Страница 23 из 69
"А, собственно, что я потеряю, если и сейчас буду сгущать краски?" — подумал Сергей, — "Надо идти ва-банк".
— Видите ли, я считаю, что планы по возвращению Крыма в состав России разной степени проработанности существуют давно. И при определенных условиях вполне реализуемы. Когда эти условия сложатся в благоприятную конфигурацию, я сказать определенно, конечно, не возьмусь. Но не завтра. И не в следующем году. Этот котел будет кипеть лет восемь-десять… О негативных последствиях я уже писал, повторяться не буду. Но… есть еще один момент. Очень важный, а, может быть и самый важный… Если такие планы будут реализованы, Запад испугается настолько сильно, что готов будет идти буквально на любые меры, чтобы скрыть этот свой страх. Потому что свои страхи не прощают. За них мстят.
— Вы имеете ввиду полномасштабный военный конфликт?
— Нет, до таких ужасов не дойдет, но то, что я уже описывал, вполне подходит под определение войны холодной… Их страх будет в том, что реализация плана по присоединению Крыма будет означать, что теперь и Россия владеет политическим оружием, монополию на которое они надеялись сохранять вечно.
— Что за "политическое оружие"?
— Это такой набор внутренних и внешних факторов, с помощью которых разрушаются государства. Полностью. Или захватываются.
Теперь пауза была много длиннее. Было видно, что будущий член Совета Безопасности подбирает корректную формулировку следующего вопроса.
— Считаете ли Вы, что есть, или могут быть созданы условия для предотвращения тех последствий, о которых Вы писали?
— Конечно. Превентивный удар.
Сергей получил огромное удовольствие, наблюдая за выражением безмерного удивления на лице опытного дипломата.
— Мне казалось, что Вы менее кровожадны, — наконец смог выдавить тот.
— А я вовсе не танки и ракеты имел ввиду, — Ефимов вовсю улыбался, — Надо создать в Крыму независимое государство. Второе Монако. Или Гонконг.
Как оказалось, многоопытные и высокопрофессиональные дипломаты тоже умеют быть эмоциональными и экспрессивными. Такого радостного и одновременно гомерического хохота Сергею слышать ещё не приходилось. Немного успокоившись, хозяин кабинета достал белоснежный платок, вытер слезы и, продолжая улыбаться, сказал:
— Вы не устаёте меня удивлять. Неужели Вы такой большой поклонник Аксенова?
Теперь пришел черед удивляться уже Ефимову:
— Так ведь его "Остров Крым" описывает попытки ровно противоположного процесса — объединения. И заканчивается все весьма трагически для главного героя. И далеко не только для него, — хмуро возразил Сергей. — И вообще, в свете нашего разговора — пророческая книга, не находите, — совсем уж мрачно добавил он.
Переждав пару секунд, продолжил:
— И вообще вся фантастика сродни пророчеству. Слишком многое сбывается.
— Все это верно. Если говорить о фантастике научно-технической. Социальная же фантастика пока не может похвастаться сбывшимися предсказаниями.
— Хм, а Вы все-таки любите фантастику, как я понимаю. Ваши суждения явно не сию секунду родились.
— Я нахожу её иногда полезной.
"Н-да, такого человека с наскока ни в чем не убедишь. Слишком опытен, слишком самоорганизован. Что же делать то? Неужели вся наша верхушка настолько уверена в своих силах?" — ситуация начинала казаться безнадежной. — "Что ж, придется переть напролом".
— Антон Эдуардович, можно я без дипломатических заходов? — спросил Ефимов и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил:
— Я абсолютно убежден в том, что план с присоединением Крыма, если он будет реализован, приведет именно к тем последствиям, о которых я писал. Поэтому нужен "отвлекающий маневр", как говорят военные. Или "разведка боем". Неужели так сложно создать ещё одну рабочую группу, которая занялась бы проработкой ответных мер в случае, если сбудутся худшие прогнозы. И самое! главное — под видом проработки проекта по созданию независимого государства можно спокойно работать над приведением законодательства и самого Крыма, и Украины в целом, к нужному и выгодному нам виду. Поскольку поводом, подчеркиваю, — поводом для введения санкций будет нарушение каких-нибудь законов, крымских, украинских или международных. Они обязательно найдутся, эти законы. И даже если не будет нарушена "буква закона", будут ссылки на нарушение "духа закона" или на процессуальные недоработки при их принятии. Реальную же причину я уже называл… — Сергей картинно вздохнул и закончил:
— С формулировкой "превентивный удар" я, возможно, погорячился, но зато дал повод повеселиться.
