Страница 2 из 61
— Развлекаешься… — Почти промурлыкал мелодичный глумливый голос.
— Лисса…
— Ты помнишь мое имя, не ожидала… — Поджала губы друидесса. — Как там поживает мой Рыв, Сэм? Ах да, я совсем забыла, его же разорвали на куски. — Девушка нервно рассмеялась. — По твоей вине. Также как и Карка… Лучше бы ты сам там сдох.
— Зачем тратить слова на эту мразь. — Надменно поднял бровь высокий светловолосый юноша. — Прикончим исчадие тьмы!
В мою сторону с рук мага ударило яркое плетение. Инстинктивно ушел в сторону. Невидимость, разрыв дистанции, и едва не плача от боли внутри, я снес Светозару катаной полчерепа, невзирая на запоздало выставленный щит света. Кувырок, и поток концентрированной кислоты пронесся в считанных миллиметрах от моего виска. Лицо Лиссы было искажено поистине демонической яростью, и если все прежние мороки казались жалкой пародией на истинную суть моих друзей, то этот, пожалуй, выглядел самым натуральным и практически ничем не отличался от оригинала. Живая лиана в руках мага жизни резко удлинилась и выстрелила прямо мне в голову. Я, рыча, перерубил ее мечом и рванувшись вперед, сбил девушку с ног, прижав ее к полу своим телом.
— Ты убил моего Ползуна. — Прошипела друид прямо мне в лицо. — За это ты умрешь.
— Всегда мечтал прибить эту ползучую хрень. — Хрипло поревел я, вонзая когти ей в глаза и с наслаждением чувствуя, как тело подо мной постепенно перестает дергаться.
С проклятием хватил кулаком по каменному полу, выпуская наружу бушевавший в душе огонь. Только так. Клин вышибается клином. Это испытание, и если пройти его мне может помочь лишь ненависть, то так тому и быть. Терзать себя чувством вины стану потом, когда все закончится. Если, конечно, доживу до конца.
— Поглядите ка, кто тут у нас…
Арена внезапно исчезла, сменившись совсем иными декорациями. Довольно просторное прямоугольное помещение со стенами в обшарпанной, грубой побелке было заставлено длинными партами с парой стульев на каждую. Вот уж не думал, что когда-нибудь снова окажусь здесь.
— Че, дрищ, не надорвался еще свои гантельки тягать… — Передо мной стоял довольно массивный белобрысый парень в спортивном костюме лет пятнадцати-шестнадцати.
Я невольно слегка задрал голову. Верзила оказался ощутимо выше и крепче меня. Все как и пятнадцать лет тому назад. За это время Владик Сапунов, первый драчун и забияка нашего класса, ничуть не изменился.
— Сильным то все равно тренироваться ни к чему, а слабым это не поможет. Верно я говорю, дохлячок? — крепыш неожиданно сильно пихнул меня обеими руками в грудь так, что я чуть не упал и довольно сильно впечатался спиной в стену.
— Че нравится, педик? — довольно осклабился гаденыш, с вызовом глядя на меня
Я невольно перевел взгляд на свое тело. Доспех исчез, вместо него на не оказался старенький ношеный Адидас. Твою мать, в школе у меня был точно такой же.
— Правильно, Владик, отделай дрища, чтоб не выебывался. — Угодливо поддержали его два темноволосых парня комплекцией чуть плотнее моей.
Тсс, кто бы говорил, блять, у меня при моем полтиннике хотя бы рельеф есть и сила в отличие от этих гондонов. Один на один любого ушатаю, не напрягаясь. А вот с главарем проблемы точно возникнут. И если в одиночной сватке у нас с ним примерное равенство, быть может, с небольшим перевесом в мою пользу за счет того что я все-таки спортсмен, то втроем, как ни стыдно это признавать, щенки меня делали. Классическая схема: двое держат, один пиздит. Но то было раньше. Сейчас я совсем другой человек…
— Да ладно, парни, вы че… — Опустив голову, забубнил я, притворяясь испуганным.
Щенки довольно осклабились, ощутимо расслабившись, а зря. Я неожиданно резко оттолкнулся от стены и со всей дури заехал главарю ногой в пах. А че, здесь же не ринг. Чушонок согнулся пополам, держась за причинное место, и я тут не останавливаясь, от души добавил ему локтем (спасибо муай тай) в переносицу, расквасив нос и отправив на пол. Две оставшиеся сявки побледнели от испуга, неуверенно переглядываясь. Ну да, раньше я таким жестоким не был. Но то, как я уже сказал, было раньше.
— Ну что пидоры, обоссались? — я сделал рукой приглашающий жест.
— Да не, мы че, мы не че… — Щенки начали неуверенно пятиться от меня, а затем как по команде развернулись и бросились бежать.
