Страница 22 из 52
— Моя идея насчет брака изменилась. Может, меня не захочет никакой лорд, но в мире есть другие хорошие мужчины. Куда лучше лордов.
Синтия сморщила носик.
— Ты про отвратительных простолюдин, как блондин из деревни?
— Джек Рейнфорд? Он простолюдин, но не отвратителен, — бордо сказала Тори. — Он умный, веселый и сильный маг, еще и красивый. Бывает брак куда хуже.
Синтия несогласно фыркнула и открыла дверь погреба.
— К счастью, не все Нерегуляры… — ее голос пропал, когда она прошла за дверь. Она потрясенно повернулась к Тори. Синтия кашлянула и сказала. — Я потеряла голос на миг.
— Чары, — сказала Тори. — Ты не можешь говорить об этом сверху.
Синтия была готова взорваться. Она прошла в туннель и прорычала:
— Это ужасно!
Она прошла в погреб, огонек в ее руке угасал. Тори медленнее прошла за ней. Как скоро Синтия уйдет снова?
Тори подозревала, что скоро. Очень скоро.
* * *
Но Синтия пришла на следующее занятие, а потом еще на одно, и еще на одно. Она была мрачной, и ее шелковые платья казались слишком вычурными для изучения магии. Хоть она не была обучена, у нее был талант к магии погоды. Ей приходилось тренироваться с Джеком, «отвратительным простолюдином».
Джек постоянно заигрывал с Синтией. Тори была потрясена, но даже уважала терпение соседки по комнате.
К середине октября с моря подул холодный ветер. К счастью, Тори научилась чарам от Алисы, которые согревали ее. Алиса так хорошо управляла температурой, что ей всегда было уютно. Тори была не так хороша, но хотя бы не замерзала ночью.
Почти ничто не менялось, пока в один из вечеров за ужином она не обнаружила Элейн Хаммонд из группы Нелл Брэкен сияющей от счастья. Элейн было девятнадцать, она была милой светловолосой девушкой. Ее окружали другие девушки, пищащие от радости и поздравляющие ее.
Тори спросила:
— Произошло что-то чудесное, Элейн?
Элейн просияла.
— Мисс Уитон сказала, что я готова уйти! Мой милый все время говорит, что еще хочет жениться на мне, и теперь я смогу сказать да!
— Как хорошо! — Тори обняла девушку. — Когда ты уедешь?
— Надеюсь, до пятницы.
— Родители твоего милого не против его брака с девушкой из Лэкленда? — поинтересовалась Тори.
— Его семья меня любит. Им нравится, что у наших детей может быть магия. Отец Гарри владеет шахтами в Йоркшире, это хороший бизнес.
Тори рассмеялась.
— Дай угадаю. До того, как ты прибыла в Лэкленд, твои родители были против брака с тем, чья семья занимается шахтами, но теперь они рады, что тебя любит юноша из обеспеченной семьи.
Элейн рьяно закивала.
— Родители запрещали видеться с Гарри, пока мой талант не раскрылся. Они говорили, что он недостаточно хорош для меня. Теперь они смирились с тем, что мне повезло получить его, даже если его семья владеет шахтами, так что через месяц будет свадьба!
— Я так рада за тебя, — искренне сказала Тори. Она отошла, другая девушка приблизилась с поздравлениями. Ситуация Элейн дала всем надежду, раз ее талант к магии убрал препятствия на пути к браку с любимым. Тори не думала, что у Элейн много магии, и она не сожалела о запертой силе. Ей повезло.
Служанка принесла Тори письмо.
— Вам, мисс Мансфилд.
Письмо было с маркой отца, то есть «Фейрмаунт» было написано в правом углу конверта его размашистым почерком. Такие, как ее отец, имели привилегии, могли отсылать письма бесплатно. Тори раньше не удивлялась тому, что богачи пользуются почтой бесплатно, а бедняки и фермеры должны платить, а теперь это казалось ей нечестным.
Лорд Фейрмаунт не писал Тори за те два месяца, что она была изгнана в Лэкленд. Это письмо было от ее матери, которая каждую неделю присылала новости о доме и соседях. Ситуация Тори ни разу не упоминалась. Хоть это не радовало, письма показывали, что о ней еще не забыли.
После абзаца о том, как соседи заболели, и как ее мать поставляет инвалидам сиропы и таблетки, тон письма стал мрачнее.
