно? Я Арише тоже оплачивала – и лучшую школу, и учителей, и вокал, и участие в концертах. Но и в голову не придет сказать ей, что она теперь обязана мне за это пожизненно! Не говоря уж о том, что она уже бросила вокал. Ну и ладно! Ее жизнь!
А моя мама всегда попрекала этими деньгами, которые за меня платила. А ведь за эти деньги я не стала звездой вот так сразу, безо всяких усилий. Конечно, работала – собственными ногами, собственными кровавыми мозолями зарабатывая каждый миллиметр моего успеха разработкой своих физических данных, которых не было при поступлении и которые надо было развивать ежедневным трудом. И то, что вот сегодня моя нога поднялась немножко выше, завтра еще выше, послезавтра ножки развернулись чуть побольше – это уже были мои собственные заслуги! Не мама, а я делала уроки, сидя на полу и засунув стопы под диван, чтобы подъем стоп начал хоть чуть-чуть вырисовываться. Не мама за меня ноги растягивала, а я сама разрабатывала эту растяжку. Шпагат мне уже по ночам снился, потому что буквально жила в нем. Это был мой собственный труд! И не хочу никому быть ничем обязанной! Кроме Бога, педагогов и своего трудолюбия.
Стремление к свободе и независимости всегда было главной целью в моей жизни. И уже из этого стремления выросли и успехи в балете, и все мои достижения, и умение не прогибаться. Не умею, не люблю и не хочу прогибаться ни под людей, ни под какие-то стереотипы привычных мировоззрений. Я их всегда ломаю, разрушаю и побеждаю. В том числе и в личной жизни – никогда ни под кого не ложилась ради денег и карьеры. Если сплю с мужчиной, это всегда только потому, что он сексуальный, красивый и безумно мне нравится. Никогда деньги не стояли у меня во главе угла, ни при каких обстоятельствах, чего бы это ни касалось.
Надо отдать должное маме – учила она меня совершенно правильно. Она говорила мне: «Ты должна создать свое имя, сделать себе карьеру в мире творчества, быть самодостаточной, быть интересной женщиной, такой, чтобы вообще равных не было». Имелось в виду, что всего нужно добиться самой, иметь свое собственное имя, быть Анастасией Волочковой, а не пассией такого-то богатого и знаменитого человека. Эти слова полностью отвечали моей внутренней потребности, и так и случилось – делала все сама, не искала себе покровителя, и поэтому с кем бы у меня ни были отношения: с политиками, олигархами, знаменитостями – я всегда была сама по себе, а не «+1» при них, скорее наоборот, это о них, уточняя, говорили «это мужчина Анастасии Волочковой».
Но когда дело касалось ее самой, мама сразу забывала о том, что учила меня быть независимой и самодостаточной. Это только от других, но от нее – ни в коем случае! И к чему это привело? Начала заниматься балетом с подачи мамы, не спорю, но развивалась, делала карьеру, чего-то достигала уже сама. Своим трудом, собственными усилиями создала свою концертную программу, сама познакомилась с Энтони Керманом, который много помогал в Лондоне и познакомил меня с очень полезными людьми. И вот когда мое имя стало уже в какой-то степени брендом, мама вдруг встрепенулась и решила: «Ага, а теперь буду ее продюсером, директором». Она зарегистрировала мой товарный знак и логотип на себя…
Хотя я уверена, что это была не ее собственная идея, ее надоумила все та же тетя Лена, моя якобы крестная. Кажется, одной из причин того, что в моей жизни периодически все идет наперекосяк, стало именно отсутствие нормальных крестных. Ведь крестные отец и мать – это не просто какие-то случайные люди, с ними должна быть настоящая духовная связь, и выбирать их надо серьезно. А что у меня? В пять лет меня окрестили, и сначала мама говорила, что моя крестная – тетя Анна из Таллина, потом еще кто-то, а потом вдруг стала тетя Лена, да еще и ее сына записали в мои крестные отцы. А он вообще ушел в какую-то секту!
И что хуже всего, потом что-то похожее, опять с подачи мамы, произошло с Аришиными крестными. Она выбрала ей в крестные Оксану Пушкину! Ей казалось, что это отличный пиар-ход, она же все пыталась быть моим продюсером. А Оксана как-то раз сняла про меня хорошую передачу – и вот это показалось маме достаточным аргументом. Во что это в итоге вылилось? Да ни во что – Оксана тут же забыла, что она крестная, и за десять лет даже ни разу не позвонила и хотя бы с днем рождения Аришу и то не поздравила. Спустя много лет она пригласила меня в передачу «Зеркало для героя», где буквально изваляла меня в грязи – называла фриком, показывала фотографии из Инстаграма и издевалась над ними. Мама там тоже была, она пыталась вмешаться, сказать Оксане, что если та считает, будто я делаю что-то не так, она как крестная Ариши могла бы позвонить мне, поговорить лично, а не устраивать судилище на всю страну. Но тогда были выборы. Оксана тогда баллотировалась в Госдуму, шла в политику, и ей было на все наплевать, ей нужен был рейтинг. Вот такая крестная у моей дочери.