Страница 58 из 101
Нервозность безжалостно изводила меня и это неминуемо приводило к тому, что я постоянно ворочалась, кусала губы, терла веки кончиками пальцев и пыталась унять собственное сердцебиение, сейчас больше напоминающее тревожное звучание литавров. Оказавшись в ловушке суетливых сомнений, я, постепенно, все сильнее изводила себя, физически ощущая эту тяжесть неопределенности. Голова все сильнее болела, в горле застрял горький ком и в груди все пылало вызывая неприятную тошноту.
После встречи с Арне на набережной, я поехала домой, так как и речи не могло быть о том, чтобы продолжить свой выходной в задуманном темпе. Еще сидя в такси, я, опершись ладонью о спинку переднего сидения, согнулась и судорожно дышала, будто меня внезапно охватила паническая атака и все внутренние голоса одновременно завопили, звуча, как обрывки оглушающего гогота. Стало трудно дышать, словно весь кислород исчез, оставляя сплошной вакуум, от чего легкие жгло и горло сжимало нечто невидимое, но сильное и острое. Я мучилось от собственных мыслей, взрывающихся внутри моей голове, словно хлопушки. Каждое слово для меня было не лучше вспышки молнии, сопровождающейся раскатом грома. Поэтому, приехав домой, я, пошла к себе в комнату и сев в кресло, прикусила кончик языка, пытаясь понять, что со мной происходит. Было неописуемо больно и тоскливо, будто мое сердце в данный момент разрывалось на части. Перед глазами виднелось лишь лицо Арне и мне хотелось, чтобы оно исчезло из моей головы и любые воспоминания об его зеленых глазах растворились, словно капля краски в соленной воде моря. Почему же так больно было просто думать о нем?
Чем больше я старалась разобраться в своем состоянии, тем сильнее меня изводили мысли, пока голова не начала раскалываться и меня не стало тошнить. Проигнорировав приглашение Базиля поужинать вместе с ним и моими родителями, я переоделась в пижаму и легла в кровать, понимая, что, несмотря на свой привычный хороший аппетит, сейчас не смогу ничего съесть. И вот теперь я лежала на смятых простынях, постоянно ворочаясь и скомкивая пальцами одеяло.
Странно, но та невнятная паническая атака довольно быстро прошла, но легче мне от этого не стало, ведь страх быстро сменился горькой нервозностью. Меня до жути тревожили слова Арне, всколыхавшие спокойную воду моего умиротворения. Я все еще отрицала его утверждение о том, что мы могли встречаться. Нечто внутри меня звонко заявляло, что это невозможно. Но, скорее всего, тут сыграл свою роль фактор неожиданности, ведь, привыкнув думать об Арне, как о неприятном мне человеке, имеющем прямое отношение к ненавистной организации, я даже предположить не могла, что у нас когда-то могли быть романтические отношения.
Голова все еще раскалывалась от пробившей тело острой паники и морального беспокойства, но я все равно немигающим взглядом смотрела на потолок, пытаясь понять действительно ли я могла встречаться с Арне. Мне было сложно в это поверить и этому являлось множество причин.
Я люблю себя такой, какая я есть, но я привыкла смотреть правде в глаза, не желая приукрашивать действительность, чтобы потом не разочаровываться в себе и в окружающих людях. Внешность у меня несуразная. Я низкая и худощавая. Манер у меня, точно так же как и грации, ровно ноль. Во многом я проигрываю другим девушкам, поэтому, в то время, как в школьные годы, мои одноклассницы беспрерывно ходили на свидания, я рисовала у себя дома, со временем привыкнув к отсутствию у парней интереса ко мне. Меня никогда не приглашали на свидания и парни не одаривали меня своим вниманием. Если бы моя жизнь являлась фильмом, я бы точно была второстепенной героиней, занимающей минимум эфирного времени. Такая себе несуразная девчонка, мелькающая на втором плане, ведь главная героиня, которая, обязательно, оказалась бы блестящей и непревзойденной красавицей с цепляющим характером, точно бы затмила такую, как я.
Я пока что плохо знала Арне Габена, но уже прекрасно понимала, что он являлся тем, кто без труда мог украсть сердце у любой девушки и явно не страдал от отсутствия внимания противоположного пола. Безбожно богат, невероятно красив и галантен. С такой внешностью и положением в обществе, наверное, жизнь у него слаще сахара.
Мне не хотелось называть себя замухрышкой, но, если смотреть правде в глаза, по сравнению с Арне, я именно ею и являлась. Пусть это прозвучит глупо, но поэтому я и недолюбливала состоятельных парней, имеющих красивую внешность. Они были разбалованные жизнью и имели скверное мнение, что весь мир лежит около их ног, при этом составляя свое мнение о других людях лишь по их достатку и внешности. Я уже многих таких парней повидала и порядком устала от их надменных взглядов, от которых, мимо воли, в голове возникало неприятное ощущение собственной ущербности. Был ли таким Арне Габен или нет, я не знала, но прекрасно понимала, что он мог заполучить сердце любой девушки, но, тогда, чем такая, как я могла приглянуться такому, как Арне? Это какая-то прихоть богатенького мальчика? Он устал от девушек с модельной внешностью и решил поразвлечься с простушкой?
Учитывая мое отношение к таким, как Арне и его социальный статус, благодаря которому, как мне казалось, он бы никогда не посмотрел на меня, я действительно сомневалась в том, что мы могли встречаться, но, спустя несколько часов размышлений, я пришла к выводу, что такой вариант все же возможен. Не зная того, что происходило между нами, было весьма глупо что-либо отрицать. Да и теперь я понимала, что Арне не было смысла врать, говоря, что у нас были отношения.