Страница 11 из 115
В скоре остались только «мои». Когда Крабс заглянул к нам, я сказала, что в принципе могу сейчас приступить за работу в зале, ибо там знакомые и я им не помешаю. Взяв с временного начальника добро, я взяла «арсенал» и пошла мыть полы в зале. Сказать, что все были в шоке от такого зрелища — ничего не сказать. Я же ленивое существо! Как я могу работать! Ну ничего! Я покажу, что смогу самостоятельно заработать! А то Татчи с Изо постоянно ленивцем меня называют.
С такими мыслями я усердно мыла полы. Домыв все до блеска, я принялась протирать столы, это заняло немного времени. Те уже закончили кушать, и я спокойно протёрла стол, за которым сидели мужчины.
Получив от Боба свою порцию Крабсбургеров, я пошла кушать. Как же я голодна! Я весь день не ела! Это Пиздец!
Боб поставил миску с мясом Иннокентию под моим столом и оставил нас, ибо прекрасно понимал, как я устала.
Крабсбургеры такая вкуснятина! Я ела осторожно и не спеша, наслаждаясь моментом. Я даже от удовольствия глаза закрыла, но стоило мне открыть, как перед собой я увидела морды Татчи, Изо, Харуты и Стефана, который обслюнявил полстола.
— Стефан! Я не для тебя стол мыла! — пригрозила я псу, тот заскулил и скрылся с моих глаз. Я закрыла глаза, чтобы не видеть эти рожи.
— Мау! — я посмотрела на Рыжего.
— Иннокентий, вы все доели! Молодец какой! Сейчас я своё доем, протеру стол и мы пойдём! — улыбнулась я тому и снова закрыла глаза от наслаждения.
— Шура, — позвал меня нежный мужской голос. Я недовольно открыла глаза.
— Ты это… прости, что мы говорили о тебе, как о ленивце… — продолжил Татч. Я вскинула бровь.
— И сегодня утром, когда мы с Шанксом встретились… — виновато трепал свои волосы на затылке Харута. Я тяжело выдохнула и улыбнулась. Те облегчённо выдохнули.
Я доела и отнесла всю посуду на кухню. Протёрла за собой стол и за Рыжим пол, и мы все вместе пошли в сторону порта.
Мы пришли на корабль и увидели то, чего я опасалась — Дед с Шанксом бухают.
— Хашима-сан! — позвала я старшую сестру. — Отберите у них бухло!
— Уже пытались, юи… — виновато протянул Шел.
— Сколько дозы снотворного нужно Деду, чтобы он проспал до того момента, пока Шанкс не съебётся с этого острова? — вскинула я бровь.
— Это ему не поможет, ну даже если бы и помогло, он бы проспал только часов двенадцать… — протянула Нишина.
— От чего он вырубается? — затопала я ногой словно кролик.
— Ну… его ничего не берёт… — протянула Лил.
— Есть кое-что, — всё же сказал Эдди-сан.
— И что это? — с надеждой посмотрела я на главного врача.
— Мы используем кое-какую микстуру, когда готовим его к операции, — ответил медик.
— Точно! — кивнула Хашима-сан. — Только это его часа на два-три вырубит.
— Тогда на вас эта микстура, которую вы вливаете в Деду, Харута с Изо на шухер, а я и папа с Татчи провожаем бухого Шанкса с корабля и пусть он хоть коня ебёт. — рассказала я план и в конце получила подзатыльник. — Ай! За что?!
— Я тебе завтра весь пиратский кодекс расскажу, чтобы от зубов отскакивал. — пригрозил папа.
— Ладно. — выдохнула я. — План «Развод замужних алкоголиков» приходит в действие.
— Да из тебя стратег! — потрепал мои волосы Татчи.
— А название прям в тему! — ухмыльнулся Изо.
Пока медики бегали за лекарством, а Изо с Харутой стояли на шухере, я с Иннокентием и папой с Татчи разговаривали на разные темы. А эти двое ещё успели и кружку рома пропустить…
— Вот твоя дочь говорит, что Огненный Кулак будет вторым комдивом, — сказал Татчи и отпил рому.
— Ну и? — скептически посмотрел на кока папа.
— Ты лично веришь в это? — вскинул бровь Татчи.
— Астер! — позвал кого-то из толпы папа. — Как клерк сея команды ставки принимаешь ты, поэтому я ставлю на свою дочь десятку. — папа вытащил из кармана десять тысяч белли и вручил так называемому Астеру деньги.
— А в чём суть? — вскинул бровь кудрявый рыжий клерк.