— А почему Вы считаете, что мы не сможем справиться с теми последствиями, которые вы прогнозируете?
— Почему не сможем? Сможем. Вопрос цены. Тратить гигантские средства все равно так или иначе придется — пенсии, социальные гарантии, инфраструктура, перенастройка банковской системы, строительство соцобъектов… Просчитать же заранее пути и способы минимизации потерь — вполне посильная задача.
И снова повисла пауза. И снова первым нарушил её хозяин.
— И в какую же обертку Вы предлагаете завернуть свой "отвлекающий маневр"?
— А все уже давно придумано, — грустно улыбнулся Сергей, — Ильф и Петров Нью-Васюки описали, а Аксенов перенес их в Крым. Осталось переписать все современным "бизнес-дипломатическим" языком. В любом случае — переговоры на такую животрепещущую тему могут длиться бесконечно долго и отвлекать от реальных конфликтных ситуаций, если это будет в какой-то момент выгодно. Нам, естественно.
— У меня складывается такое ощущение, что и эта концепция — плод Ваших длительных размышлений. Но вот причину её разработки я понять не могу.
— Возможно, ответ: "За державу обидно!" — и покажется неубедительным, но другого у меня нет.
Продолжать разговор уже не осталось никаких сил, но Антон Эдуардович и сам предложил на этом пока прерваться, выразив надежду, что это не последняя их беседа.
Глава 10
Со всеми этими бизнес-планами и "псевдополитическими" (как Сергей их про себя называл) проектами времени на полноценные занятия с Катериной практически не оставалось. Пришлось просить Шуру иногда его подменять. К счастью, получалось у неё очень даже здорово. Он вообще начал подозревать, что Санечка смогла как-то перенять, впитать в себя часть его способностей по ведению и недопущению ошибок во время танца. А ещё Миндель с Плетневым несколько раз просили взять то одну, то другую ученицу. Ефимов отбивался как мог, хватался за голову, заламывал руки и сетовал на дикую загруженность. С ним соглашались, но чувствовалось, что начало возникать некоторое напряжение в отношениях.
Спас дело, как обычно, случай. После одной из тренировок они с Шурой разговорились с одной из топовых пар, занимавшихся в тот день рядом и закончивших свою тренировку одновременно с ними. Болтали о том, о сём и вдруг Максим посетовал, что скоро им придется сделать длительный перерыв.
— Какие-то проблемы? Может быть мы сможем помочь? — посочувствовала Александра.
— Вряд ли, — ребята рассмеялись, а девушка наклонилась к Шуре и прошептала:
— Я в декрет собралась.
Сергей с трудом, но расслышал шепот и как клещ вцепился в её партнера:
— Максим, выручай! Есть классная ученица, прогрессирует стремительно, но последнее время жуткий дефицит времени. Возьми её, а? В Pro-Am вы всех порвёте!
— Ну-у, надо подумать.
— Да что там думать! Завтра у нас по плану занятие в Галадансе, приходи, посмотришь, попробуешь. С Минделем я поговорю, думаю, он возражать не станет. Ещё мне спасибо скажет, что я приведу в клуб такого классного партнера.
Все оказалось именно так, как расписывал Сергей. Максим с Катериной друг другу понравились, Алексей тоже был очень доволен таким поворотом. Правда, несколько первых занятий Катерина жаловалась, что ей приходится гораздо больше "прислушиваться" к новому партнеру, но они быстро притерлись друг к другу. Ну ещё бы, все-таки Макс был по уровню намного выше Сергея, к тому же — прилично моложе, сильнее, опытнее. Да и по способностям вести партнершу, наверное, не уступал.