Милая, знаю, как ты хотела вернуться домой на Рождество и свадьбу Сары. К сожалению, твой отец запретил это. Ему кажется, что, чем больше времени ты проведешь в Лэкленде, тем скорее исцелишься. Я опечалена из-за того, что не увижу тебя, но я опишу тебе все детали свадьбы. Старайся, моя милая девочка.
Тори чуть не плакала от разочарования. Она хотела вернуться домой и поспать в своей кровати, хоть и на две недели. Как она могла пропустить свадьбу Сары?
Она перечитала письмо, словно слова могли измениться, и поняла, что ее мать вежливо говорила: Ее отец не хотел, чтобы другие гости свадьбы увидели опозоренную дочь, которую отослали в Лэкленд.
Хоть граф не отрекся от нее официально, он стыдился ее. Может, он и не позволит ей вернуться в Фейрмаунт-холл. Как скоро люди забудут, что у лорда была младшая дочь?
Она уже пропадала.
ГЛАВА 17
Тори в подавленном настроении шла в Лабиринт тем вечером. Ей были рады хотя бы там, даже если не в своем доме.
Она не хотела иметь дела с Синтией, так что дала ей уйти первой и последовала несколько минут спустя. Этой ночью ее ждало занятие с мисс Уитон. Она добралась до центральной комнаты и увидела, как учительница пишет за столом. Тори подошла и спросила:
— Мисс Уитон, что я буду изучать сегодня?
Учительница подняла голову с улыбкой.
— Как распределять силу осторожно, чтобы не использовать все слишком быстро.
— Это полезно! — Тори устроилась возле стола.
— Это один из самых ценных навыков мага, — мисс Уитон задумчиво поджала губы. — Мне нужно поговорить с мистером Стефенсом насчет поведения при облаве на Лабиринт. Нас давно не искали, и мы расслабились. Но к нам пришло шесть новых Нерегуляров, так что нужно убедиться, что все знают, что делать.
Тори нахмурилась.
— Что делать, если управляющие устроят облаву?
— Бежать, — сказала мисс Уитон, смеясь.
— Как курицы, когда лиса приходит во двор? — сомневалась Тори.
— Нет, у трех групп есть префекты, — объяснила учительница. — Аллард у мальчиков Лэкленда, Элспет у девочек и Джек Рейнфорд у местных ребят. Они следят, чтобы все выбрались целыми. Нам хватает времени всех собрать, потому что магические сенсоры на входах дают знать, когда началась облава. Когда звучит сигнал тревоги, многие огни магов угасают, и врагам сложно кого-то узнать. Света хватает, чтобы люди не врезались в стены. Туннели — лабиринт, и избежать вторгнувшихся просто. Если туннель или выход заняты, есть всегда другие варианты.
— Что будет, если ученика поймают? Или такое не случалось?
— Случалось, но редко. Ученика бьют тростью, а это плохо. Хуже то, что любого, кого поймают изучающим магию, запирают каждую ночь до конца пребывания в школе.
— Как ужасно оказаться вдали от остальных Нерегуляров! — воскликнула Тори, ведь маги стали ее друзьями и обществом.
— Многие ученики находят выход из положения. Некоторые учатся взламывать замки их дверей. Другие уходят в Лабиринт днем, чтобы поработать с магией. Но это не те же уроки.
Преуменьшение. Тори поклялась больше времени посвятить изучению туннелей, чтобы ее никогда не поймали. Лэкленд уже был как темница. А быть запертой в комнате ночью сделает его еще больше тюрьмой.
— Добрый вечер, Виктория.
Трепет пробежал по ее спине от голоса Алларда. Она повернулась и поприветствовала его с улыбкой, надеясь, что не выглядит безумно.
— Добрый вечер, Аллард. Ты тоже учишься этим вечером с мисс Уитон?
— Да. Как и мой друг Колин. Вы работали раньше вместе?
— Нет, — сказал Колин. Среднего роста и рыжеволосый, он был с веснушками и заразительной улыбкой. — Только во время кругов.
— Пора исправить это, — ответила она. — У тебя есть специальность в магии, Колин?
— Я хорошо нахожу кого-то или что-то потерянное, — рассмеялся он. — Не вычурный навык, зато полезный.
— Чудесно! — воскликнула она. — Ты можешь сказать, где я потеряла серебряную брошь, которую мне дала сестра? Или тебе нужно искать предмет лично?