Страница 18 из 56
Я открыла пузырек и принюхалась: легкий запах вина и каких-то травок. Осторожно слизнула капельку с горлышка: кисленько, но не термоядерно. Ладно, так уж и быть, хлебну глоточек. Настой мягко пролился в горло, оставив приятное послевкусие.
Вот, Ника, ты и ступила на темную сторону… Доверилась волшебству, жаждая легкого похудения. Предала здоровый образ жизни, а с ним и диету Хирона, и светлые порывы Геракла сделать из тебя легкоатлетку. Будем надеяться, что быстрое уменьшение моих объемов (если таковое произойдет) они спишут на собственные заслуги.
На завтрак шла, постоянно прислушиваясь к своим ощущениям: не тошнит ли? Не кружится голова? Не крутит ли живот? Кажется, все в порядке. Или же побочные эффекты суперлекарства догонят меня позже.
Уже подходя к столовой, я вдруг заметила нашего куратора. Сразу некстати вспомнились откровения Диониса, и мне захотелось обойти Кея стороной, но в этот момент около него появилась Ханна. Она кокетливо перекинула свои распущенные льняные волосы через плечо и что-то стала говорить ему со сладкой улыбкой.
Паша что ли сочинил очередной план по «вычислению» личности куратора?
— Привет! — тот, о ком я только что подумала, вырос позади меня. — Что застыла? Или прячешься от кого?
— Нет, наблюдаю за реализацией вашего плана, — ответила, кивком показывая на Ханну и Кея.
— А мы ни о чем сегодня не договаривались, вообще-то, — озадаченно протянул Паша и нахмурился.
— Значит, Ханна решила сымпровизировать, — предположила я. — Или, может, ей что-то от него надо?
— Внимание ей его надо, — отозвался Павлик, помрачнев еще больше. — Идем отсюда… Есть больно хочется…
Я покосилась на приятеля. Неужто сам запал на Ханну? В таком случае, сочувствую. Боюсь, наша блондиночка ищет кавалеров более высокого полета, а душа их ее никак не интересует. Впрочем, все довольно прозаично…
А вот Кей… Похоже, на этот раз он не спешил сбегать и вполне себе мило ворковал с Ханной, когда же мы проходили мимо них, ни один, ни второй на нас даже внимания не обратил.
— Давай сядем в угол, — пребывая в прежнем унынии, предложил Паша.
— Давай, — охотно согласилась я, чувствуя, что его настроение начало передаваться и мне.
Только, интересно, с чего бы это? Я же, в отличие от Павлика, не ревную Кея. Да там и ревновать-то нечего… После всей этой истории с Герой испытываю к нему только отвращение…
— О, привет! — Ханна все-таки нашла нас и плюхнулась рядом на стул.
— Что-то ты какая-то веселая с утра, — небрежно заметил Паша.
— Да так, — пожала та плечами и попыталась спрятать сияющую улыбку. — Просто настроение хорошее…
— О чем вы разговаривали с нашим куратором? — продолжал строить «безразличный» вид Павлик.
— О… — Ханна немного замялась, а потом бодренько ответила: — Я интересовалась у него, где будет проходить сегодня Час куратора.
О, черт! Точно, сегодня же понедельник. Значит, еще придется увидеться с этим типом.
— И где же? — Паша с повышенным интересом стал изучать ломтик ветчины на своем бутерброде.
— В десятой аудитории, там, где Право у нас проходит… — спокойно ответила Ханна, приступая к завтраку.
— А есть ли у него девушка, ты не поинтересовалась? — вдруг спросил Павлик, продолжая сверлить глазами бутерброд.
Щеки Ханны вмиг порозовели, а сама она перестала жевать, удивленно посмотрев на парня.
— У него есть девушка.
Что? Это сказала я? Я? Ну вот кто меня за язык тянул?
— Да? — хором произнесли Ханна и Паша. При этом Павлик сразу же воспрянул духом, а Ханна, наоборот, заметно погрустнела.
— Забудьте! — я сделала попытку отмахнуться, но не тут-то было. — Я пошутила.
— Нет, рассказывай! — потребовала Ханна, пылая уже всем лицом. — Я вижу, ты не пошутила!
— Это не мой секрет, — призналась я, чувствуя себя хуже некуда. — Я и так сболтнула лишнего…
— Но она же из нашей Академии? — вцепилась в меня Ханна. — Скажи только «да» или «нет»?
— Можно сказать, что «да», — нехотя ответила я. — Но больше я ничего говорить не буду!
Я по-быстрому доела свой диетический завтрак и поспешила ретироваться, чтобы меня больше не донимали вопросами. Но далеко уйти не смогла: Ханна нагнала меня у аудитории и оттащила в сторону.
