Страница 25 из 42
- Спасибо, - прошептала я и почувствовала лёгкое прикосновение к щеке, я прильнула к ней с благодарностью.
- Ты прекрасна, Алдариель, - тихо повторил Трандуил, - слишком прекрасна. Я не смогу…
Я открыла глаза и взглянула на него такого близкого и незнакомого. Его взгляд коснулся моего, переместился на мои губы, потом снова в глаза. Моя нижняя губа дрогнула в предвкушении и лесной король не заставил ждать. Он притянул меня к себе, наклонился и накрыл поцелуем мои губы жадно и страстно. Я обвила руки вокруг его шеи, зарывшись в шелковые волосы. Он целовал мне губы, глаза, скулы, шею, ямочку на шее, плечи. Я забывала дышать и отвечала на каждое его прикосновение. Он ласкал меня руками и я поддавалась его ласкам. Он наклонялся и я тянулась к нему. Он приближался и я прижималась в ответ. Мой мозг отключился. Бабочки обезумели от счастья.
- Сильмарилл…
Я выдохнула. Бабочки посыпались.
- Сильмарилл? – прохрипел мой голос.
Я оттолкнула лесного короля и, тяжело дыша, взглянула в его горящие глаза. Он быстро совладал с собой.
- Сильмарилл? – повторила я, - Ты настолько жаждешь обладать ими?
- Алдариель, - в глазах короля промелькнула отчаянная просьба, - ты не понимаешь…- он потянулся ко мне, но я отпрянула.
- Ты помог мне, - тихо сказала я. – Я благодарна тебе, король Лихолесья.
Я склонила перед ним голову. В первый раз. Чтобы скрыть слёзы.
- Я предупреждал, что легче тебе не станет. – голос короля звучал тише обычного.
Я не ответила и пошла в сторону шатров, резко поправляя на ходу одежду и волосы.
…
В шатре я нашла Фили, который уже пришёл в себя, но полулежал, облокотившись на мешки. Его поил с ложечки Двалин каким-то сладко пахнущим отваром. Рядом сидел Торин, Гимли, Бомбур и Балин. Увидев меня, Фили заулыбался до ушей, а я ринулась к нему и взяла за руки.
- Как ты, Фили? Что орки сделали с тобой? Они тебе что-то сломали? Ранили? – я оглядывала его со всех сторон.
- Тише, тише, - успокоил меня Фили. – Я даже не понял, что произошло. Мы с разведчиками наткнулись на них и они сразу меня оглушили. Сейчас вроде ничего не болит, кроме головы. Но Двалин изображает из себя мою бабушку и не велит подниматься. Вон, даже с ложечки кормит.
- Как я рада, что ты в порядке! Ты просто не представляешь, как я перепугалась, когда увидела, как Больг, - я запнулась, но быстро продолжила, - как Больг тыркает тебя мечом.
- Да, мне уже рассказали, как ты от страха ринулась в стан врага и повисла на шее Больга, нечаянно проткнув её - заулыбался Фили, - Спасибо, Алдариель, убивающая поцелуем!
Почему-то это меня рассмешило. Тошнота больше не приходила. Образ Больга растаял. Я вспомнила реку. Всё-таки Трандуил помог, как и обещал.
Когда мы уже лежали с Фили, Двалином и Балином, который занимал теперь место Кили – Бомбур, Гимли и Торин расположились в другом шатре, - я задумчиво спросила:
- Почему орки такие жестокие? Они слабоумные?
- Скорее слабосердечные, - тут же ответил Балин.
- Бесчувственные?
- Ну почему же? Что-то же толкает их на жестокость, - задумался Балин.
- Кровожадность их толкает. Нет у них ни чувств, ни сердца, - отозвался Двалин, - сомневаюсь даже в наличии печени.
Мы помолчали. Потом я приподнялась на локте:
- Со временем ведь я забуду, да? Ну, то, что произошло…
- Боюсь, что память - такая штука, - ответил Балин,- что живёт очень долго. Почти как бессмертные эльфы.
- И так же как эльфы, память умело и точечно действует на нервы, - отозвался Двалин, - У меня постоянно стоит перед глазами тот случай с варгом. Никогда не забуду треск собственных костей.
- Да, Двалин, ты довольно точно подметил. Действует на нервы… точечно… прямо в сердце, - прошептала я, думая уже не об орках.
