Страница 73 из 116
Марк умел делать больно, у Лизы даже живот заныл, словно туда болт вкрутили. Она не верила ехидным словам, потому что сомнения – это яд... но тем не менее позволила паре капель проникнуть внутрь. Насупившись, она постучала в дверь каюты, предупреждая, что на пороге гости.
– Что ей нужно, кстати? – запоздало спросил Марк, и в то же мгновение прекрасная Натали распахнула дверь с видом королевы мира.
– Ах, это ты. Проходи. – Взгляд у нее был слегка затуманенным от вина, но далеко не развязным. Наоборот, в глубине блестел огонек презрения, как будто к ней бездомная псина пожаловала.
– Говори, что хотела, мне некогда.
– Я в коридоре не собираюсь разговаривать, – скривилась Наташа. Да она актриса, а не писательница!
Марк выдохнул невидимое пламя ненависти, как дракон, и вошел в каюту. Дверь за ним закрылась.
Все, доведет Наташа композитора! Куда там какой-то блондинке в шортиках. Кто хоть раз видел белый пеньюар мадам Богарнэ, тот поймет.
Нет, ну а что? В отеле Лиза говорила с Марком как со взрослым человеком, пытаясь донести свои идеи и мысли, а он не только не понял, но и явился к Одиссею с табуном телок, демонстративно указывая «зарвавшейся» игрушке, где ее место.
Из каюты донесся звон разбитого стекла.
Отлично, Наташа. Мочи его!
Довольная победой, Лиза тем не менее струсила возвращаться к Андрею и снова поднялась на верхнюю палубу. Встала в центре вертолетной площадки и, заложив руки за голову, посмотрела в темнеющее небо, все еще розово-фиолетовое на западе.
– Я и правда схожу с ума, – усмехнулась она. Надо же, какой дурочкой себя выставила из ревности. А ведь отношения еще и начаться-то не успели.
Она представила, каково это – жить в разных странах с любимым человеком, постоянно путешествуя по работе, встречаясь урывками, зная или подозревая об изменах.
Прав, Одиссей, счастливое будущее для них – это иллюзия. Лиза в первый же год от ревности поседеет. Сейчас-то она могла запустить «сырником» в конкуренток, а как бороться с ними на расстоянии?
Наконец она поняла, почему Андрей так отчаянно пытался держать дистанцию. Он и правда не хотел причинить ей боль.
– А теперь, уважаемые знатоки, вопрос: и как мне жить дальше?
Лиза достала из кармана айпод с наушниками и включила #2Mashi, чтобы предаться печали под песню о стервах; сбросила сланцы и закрыла глаза… И осознала, что яхта плывет.
– Монте-Карло! – вспомнила Лиза и помчалась босиком в рубку, чтобы убедиться.
– Барри! Куда мы плывем?!
– В Монте-Карло.
– А туристы ушли?
– Да, Лисса.
О-хо-хо. Кажется, расплата близко. Одиссей привяжет ее, как Кассандру, на нос яхты, чтобы больше не распускала руки на его гостей.
Она мудро решила принять наказание чуть позже и спрятаться у Наташи. Но стоило подойти к двери, как та содрогнулась от удара, будто в нее запустили креслом, и Лиза испугалась. Марк что же, до сих пор на «Одиссее»?! Не убрался вместе с туристами?! Или Наташа в одиночестве буйствует после ухода композитора?
Постучала. Никто не открыл.
– Натали, все хорошо?
Никто не ответил.
Дернула за ручку – заперто.
Хм… ну ладно.
– Я вернусь через пять минут с офицером, и он вскроет дверь!
Но вместо того, чтобы сразу подняться наверх, Лиза, не выдержав, прокралась на открытую палубу, где Одиссей… мило беседовал с рыжей красоткой. Та, приняв элегантную позу на диване, впаривала Андрею какую-то экономическую фигню, как бы ненароком поглаживая мужское плечо. А Бесстыжий и рад, даже не пытался отодвинуться. Искры между парочкой проскакивали будь здоров.
Заметив мнущуюся в паре метров Лизу, Андрей бесстрастно посмотрел на нее как на пустое место и обратился к своей ведьме на французском:
– Кристина, познакомься, это моя племянница, Лиззи. У нее переходный возраст затянулся, никак не перебесится. Милая, подойди, извинись перед Кристиной за эксцентричное поведение.
У Лизы челюсть отвисла. Что-о-о?
Но понимая, что сама виновата, она приблизилась к внимательно изучающей ее женщине. Та сидела в бледно-голубом летнем костюмчике от кутюр и широко, от всей души, улыбалась.
– Простите, Кристина, мне показалось, что по стене полз древний демон Ктулху. Я помешана на мистике и иногда мое больное воображение путает реальность и вымысел. Я всего лишь пыталась спасти Одиссея от монстра.
Женщина хлопала глазами секунд пять в немом молчании, а потом расхохоталась, явно не поняв намека на то, что монстр – это именно она.
– Вы очень милая, Лиззи. Все в порядке, не переживайте.