Страница 7 из 17
Однако, если четвертый человек снял очки и ясно видит, что белый шар является белым, но утверждает, что белый шар является якобы черным, то его утверждение мы называем ложью. Ложь – это противоположность истины, заведомо неверная информация о реальности или действительности, придуманная субъектом с целью обмана. Ложь может существовать только лишь в сознании обманывающего или обманутого субъекта. Поэтому она, как и заблуждение, является исключительно субъективной, а не объективной категорией. Ложь и заблуждение не могут быть объективными категориями, ибо никакого объективного заблуждения, объективной лжи и обмана в объективной действительности, в неживой природе нет и быть не может. Субъективная истина также не есть ложь. Их следует четко отличать друг от друга.
Ложь рано или поздно должна быть опровергнута истиной.
Например, немецкие фашисты во главе с Адольфом Гитлером называли Иосифа Сталина и всех коммунистов евреями. Это было их лживой (субъективной) пропагандой. Однако факты говорят об обратном: 13 августа 1952 года Сталин истребил 40 еврейских писателей только за то, что они были евреями. Это значит, что объективной истиной является то, что Иосиф Сталин был антисемитом, а не евреем.
В октябре 1973 года КПСС пыталась уничтожить еврейское государство Израиль. Этот факт говорит о том, что в объективной действительности она была антисемитской, а не еврейской партией.
Таким образом, фашистская пропаганда не была никакой истиной, а была чистейшей ложью, которая опровергается фактами.
Объективная истина выступает как предел, к которому в процессе познания стремится субъективная истина, если степень ее искажения непрерывно уменьшается. Если степень искажения субъективной истины становится равной нулю, то субъективная истина соответствует объективной истине в идеальной точности.
Но тогда возникает вполне уместный вопрос: возможно ли уменьшить в сознании человека степень искажения истины до нуля? Другими словами: может ли человек познавать объективную истину?
6. Абсолютная и относительная истина
Абсолютная истина есть предел, к которому относительная истина всегда приближается, но которого она не достигнет никогда
Объективная истина выступает как предел, к которому в процессе познания стремится субъективная истина, если степень ее искажения непрерывно уменьшается. Если степень искажения субъективной истины становится равной идеальному нулю, то субъективная истина соответствует объективной истине в идеальной точности.
Но тогда возникает вполне уместный вопрос: возможно ли уменьшить в сознании человека степень искажения истины до нуля? Другими словами: может ли человек познавать объективную истину?
Как бы точно мы ни определили длину карандаша или какого-либо другого предмета, всегда можно найти более точные измерения. Чтобы в процессе развития шаг за шагом довести погрешность наших измерений до идеального нуля, нам бы понадобилась вечность, которой у нас нет. Поэтому абсолютно точная (объективная) истина о размерах какого-либо предмета выступает как недосягаемый предел, к которому в процессе вечного и непрерывного уточнения приближается относительно точная (субъективная) истина, но которого она никогда не достигнет. Такого рода объективная истина в абсолютной точности не познаваема, то есть степень ее искажения в сознании субъекта невозможно уменьшить до абсолютного нуля.
Субъективная истина о размерах предметов может быть только лишь относительно более точной или менее точной, но она не может быть абсолютно точной. Однако, нужна ли нам такого рода абсолютная точность? Нет, не нужна.
«Целью познания является достижение истины» ([88] стр. 318) с такой степенью точности, в какой это нужно для нашей практической деятельности и нашего дальнейшего развития. Если речь идет о размерах квартиры, то мы можем их определить с точностью до 1 см, а этого для нашей практической жизни вполне достаточно. Определение размеров квартиры с точностью до 1 мм нам не нужно, а потому оно недоступно для нас. Если речь идет о чертежах, то мы можем наносить на них изображения с точностью до 1 мм, а этого вполне достаточно для нашей инженерной деятельности. Нанесение линий на чертеже с точностью до 1 микрона нам не нужно, а потому оно недоступно для нас. Если речь идет о диаметре шариков в подшипниках качения, то мы можем измерить их с точностью до 1 микрона, а этого вполне достаточно даже для ракетной техники. Измерение шариков с точностью до тысячных долей микрона нам не нужно, а поэтому оно недоступно для нас.
Относительной истиной мы называем такую субъективную истину, которая соответствует объективной истине с точностью, достаточной для целесообразной практической деятельности человека на данном этапе его развития. Такого рода относительная истина может быть познана и вполне успешно использована человеком. Излишняя точность потребовала бы от нас дополнительных (неоправданных) затрат и поэтому оказалась бы нецелесообразной.
Относительная истина всегда субъективна, ибо существует она только лишь в сознании субъекта. Она зависит от его способностей и воли. Она может быть дополнена, углублена, расширена и уточнена, но не может быть объективно опровергнута никем и никогда в будущем. Она охватывает одну или несколько сторон действительности, а не всю ее исчерпывающую полноту.
Но это вовсе не означает, что объективная истина якобы непознаваема всегда. Субъект может дать объективный (абсолютно правильный) ответ, например, на такие вопросы, как: «Сколько карандашей я держу в руке?» или «Сколько учеников в классе?» и т. д. В таких случаях объективная (абсолютно верная) истина познаваема, а степень ее искажения в сознании человека может быть равна абсолютному нулю.
Кроме того для разных субъектов относительная (или субъективная) истина может быть различной, а абсолютная (или объективная) истина для всех всегда одинакова. Приведем примеры:
Пример 1. Великий ученый Альберт Эйнштейн в 1919 году в своем ответе журналистам об относительности истины писал следующее: «Некоторые утверждения в вашей газете, касающиеся моей жизни и моей личности, обязаны своим происхождением живому воображению журналистов. Вот еще один пример относительности для развлечения читателей. Сейчас в Германии меня называют «немецким ученым», а в Англии я представлен как «швейцарский еврей». Но если бы мне было уготовано судьбой стать ненавистным, то произошло бы обратное: я оказался бы «швейцарским евреем» для немцев и «немецким ученым» для англичан», ([49] стр. 681), М53.
Мнение журналистов, немцев и англичан об Альберте Эйнштейне было субъективной (относительной) истиной. Однако, в объективной действительности, независимо от субъеткивных мнений, он был евреем. Такой ответ является абсолютно верным элементом всеобщей истины.
Пример 2. Мы держали во дворе кур и уток. В солнечную погоду куры чувствовали себя отлично, а утки – плохо. В дождливую погоду наоборот: утки чувствовали себя отлично, а куры – плохо.
Тогда я задаю вопрос: что такое хорошо и что такое плохо, солнце или дождь?
Для кур относительной истиной является то, что солнце – это хорошо, а дождь – плохо. Для уток относительной истиной является то, что дождь хорошо, а солнце – плохо. Однако, объективную истину мы можем сформулировать следующим образом: и дождь и солнце – это хорошо, ибо если бы не было их обоих, то не было бы на Земле никакой жизни вообще. Такой ответ также является абсолютно верным элементом всеобщей истины.
Пример 3. Я задаю вопрос: где лучше жить, в воде или на воздухе?
Для рыб относительной истиной является то, что лучше жить в воде, а воздушная среда является смертельно опасной для жизни. Для человека относительной истиной является то, что хорошо жить на воздухе, а водная среда является смертельно опасной для жизни. Однако, объективную истину мы можем сформулировать следующим образом: хорошо жить рыбе в воде, а человеку на воздухе. Такой ответ является абсолютно верным элементом всеобщей истины.