Страница 4 из 35
- Я понял, – ответил он, тут же сжал губы, всё ещё не в силах принять собственный голос, и закивал.
- Молодец, – Карин потрепала Джейкоба за смешные волосы, и тот раздражённо отбросил её руку.
- Я подожду у себя в арсенале, – он спрыгнул с постели и только сейчас обнаружил, что он в юбочке и в белых кружевных носочках.
На полу он заметил пару тёмно-серых туфелек на небольшом каблучке, точно в тон его юбке. Он испуганно посмотрел на доктора Чаквас, его глаза болезненно заблестели.
- Пока надевай, тебе нужна обувь, – Карин по-матерински глянула на девочку и погладила её плечу, – потом мы что-нибудь придумаем.
Джейкоб влез в туфли и несколько неловко зашагал из палаты, по пути со страхом и любопытством оглядывая других девочек. Как только он вышел, послышалось негромкое бормотание, эдакое приглушённое рычание.
- Карин, – позвал Кон, не успевший надеть маску на девочку, – пухляшка просыпается!
Чаквас нервно поправила выпавшую седую прядь и подбежала к Гранту. Курносая, кругленькая девочка с белоснежной кожей и рыжими кудрявыми волосами во сне стаскивала с себя одеяло. Невысокая, с пышненькими грудками, животиком, маленькими ручками и пухлыми ножками. Девочка лежала на боку, облизывая чувственные губки, а откуда-то из гортани слышалось мурлыканье. Она напоминала мягкую детскую игрушку, которую тянет затискать, или сладкую булочку, которую хочется скорее съесть.
Девочка медленно открыла небольшие и очень ясные голубые глаза.
Все замерли.
Она лежала неподвижно. Взгляд упирался в доктора Чаквас. Она медленно провела рукой от бедра к талии, и её веки дрогнули.
Карин сглотнула.
- Грант, – произнесла она хрипло, удивившись, как быстро пересохло в горле.
Голубые глаза уставились на доктора. А рука продолжала неуверенно изучать собственное тело. Сжав одну из грудей, всё лицо сморщилось до такой степени, что стало напоминать маленькую подгнившую тыкву.
- Это что за… – начал было говорить Грант, но осёкся.
Точно как и Джейкоб, он никак не ожидал услышать женский голос, тем более человеческий. Тем более такой ангельский.
- Что за хуйня?.. – процедил он сквозь зубы, не желая слышать самого себя.
Девчонка краснела сильнее и сильнее, будто раскалялась изнутри. Глаза налились кровью. Она рванулась из-под одеяла, соскочив на пол и грубо оттолкнув койку в сторону. Чаквас отскочила. Грант оказался совсем крохой, и был для Карин не выше живота, однако агрессивной энергии внутри него точно хватило бы, чтобы осветить колониальный городок.
Вдруг Грант увидел в стеклянной перегородке своё отражение, и его лицо исказилось бешенством. С неистовым кроганским криком и рычанием, которые в действительности оказались нелепым ребяческим блеянием, он кинулся вперёд, со всей дури врезался головой в калёное толстое стекло и рухнул на пол, оставив на лбу розовую гематому. На перегородке же не появилось ни царапины.
Чаквас сдержала панический визг и кинулась на помощь Гранту, но тот резко оттолкнул её и сам поднялся на ноги, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Он тяжело дышал и медленно оглядывал всех девочек на койках.
- Вашу мать... – морщась от собственного голоса, шептал он, – мы все. Все... И я... И я... Я – человечья девка вот с этим, – он смял свои груди, словно желал их сейчас же оторвать и выбросить в утиль.
- Мы вернём ваши тела назад, – Карин старалась говорить как можно спокойнее. – Мы найдём решение, Грант.
Девчонка сжала зубы и вытаращилась на доктора в немой угрозе. Что-то происходило в её голове, ранее не ведомый конфликт между телом и сознанием. Грант хотел выпустить ярость, хотел крушить, хотел размозжить чей-нибудь череп, хотел прежнюю кроганскую неуязвимость, но чувствовал разъедающее бессилие маленького розового тельца. Он будто был в ловушке. Чудовищной ловушке, лишившей его всех сил и сделавшей из него пустышку. Опустив голову и сжав кулаки так, что ногти впились в кожу, он потопал прочь из палаты.