— Мы с Татчи поспорили на то, что Огненный Кулак станет вторым комдивом пиратов Белоуса. Я за то, что он станет этим херовым командиром, — рассказала я суть, а Астер записал в какой-то блокнот.
— То есть ты веришь в то, что сказала твоя дочь? — вскинул бровь подошедший Бленхейм.
— Я не просто верю, йои, — тут он выдержал паузу. — Я знаю, что в этом споре она победит.
— Я ставлю на Шуру, — сказал Бленхейм, дав огромную пачку денег. — Здесь сто тысяч.
— Ставлю на Татч-саму! — к нам подбежал какой-то кок. — пять тысяч.
— Двести на Татча, — подошёл к нам комдив шестой дивизии.
Всё дошло до того, что на нас поставили Шанкс с Дедой. Шанкс сто пятьдесят миллионов на Татча, а Дед на меня триста пятьдесят! Я, мягко говоря, в ахуе…
В итоге на меня поставили почти один миллиард! А на Татча семьсот тысяч.
А что насчёт плана? Он провалился. Деда не взяло.
— Харута! — позвала я парнишку. — Смотри, что у меня! — я вытащила из пледа бутылку элитного рома из Дедовского запаса.
— Откуда это у тебя?! — воскликнул Харута.
— Тихо ты! — шикнула я. — Это не важно, важно то, что никто не заметил!
Я взяла Харуту за руку и полезла на марс. Никого. Я открыла бутылку.
— Как тебе удалось? — удивился Харута.
— Уже не важно, — махнула я рукой.
Мы просидели на марсе часа три, за которые потихоньку опустошили бутылку.
— Хрта! — позвала я шатена… нов… шатенов… шатунов… Шатунов! — Я спутитса не мгу… ИК!
— А кто же тбяк прсил на мрс зал… завез… звезать? — говорил…и… Шатунов…ы…
— Хрта… — позвала я того, плюхнувшись на колени парнишке.
— Чта? ИК!
— Я хчу спат… — и тут темнота.
— Ёбучие чайки... — буркнула я себе под нос, зарывшись под что-то вроде мягкое, а вроде и нет. Срать.
— Голова… — пропыхтели где-то сбоку.
Я вытащила голову из-под… спины Харуты на свет божий.
— Твою двизию! — прохныкала я, зарывшись лицом в живот Харуте. Язык заплетается. Думать совершенно не хочется. Во рту будто Рыжий насрал.
— Мау! — промяукнул где-то Рыжий.
— Вспмни гвно — вт и оно… — буркнула я. Я повернулась голову и увидела морду этого кота.
— ШУРА!!! — позвали меня откуда-то снизу.
— НЕ ОРИ, ТВАРЬ ТАКАЯ! — крикнул кто-то в ответ. Я зажмурилась и залезла головой под зелёную рубашку Харуты.
— Хрта, лежи. — бурчала я себе под нос, когда Харута собирался сесть. — для общго блага. Лежи.
— ХАРУТА! — позвал кто-то снизу.
— ШУРА! — крикнул кто-то другой.
— Да пшли вы все… — Тихо промычала я.
— ГАВ! ГАВ! — залаял Стефан.
— Стефан! След! — кто-то сказал Стефану. Ну всё. Это Пиздец.
— Шра… — Тихо позвал меня Харута. — Стфан не умеет брть след.
— Аллилуя… — промычала я.
— А уже и не надо, йои. — послышалось где-то над нами. Заутробный. Зловещий. Голос. Обладатель этого голоса готов убивать. Кто же это?
— Паап, — тихо просипела я в обнажённый живот Харуты. — Ты только это… не кричи… голова разрывается… она будто сейчас взорвётся…
— Алкоголики! — шикнул папа и, взяв обоих в когтистые лапы, спустил нас вниз.
— Ёб тыж! — буркнула я и побежала к фальшборту, легла на него животом и выпустила из себя всё, что вчера выпила. — Как Деда это пьёт? — промычала я, сев на свою филейную часть и облокотившись об фальшборт.
— Ну и как ощущения, йои? — передо мной сел папа. — Ещё хочется? — А в голосе столько сарказма…
— Ппчка… — из глаз потекли слёзы. — Я тя так люблю! — я прыгнула на папу с объятиями, но немного промахнулась и должна была упасть лицом об доски, только вот меня подхватили сильные руки.
— Ты ведь в первый раз так сказала с тех пор, как вступила на борт корабля… — прошептал мне на ухо папа.
— Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, — послышался голос Изо.
— Скройся! — заутробно сказала я и зло посмотрела на шестнадцатого комдива.
— В её глазах было столько злобы, будто она нашла Ван пис и никому не отдаст его… — сказал Татч Изольде.