Страница 22 из 42
Я почувствовала, как меня обхватывают сильные руки и приподнимают. Открыв один глаз, я увидела Симраила. Вокруг кровати стояли эльфы и гномы.
- У меня голова ходуном ходит и, кажется, сейчас вырвет, - простонала я, - так что стойте подальше. На всякий случай.
Эльф быстро сказал что-то на эльфийском.
- Она ещё умудряется шутить в таком состоянии, - покачал головой Балин.
- Милый Балин, - выдавила я из себя, давя рвотные позывы, - если я не буду шутить, то сойду с ума. И стой подальше – это не шутка, это предупреждение.
Никто даже не улыбнулся.
- Выпей это, - тихо сказал эльф и я ощутила у губ миску, от которой шёл приятный аромат, - Это целительный мёд от похмелья. Он же помогает при отравлениях.
Я выпила напиток, который тотчас же успокоил мой желудок и вернул комнату в стабильное состояние.
- Какая чудесная настойка! – воскликнула я, - Можно рецептик?
Симраил улыбнулся.
- Как твоя сестра, Симраил? – спросила я у эльфа.
Тут из толпы вышла тоненькая девушка с чёрными волосами и такими же невероятно голубыми глазами. Она присела возле меня и взяла мою руку в свои.
- Спасибо, Алдариель. Я чувствовала, как уходит яд, а с ним и боль. Я знаю, что ты ощутила всё, что довелось мне. Спасибо тебе!
- Симраил мне вчера чуть руку не оторвал, пока тащил по вашим бесконечным мостам в лечебницу. Так что благодари его. Он постарался, чтобы я успела вовремя, - улыбнулась я в ответ.
Я увидела Кили, который уже мог стоять без поддержки и позавидовала эльфийской магии, от которой не падаешь в обмороки и не крючишься от боли. В этот момент у меня пронеслась мысль, что мой дар, это совсем не дар, а проклятие, которое лежит исключительно на мне. Только вот за что? На этот вопрос у меня ответа не отыскалось.
- Когда мы выдвигаемся в путь? – спросила я, конкретно ни к кому не обращаясь.
- Трандуил сказал, что как только придёшь в себя, сразу будем выдвигаться, - сказал Фили.
- И как я сама не догадалась! Удивляюсь, что меня просто не перекинули мешком через седло, не дожидаясь пробуждения, - процедила я сквозь зубы.
Эльфы начали расходиться. Двалин занял место Симраила, который отправился к Трандуилу сообщить о том, что я очнулась.
- Где Торин? – спросила я у него.
- Как только он узнал, что случилось, примчался сюда и просидел до самого утра, не смыкая глаз. Но ему пришлось уйти, чтобы проверить пони перед отъездом и ещё раз переговорить с Трандуилом. С минуты на минуту должен быть.
И правда, стоило Двалину произнести последнюю реплику, как перед кроватью выросла тень короля Эребора.
Торин отослал гномов готовиться к походу, а сам уселся на край кровати.
- Алдариель, - сказал он, глядя мне в глаза, - прости за вчерашнее. Я не хотел напугать тебя.
- Ты и не напугал. Меня сейчас сложно напугать простым волосатым мужиком. Ты меня разозлил. Нельзя просто так вламываться в комнату к девушке.
- Так я и не вламывался, - попытался оправдаться Торин, - у этих эльфов весь замок дырявый – ни одной двери. Тут некуда вламываться. Я просто вошёл.
- У тебя просто поразительный взгляд на некоторые вещи, король Эребора! – улыбнулась я, а Торин воспрял духом.
- Неординарный?
- Примитивный, я бы сказала, - и я рассмеялась. А Торин смотрел на меня и не понимал моего веселья, но радовался, что лёд между нами начал оттаивать.
Мне принесли еды и я с жадностью уплетала завтрак. Каждый раз, после применения своего дара-проклятия я испытывала просто нечеловеческий голод.
Сборы были быстрыми. Уже через каких-то полтора часа эльфы и гномы во главе с Трандуилом и Торином выезжали из ворот замка. Я не переставала поглаживать Эленарин. Она тоже радовалась нашей встрече. На седло я прикрепила сумку с дополнительной одеждой и сапожками, которую мне подарила Рингел. Гимли опасно шатался в седле, заваливаясь то на один бок, то на другой. Вчерашняя попойка не прошла даром. Кили пришлось остаться, так как его рана всё ещё не зажила. Он было пытался противиться такому решению, но Торин был непреклонен. Фили очень долго прощался с Кили. Видно было, что они сильно переживали разлуку.
