Страница 91 из 101
Эмоции – жаркий огонь мерцающий неравномерными бликами в сознании и, если языки этого пламени всполохнут слишком сильно, ослепляя ярким светом, от испытываемых чувств можно сгореть. Так сознание Арне воспламенялось всякий раз, когда рядом с ним была Клоди.
Внутри пепелище и полный мрак. На сгоревших угольках плясали языки огня и мысли, обретая форму внутренних демонов, скалились, ядовито шепча, что Арне не стоило переступать через себя и становиться другим ради той, которую он любил. Безбожно богатый, умный и не в меру эгоистичный, Арне мог добиться всего чего хотел, ведь имея вместо сердца черствый уголь, парень порой не видел разницы между плохими и хорошими поступками, благодаря чему, желая достичь желаемой цели, он иногда совершал по-настоящему страшные поступки. Так и сейчас эти мерзкие демоны, завораживающе сверкая желтыми глазами, твердили, что парню не следовало давать Клоди выбора. Жестокая черта, прочно засевшая в характере парня, вея приторным властолюбием, твердила, о том, что хотела Клоди этого или нет, но она должна была быть с Арне.
С каждым днем этих демонов становилось все больше. Их кожа чернела, когти приобретали более острую форму и назойливый шепот, сопровождающийся шипением раздвоенных языков, казался убедительней. Арне боялся потерять Клоди из-за собственного бездействия и только одна мысль о том, что, на данный момент, у нее отношения с Лотером Дане, сводили парня с ума, причиняя неописуемую душевную боль. Это разрывало его на куски и терзало разум, выливаясь в жгучую ярость к Лотеру, мужчине, который теперь был рядом с возлюбленной Арне. Бессонница и бесконечные неприятные мысли стали постоянными спутниками парня, но, вопреки всему, он отторгал своих демонов и их сладкие речи.
Пусть Арне и был монстром в человеческом облике с прогнившей душой, но Клоди, пробуждала в нем тусклые проблески света и парню казалось, что он все же способен оставить позади себя всю гниль собственных размышлений и стать счастливым рядом с той, кого так неистово полюбил. Именно поэтому, Арне переступал через себя, собираясь добиться расположения Клоди благими намерениями, а не эгоистичными поступками, ведь только благодаря этому он мог создать с девушкой по-настоящему крепкую семью. Арне был готов самовольно сгорать от противоречивых мыслей и понимания того, что Клоди на тот момент встречалась с другим, но вреда он ей причинить не мог. Она должна была сама понять, что хочет быть с Арне.
Несмотря на все нюансы, тот вечер, когда Клоди и Арне наконец-то удалось встретиться в ресторане «La Coupole», был восхитительным. Непринужденная обстановка, разговоры о прошлом и мимолетные улыбки. К счастью, Клоди не упоминала Лотера и у Арне ненадолго возникло ощущение, что они наконец-то вместе и, несмотря на шум голосов в ресторане и окружающих людей, сидящих за многочисленными столиками, они существовали одни в целом мире. Сосредоточенные только друг на друге и безумно влюбленные. Хотелось позволить себе немного больше и хотя бы взять девушку за руку, но Арне сдерживался, с горечью понимая, что пока что она не принадлежала ему.
Все же, находясь рядом с Клоди, мир для Арне казался совершенно другим. Более чистым, колоритным и насыщенным. В последнее время он только и мог, что уходить с головой в работу, уже давно не в состоянии воспринимать незначительные радости жизни, но обычная прогулка с Клоди по оживленным улицам Парижа, дала Арне возможность почувствовать тонкую и мягкую беззаботность, унимающую все его внутреннее смятение и душевную ожесточенность.
Естественно, Клоди поинтересовалась причиной разрыва их отношений. Арне ожидал этого вопроса и неоднократно размышлял над тем, стоит говорить девушке правду или лучше солгать, тем самым ступая на шаткую тропинку надежды того, что память к девушке никогда не вернется. Легче было солгать, но для Арне надежда лишь пустой звук и уже давно, самовольно утонув в грязной реальности, парень был готов столкнуться с последствиями своих поступков. Правда, не все и сразу он планировал рассказывать девушке. Постепенно и очень мягко Арне собирался раскрывать перед Клоди правду, тонко играя на ее сознании, так, чтобы девушка видела в нем не только плохое. В конце концов, в нем были хорошие черты и Арне хотел чтобы только они касались Клоди.
Говоря частичную правду о причине разрыва их отношений, Арне прекрасно понимал, что приятная часть вечера подошла к концу, ведь у него не было ни малейшей надежды на то, что Клоди спокойно примет эту новость. Парень просто хотел дать ей немного времени, чтобы девушка успокоилась, после чего вновь встретиться с ней и доказать серьезность своих намерений по отношению к ней. Вот только, когда Клоди стало плохо, все мысли парня в один момент перемешались и волнение затмило здравый смысл. Совершенно не зная, что происходило с девушкой и чем было обосновано ее частое дыхание с лихорадочным, практически паническим взглядом, Арне прикоснулся к Клоди, пытаясь успокоить ее и привлечь к себе внимание. Но это легкое, еле ощутимое прикосновение раскрыло то, чего Арне уж никак не ожидал.
Пробивающий мелкими разрядами тока шок. Леденящее острыми дуновениями удивление. Неверие… Все мысли сплелись в один запутанный клубок и впервые в жизни Арне ощутил, как под тяжестью всепоглощающего недоумения весь его мир перевернулся с ног на голову. От эмоций можно сгореть, но в тот момент чувства заморозили Арне, покрывая мысли толстой коркой льда замешательства. Как же тяжело было поверить в то, что Клоди была беременная.
- Клоди, ты... – еле слышно прошептала парень, запинаясь на середине фразы. Он просто не знал, что нужно сказать в этот момент, ведь все слова предательски испарились из его головы.
Обрывки несуразных мыслей бушевали в сумбурном водовороте, но среди всего этого хаоса недоумения выделялся только один вопрос: от кого Клоди беременная?
- Что?.. Беременная? Кто? От кого?... - прошептал парень охрипшим до не узнавания голосом, но Клоди никак не отреагировала на его слова. Она лишь несколько раз быстро моргнула и сжалась, часто дыша, а Арне в тот момент так и не понял, что, будучи в замешательстве, перешел на английский язык, который был для него привычнее, несмотря на то, что парень родился во Франции и большинство времени проводил в Париже.