— Она красивая? — с жаром шепнула мне на ухо.
— Кто? — я сделала вид, что не понимаю, о ком речь.
— Девушка куратора! — нетерпеливо ответила Ханна. — Хоть это ты можешь сказать! У меня есть шансы отбить его?
Есть ли у нее шансы против Геры?.. Боюсь ее разочаровывать, но…
— Шансы есть всегда, — все же ответила я. — Но зачем тебе это? Неужели, этот Кей тебе так нравится?
— Ага, — жалобно улыбнулась Ханна. — Мне кажется, я в него влюбилась, Ника…
Влюбилась… Черт побери…
— Лучше забудь его, — довольно резко отозвалась я, — и обрати свое внимание на кого-нибудь другого!
— На кого же? — капризно повела плечиками Ханна. — Не на Пашку же нашего!
Ну какого лешего тот самый Пашка снова оказался около нас? Да еще и услышал ее пренебрежительную реплику в свой адрес? Вот зачем так, а?
Боль в глазах Паши полоснула и меня по сердцу, а вот Ханна даже не обратила на это внимание, продолжая дуться на несправедливость ее личного мирка.
— Глупенькая ты, Ханна, повзрослеть бы тебе не мешает, — тихо произнесла я и, развернувшись, направилась в аудиторию.
Мимо Геры, ожидающей начало лекции у кафедры, я прошла, стараясь не смотреть в ее сторону. Даже села на самый задний ряд, намеренно отдалившись от нее. Но верховная богиня сегодня возжелала послушать именно мой реферат, поэтому пришлось топать назад к кафедре. Что ж, значит, у меня появился шанс «завалить» Божественную Историю.
Тема реферата попалась нетрудная, о богах первого поколения — титанах. Тут даже напортачить было тяжело, разве что умышленно перепутать имена, которых едва набралось с десяток. Что я и предприняла, переставив местами Крона и Океана. Гера сразу заметила «оплошность» и подошла ближе, заглянув мне через плечо. Меня сразу же окутал аромат ее духов, резковатый, но очень соблазнительный. «Кею, небось, такой нравится», — эта мысль всплыла в голове сама собой, и я испуганно от нее шарахнулась, заставляя исчезнуть.
— Ты уверена, милая? — мягко поинтересовалась тем временем Гера, пытаясь вчитаться в мой реферат. — Вот смотри, у тебя же написано все правильно. Ты перепутала Крона с его братом. Будь внимательней…
Я кивнула, но мой взгляд невольно приковался к ее красивым чувственным губам. Можно представить, как мужчины сходят с ума, желая узнать их вкус… А Кей…
Да что ж это такое! Я тряхнула головой, прогоняя эти нелепые мысли. Что за идиотские фантазии? Какое мне дело, чем занимаются ректор и ее протеже наедине? Целуются ли, предаются нежной любви или жесткой страсти… Все это не касается меня, Вероники Соломатиной, случайной студентки Академии Олимпа, которая сбежит отсюда при первой возможности. Пусть боги разбираются со своими отношениями сами, я же лучше сосредоточусь на том, чтобы поскорей вернуться в мир смертных…
— Ника! С тобой все в порядке? — голос Геры звучал обеспокоено, я же вынырнула из своих дум и поняла, что на меня с интересом таращатся все одногруппники и, похоже, давно.
— Да, — тихо ответила, утыкаясь носом в реферат.
— Тогда продолжай, — великодушно позволила ректор.
Остаток текста я пробубнила без импровизаций и подмены событий, желая лишь одного: поскорее вернуться на свое место, еще лучше — исчезнуть из этой аудитории. А семь баллов, дарованных Герой, так и вовсе встали поперек горла.
Непонятная нервозность не покидала меня и на лекции по Праву, хотя я прежде на ней всегда отдыхала душой. Медитация же стала очередным испытанием. Это было уже третье занятие с начала обучения, и у многих ребят к этому моменту успели появиться первые положительные результаты, я же никак не могла «нащупать» свою божественную искру. Признаться, меня это немного огорчало. Несмотря на то, что я мечтала вылететь из Академии, мне все-таки хотелось научиться создавать иллюзии, так, ради развлечения. Да и польза от этого умения тоже есть: например, надоел серый осенний день, пропитанный дождем и смогом, а ты — раз! — и создала вокруг себя иллюзию пляжа, с пальмочками, белым песочком и бирюзовым океаном. Красота же! Но учиться иллюзии решила втайне, чтобы никто не догадывался о моих успехах, а на занятиях и зачетах я бы делала вид, что ничего не умею. Но вот беда, пока мне не приходилось усердствовать в обмане: мои божественные способности никак не хотели просыпаться, и я даже начала сомневаться в них. Вдруг их вообще нет?..