От Балина я узнала, что мы поедем по эльфийской тропе, так как большая дорога, рассекающая лес на две части стала опасной из-за частых нападений орков и пауков. Южная часть леса просто кишела ими, мы же находились в северной части. Пересечение леса займёт несколько дней. Трандуил взял лучших лучников и лучших воинов, а Леголаса оставил следить за замком и территорией.
Лес мы проехали довольно спокойно. Во время привалов, половина эльфийского войска оставалась бодрствовать. Они патрулировали стоянку и стояли на страже. Но пауков больше не попадалось. Симраил сказал, что обычно пауки долго зализывают раны и собираются с силами для следующей вылазки. Но это меня не успокоило. Я старалась держаться поближе к Трандуилу. Несмотря на происшествие у родников, мне всё же было спокойнее рядом с неуязвимым королём Лихолесья. К тому же я была сама виновата, что разозлила его. Нечего было выпендриваться и делать глупости. К такому выводу я пришла, тысячу раз прокрутив в голове произошедшее. Хотя часть меня всё же бунтовала и мысленно лепила пощёчины надменному королю, другая часть, где так неожиданно и абсолютно невовремя оживали бабочки, хранила прикосновение губ и рук лесного эльфа. Так что, пометавшись в своих размышлениях туда-сюда, я решила не заморачиваться и не строить из себя обиженную фурию.
- Простите за …, - начала я тихо в самый первый день похода, когда в один из моментов поравнялась с Трандуилом, - за то, что произошло… у родников. Я..гм… Ну, то есть… Я хотела пошутить. Хотя теперь понимаю, что сглупила.
Король слушал меня молча. Он повернул ко мне голову и какое-то время рассматривал. Я поглядывала на него украдкой, теребя поводья. Наконец король Лихолесья снизошёл до ответа.
- Забудем об этом. Есть вещи, которые не стоят воспоминаний.
Я аж потеряла дар речи. То есть для Трандуила происшествие в пещере было не более, чем незаметный чих, который не остаётся в памяти уже через пять минут? Ну, да, наверное, это только я по шестьдесят раз в минуту перевариваю случившееся, а он, видимо, даже не разу и не заморочился. На мгновение я пожалела, что открыла рот, но потом подумала, что рядом с Трандуилом ехать всё же спокойнее и решила оставить всё как есть
.
На следующие сутки мы пересекли Зачарованную Реку, воды которой были черны и мрачны. Симраил предупредил, чтобы никто не приближался к воде, потому что она погружала в вечный сон любого, кто её касался. Я поёжилась. Сколько ещё опасностей ждут нас на нашем пути?
На восьмой день мы выехали из Лихолесья и отправились на Юг. До реки Андуин мы доскакали за два дня. Это была быстрая горная река, переправа через которую не представлялась возможной. Балин рассказал, что раньше была гномья переправа, но она была разрушена окрами, а сам гномий тракт, по которому в старые времена гномы вели торговлю через Лихолесье стал слишком опасным и был заброшен.
Эльфы, казалось, были бодры и даже не устали, словно мы выехали только вчера. Гномы же уставали, ворчали и пытались шутить, чтобы скрасить неудобства. Как я поняла, гномы в основном любили горы и жили под землёй. Они обожали работать с металлом и камнями и могли сутками работать в кузнецах или в глубоко в шахтах. Меньше всего на свете им нравилось путешествовать и даже на охоту они выезжали редко, предпочитая торговлю.
Постепенно со спуском, река успокаивалась и уже не гнала свои воды в безумном скаче, но всё ещё оставалась широкой и быстрой. Я радовалась близости воды. Можно было наконец-то постирать вещи и помыться.
Всё моё тело превратилось в одну сплошную мозоль. Ноги привыкли к нагрузке и не болели так сильно, как в первые дни похода. Я уже уверенно сидела на Эленарин, которая явно гордилась своей ученицей и гордо вышагивала рядом с оленем. Олень косился на нас и снисходительно фыркал – копия своего наездника.