Гарднер возвращался на кухню, по пути собирая тарелки. Вдруг он замер у самой посудомойки, заметив маленькую пухлую девчушку, которая направлялась из палаты прямо к нему. Её голубые глаза горели крохотными звёздочками, а рыжие волосы горели ярким заревом. Руперт расплылся в улыбке до самых ушей, а щёки покрылись румянцем. Он отложил тарелки и наклонился над тумбочками, когда девочка заскочила на высокий барный стул.
- Что желает наше солнышко? – нежно спросил Гарднер.
Грант вперил взор в глаза мужчины, желая уничтожить его на месте, но знал что ничего не выйдет. Ничего не выйдет.
Ничего не выйдет, принцесса.
Грант не смог ничего сказать и от злости, от ненависти к своему телу начал мять и скручивать болтающуюся грудь, пытаясь оторвать её.
Взгляд Руперта скользнул вниз, и его щёки запылали ещё сильнее.
- Дай пожрать, – попросил Грант сквозь зубы.
Гарднер улыбнулся тому, что маленькая девочка разговаривает в манере старого ковбоя. Гранта же это только разозлило.
- Жрать!!! – крикнула она, и лицо её скорчилось в чудовищной гримасе.
- Боже, – повар замотал головой, – сейчас всё приготовлю. Минутку, изнеженное ты дитя.
- Нет, блядь, минутки!!! – завопила она.
- Господи, и этим ртом ты маму свою целуешь?!
- Пошёл на хуй, ты старый пердун!!! – девчонка вскочила на тумбу и налетела на Гарднера, ударив его сначала лбом в нос, а затем принявшись его кусать.
Тот взвизгнул, почувствовав, как маленькие зубы вдруг впились в его ухо.
- Что ты делаешь, чёрт бы тебя побрал?! – завопил мужчина, отталкивая девчонку от себя. – Эй! Помогите!
Кто-то из бойцов кинулся на подмогу повару, тщетно пытаясь оттащить цепкую девчонку. Карин стояла в палате, наблюдая за сценой из-за стекла, устало прижимая ладонь к щеке. К доктору приковылял Джокер и заботливо приобнял.
====== Эпизод 3 ======
Уперев локти в колени, юная Рэнди сидела на ступеньке лестницы в самом тихом месте Нормандии – возле инженерного отсека. Вся какая-то угловатая, болезненно худая, но с большими выразительными зелёными глазами и смешным светлым ёжиком на голове, она внимательно смотрела на свои голые ножки в чёрных кедах, потирала затылок и размышляла.
Очнувшись третьей по счёту, она приняла ситуацию стоически, не показывая лишних эмоций, чем сначала очень обрадовала доктора Чаквас. Однако уже через две минуты девочка сломя голову бежала к лифту, желая скорее найти место, где можно спрятаться. На глаза предательски наворачивались слёзы.
Весь план по проходу через Омегу-4, по уничтожению базы коллекционеров, вся эта бравада, дескать, я соберу лучший отряд, раздобуду лучшее оружие, смогу то, чего никто до меня не делал, и все мы героически победим – всё потеряло смысл в секунду. Разбилось вдребезги. Рэнди была готова к появлению Жнеца из унитаза при каждом походе в туалет, но никак не представляла капитальную перемену тел всего отряда.
Что делать?..
Сзади послышался звук открывающихся дверей лифта, неуверенные шаги и затем осторожный клич:
- Шепард?.. – низкий и несколько хриплый юный женский голос.
- Да, – отозвалась Рэнди со вздохом и обернулась.
На верху лестницы стояла высокая худая девушка в короткой синей юбке и с очень длинными тонкими ногами. Всеми чертами она напоминала своеобразную хищную птицу. Маленькие немигающие голубые глаза на продолговатом лице смотрели на неё с тревогой и любопытством. Пепельные, почти седые волосы с рваными концами, зачёсанные на левую сторону, серебрились в свете корабельных ламп и напоминали перья. Острые черты лица, высокие скулы, тонкие аккуратные губы – Рэнди не составило труда разглядеть за всем этим старого друга.
- Гаррус?..
- Шепард… – девушка вздохнула с облегчением.
- Гаррус.
Они смотрели друг на друга и глубоко дышали.
- Шепард.
- Да-а-а, я, – не сдержав улыбки, ответила Рэнди, вскочила на ноги и стала подниматься наверх. – А ты Гаррус.
- Я – Гаррус, – повторил он представительным, почти театральным тоном.