Гномы переглянулись, но спрашивать не стали. Я легла и закрыла глаза. Мне снилась армия бабочек, атакующих меня со всех сторон.
========== Глава 13. ==========
На следующее утро я вышла из шатра и направилась к реке, чтобы умыться и поискать флягу Симраила, которую так и оставила на берегу прошлым вечером. Мир вокруг казался сказкой – вдали виднелись горы, уходящие в самые облака, вокруг простирались луга, небо казалось необъятным, а воздух сладким. Я глубоко вздохнула и потянулась. Прекрасное место!
Вода в реке оказалась прохладной и я поёжилась. Раздевшись, я вошла в воду по пояс и села, тихонечко взвизгнув и засмеявшись. Воспоминания о Больге больше не приносили боли и тошноты, но всё ещё не желали таять и забываться. Я закрыла глаза и окунулась с головой. Пусть все мои мысли унесёт течением, решила я.
Выйдя на берег и одевшись, я начала шарить в траве в поисках фляги и краем глаза заметила громадную фигуру. Я выпрямилась и уже автоматически схватилась за меч, который теперь всегда не забывала пристёгивать к поясу. На невысоком пригорке, покрытом белыми и сиреневыми колокольчиками, сидел Беорн. Он кивнул мне. Я неуверенно подошла. Он похлопал по земле и я села поодаль от него.
- Так значит и тебе досталось от орков? – сказал он и голос его отразился мелкими барашками по воде.
- Вы увидели шрамы?
- Мне вчера гномы рассказали немного. И да, я увидел, - спокойно сказал он, - ты смелая.
- Это спорное утверждение, - я сорвала травинку и покрутила её в руках.
- Не каждый бы полез целовать орка.
- Да уж, это действительно то ещё удовольствие, - отозвалась я, - Но я в тот момент абсолютно ни о чем не думала. Мне было страшно за Фили и за свою жизнь.
- Да, страх обычно толкает на подвиги.
- Вряд ли это был подвиг. Просто случайность или везение, как сказал бы один мой знакомый эльф, - фыркнула я.
Беорн поглядел на мой меч.
- Как зовут твой меч?
Я уставилась на Беорна.
- То есть?
- У каждого великого меча, побывавшего на поле боя, должно быть имя, - серьёзно ответил Беорн, - люди обычно дают имена своим железкам, - добавил он, усмехнувшись.
- А! – протянула я, - Ну, Больга я убила его собственным мечом…, - задумчиво сказала я и вынула меч из ножен. Покрутив им, я вдруг улыбнулась и уверенно сказала:
- У моего меча есть имя!
- И какое же?
- Метла!
Беорн фыркнул.
- Пошли, - сказал он, - накормлю тебя завтраком. Ты же вчера так и не попробовала мои медовые лепёшки!
- Завтрак – это отличная идея, - засовывая Метлу в ножны, согласилась я. Мне начинал нравится этот простой волосатый великан.
Зайдя в хижину, я уселась на табуретку, а хозяин поставил передо мной миску, где горой возвышались душистые лепёшки. Рядом он поставил мёд и сливки. А ещё дал огромную кружку с молоком. Я начала уплетать за обе щёки. Наполненным ртом я восхищённо промычала:
- Это просто восхитительно, Беорн! Я в жизни не ела ничего вкуснее!
Беорну явно польстил мой комплимент и, несмотря на мои протесты, он достал откуда-то ещё одну миску с лепёшками. Он сел напротив и уставился на меня. Я перестала жевать и вопросительно посмотрела на него.
- В твоих глазах вчера я увидел необычный свет, - сказал Беорн, - но сегодня его нет.
Я махнула рукой.
- Да это камни какие-то во мне. Иногда они светятся, а иногда нет. Я сама ещё толком не разобралась. С этим вопросом к Трандуилу надо, а не ко мне.
- Да, Трандуил жаден до камней. Всем известно, что камни – это его страсть и слабость. Теперь понятно, почему он так трясётся над тобой.
- А он трясётся?
- Это видно невооружённым взглядом, девочка, - улыбнулся Беорн, - Вчера он сразу ринулся за тобой, стоило тебе выйти из хижины. Вообще, все эльфы, гномы и люди неравнодушны к драгоценностям и металлам. Они убивают друг друга и предают ради каких-то побрякушек.
- А вы? – поинтересовалась я, макая лепёшку в сливки.