Б..ть, сборная по синхронному плаванию бы обзавидовалась такому исполнению. По ходу верна поговорка, что у толпы мозг всегда один на всех. Даже если она состоит всего из двух человек. Подвывающего на полу жирдяя мне не было жаль совершенно. Да, он далеко не убийца, так мелкий гопник в лучшем случае, но что мало таких вот обмудков доводили нормальных ребят до нервного расстройства или даже до суицида. Будущие скрипачи, музыканты, ученые… они, как правило, в физику не заточены совершенно и боевых рефлексов не имеют даже на минимально необходимом уровне. А скольких потенциальных гениев лишилось человечество из-за таких вот пидоров, у которых с рождения в сраке говно не держится? Сам то еле выдерживал все это дерьмо, хотя спортсмен вроде, единоборец, чтоб его. Так что пусть скажет спасибо, что вообще не убил.
— Явился наконец. — Мой бывший класс исчез, вместо него я обнаружил себя в нашей старенькой квартирке, где по сути прошла вся моя земная жизнь. Голос же принадлежал худенькой седоватой женщине со строгим лицом и несмотря на годы идеально прямой осанкой.
— Мама…
— И где ты постоянно шляешься? Мы с отцом уже все глаза проглядели.
— Ты же знаешь, тренировки…
— Вот об этом бы мы и хотели с тобой поговорить. — Из дальней комнаты вышел подтянутый худощавый мужчина лет пятидесяти.
— Папа…
— Тебе давным давно пора бросить все это баловство.
— Но это моя жизнь…
— Не мели чепухи! — внезапно взорвался отец, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. — Что это за жизнь! Шатаешься непонятно где, разбиваете друг другу морды. А потом что? Суд? Тюрьма? Нет, юноша, хватит. Твое детство закончилось. Я смирился с тем, что ты не станешь инженером, поскольку не бельмеса не смылишь в технике, но с этим я мириться не намерен! С завтрашнего дня бросаешь свою костоломовщину, а с осени поступишь в юридический! У матери есть знакомые, они все устроят. Пора становиться мужчиной и отвечать за свои поступки.
— Нет.
— Что ты сказал? — грозно нахмурился мужчина.
— Я сказал нет. Эти условия для меня неприемлемы.
— Ах, вот ты как заговорил! А сидеть на нашей шее почти в двадцать лет, это для тебя приемлемо? Либо делаешь так, как я сказал, либо собирай манатки и живи где хочешь!
— Что ж, значит, так тому и быть.
— Что?! Да ты…
— Послушай меня сейчас и попытайся понять. Каждый человек в этом мире рожден для чего-то… особенного. Каждый. Хочешь верь, хочешь не верь, но у всех нас есть свой неповторимый, особый дар. И предназначение каждого человека заключается в том чтобы попытаться отыскать и развить этот дар. Так уж сложилось что общество всегда против этого. Традиции, устои, тому много причин. Но если вы с матерью предпочли подстроиться под существующий порядок и идти по пути наименьшего сопротивления, это не значит, что и я буду делать также. Я благодарен вам за то, что вы вырастили меня, дали кров и пищу. Я никогда этого не забуду и не перестану любить вас. Но если такова ваша воля, и вы не хотите мириться с тем кто я есть, то я уйду. Без злобы, без обид, я просто уйду. Потому что так надо.
— Но… где ты будешь жить… и на что… — Голос отца сейчас звучал почти растеряно.
— Это уже мои проблемы. Я найду как выкрутиться. В одном вы правы. Пора взрослеть и брать на себя ответственность за собственные поступки. И потому прощайте. И помните, я всегда буду вас любить…
***
Яркое летнее солнце светило в глаза. Я недовольно прикрылся ладонью, заслоняясь от назойливого светила. Вокруг находился небольшой парк, трава, деревья и редкие скамеечки разбросанные тот тут, то там. Я хорошо помнил это место, здесь мне частенько доводилось играть в детстве с другими ребятами. Но сейчас я оказался в парке совершенно один. Вокруг не было ни души. Что-то мне это напоминало, когда то нечто подобное уже случалось со мной, но я никак не мог вспомнить что именно. Внезапно что-то больно ударило меня в плечо. Резко обернувшись, я увидел метрах в десяти двух пацанов лет десяти-двенадцати. Они были грязно, неряшливо одеты, а их глаза смотрели на меня с отнюдь недетской злобой. Внезапно все прояснилось. Это случилось со мной, когда мне было лет шесть. Я тогда отошел довольно далеко от дома, и меня до полусмерти избили двое беспризорников. Три дня был на грани жизни и смерти и после еще несколько месяцев лечился. Мать тогда чуть инфаркт не хватил, да и отцу сей инцидент в общем то тоже здоровья отнюдь не прибавил. Хорошо еще что я от природы оказался довольно крепким и сумел выжить. А тех подонков так и не нашли. Видимо сейчас Игра предоставляла мне шанс расквитаться с ними.