Страница 8 из 74
Ключ с тихим щелчком повернулся в замке. Еще никогда Дарья не была так рада оказаться дома. Скинув мокасины, прошла в свою комнату – единственное жилое помещение в квартире. После того, как родители переехали за город, две комнаты из трех пустовали. Даша заставила родителей выбросить все, что им не нужно, пригрозив, что в противном случае уборкой заниматься им. В результате обитаемой оставалась только комната девушки.
Даша распаковала ноутбук. Сумка отправилась в шкаф, зарядное устройство на свое место на столе. Взяв компьютер, девушка ушла на кухню. После длительной прогулки зверски хотелось есть. Холодильник порадовал сохранившейся внутри прохладой и отсутствием луж вокруг. Не зря родители выбирали модель не требующую разморозки. Сделав пару бутербродов, налила холодный кофе, поскольку в отсутствие кипятка заваривать чай было нечем. Включила ноутбук, загрузила книгу, и реальность отступила.
Даша вынырнула из книги, когда на мониторе отобразилось предупреждение о низком уровне заряда. На улице уже стемнело, а электричество в розетках и вода в кране так и не появились. Выключив компьютер и сгрузив тарелку с чашкой в раковину, девушка потопала в комнату. Делать было нечего, искать в темноте свечи не хотелось. Даша решила, что самым разумным в такой ситуации будет лечь спать. Уже лежа в постели снова подумала, что не просто так каждую ночь видит один и тот же сон. Но где искать этого Эйнара. Не ехать же ей, в самом деле, в Норвегию. Но делать с этим что-то надо.
Уже в полусне перед глазами возник силуэт мужчины. Высокий, крепко сложенный, волосы развевались по ветру. Кожаный доспех подчеркивает мускулистое тело, в руках сверкает полуторный меч. Воин изготовился к атаке, и лишь выжидал первого удара, чтобы тут же парировать быстрыми ударами – опасный противник. Вот только лицо оставалось в тени, и как Даша не пыталась, разглядеть его не могла. А потом он пропал, и уставшая за день девушка провалилась в крепкий сон без сновидений.
Уже давно стемнело, а он все еще сидел на подоконнике, глядя в ночное небо. Неизвестно чьей милостью вечер выдался напряженным. Как обычно бывает в случаях проблем с метрополитеном, наземный транспорт оказался переполнен, даже маршрутки людям приходилось брать штурмом. А частники резко подняли цены. Тяжелее всего было женщинам с маленькими детьми – с ними в переполненный транспорт не сядешь. За вечер мужчина намотал несколько сотен километров, помогая попавшим в беду мамашам, старикам, людям без возможности оплатить проезд. Кто-то пытался дать денег, кто-то зазывал выпить чая, кто-то просто искренне, со слезами на глазах благодарил. От чая он отказывался, мотивируя это тем, что еще есть нуждающиеся в помощи, деньги и подарки не брал – сегодня он помог, а когда-нибудь потом такие же простые люди помогут и ему.
И все же что-то не давало покоя. Словно где-то пропустил нечто важное. Когда, где? Вспоминай – не вспоминай, уже не вернешь. Словно солнечный луч в пасмурный день скользнул по глазам и скрылся. Мелькнул в толпе пшеничный локон и пропал. И ведь он был уверен, что видел свою незнакомку из снов. Но пробежала ли она мимо в толпе, или сидела рядом в машине – десятки лиц за день. Он не всматривался в них – поскорее бы довезти, а потом подхватить кого-то из тех, кому надо выбраться из обесточенной части города, и снова в путь.
Усталость начала брать свое. Перебравшись с подоконника в кровать, он снова попытался вспомнить всех, кого подвозил. И уже на грани яви и сна пере глазами промелькнул хрупкий девичий силуэт: длинные волосы цвета спелой пшеницы, в ушах серьги, на шее бусы – его Дана, такая, какой он всю жизнь мечтал ее увидеть. И не портила ее ни мужская одежда, ни большая сумка в руках. Она шла ему навстречу, еще немного и он, наконец, увидит ее лицо. Но сон пришел раньше, чем хрупкая фигурка вышла на свет.
После тишины родного выселка Полотеск встретил Дану непривычным шумом. Звон молота в кузнице, выкрики с княжеского двора, гул голосов со стороны торга, карканье ворон оглушали девочку. Прежде чем идти в город, она решила спросить совета у Перуна - а ну как не примет ее Громовержец, и что тогда.
Капище располагалось вне города, между Двиной и лесом. Идолище перуново находилось в глубине, перед ним стоял алтарь весь в потеках крови жертвенных животных. У девочки с собой был лишь кусок черствого хлеба, испеченный матерью из остатков муки с примесью коры. Молча поклонившись Перуну, Дана положила на алтарь остатки хлеба, потом, подумав, достала нож, срезала косу и положила рядом. Скудное подношение это она полила своей кровью, разрезав ладонь.
– Ничего у меня больше нет, Перун-Батюшка. Прими скромное подношение сироты, помоги попасть к князю в дружину. Обещаю, с первой добычи принести тебе добрую жертву.
Раскат грома среди чистого неба стал Дане ответом. На алтаре вспыхнуло пламя, и через пару мгновений подношения исчезли, словно их и не было.
– Благодарствую, Перун-Батюшка. – Дана вновь поясно поклонилась идолу и с легким сердцем отправилась на княжеское подворье. Девочка была уверена, что все задуманное ею исполнится.
Стража на входе в город лишь лениво скользнула глазами по худенькой мальчишеской фигурке. Мало ли у кого родственники по деревням вокруг города живут, вот и прислали мальца за какой нуждой. Дана лишь порадовалась, что ее никто не остановил с расспросами. Девочка молча шла по городу, стараясь не сильно глазеть по сторонам. Сейчас главное – дело, а нагуляться она еще успеет. Наконец, ноги вынесли ее к княжескому терему.