Страница 10 из 27
промежутках и факторах риска. Он не становится более смелым, а это значит, что он умный. Что
хреново для нас, потому что пока он не совершает никаких ошибок.
След остывает. Еще одна неделя, и может быть новое тело у нашего порога.
Мой телефон пиликает, и я смотрю сообщение, улыбаясь, когда вижу, номер абонента. Я понятия
не имею, почему она до сих пор не отшила меня, поскольку все, что мы делаем, это переписываемся или
болтаем по телефону с того дня, когда я оставил ее в кафе.
Лана: Знаешь, я всегда высмеивала Нетфликс и Чил ноушнс, но теперь я вижу
положительные стороны.
Я: У меня нет телевизора.
Лана: Что??? Как это???
Я: Я планировал приобрести...
Лана: Агент Беннетт, мне жаль. На этом мы закончим.
Я: Если ты хочешь прекратить общение, по крайней мере, назови меня по имени.
Лана: Агент Беннетт звучит сексуальнее.
Это заставляет меня усмехнуться.
Я: О? Наручники заводят тебя?
Лана: Ограничение − это ад для меня. Но я не возражаю против использования их на тебе...
Если мы когда-либо доберемся до этого уровня.
Мой член шевелится в штанах, и я мысленно считаю месяцы с того момента, когда в последний
раз у меня было время просто подумать о сексе. После пятого месяца я перестаю считать, потому что
это удручает. Мне понадобится несколько свиданий с моей рукой, прежде чем я попытаюсь, не
смущаясь, соблазнить Лану.
Я: Поужинаем?
Лана: Ты можешь оторваться на ужин?
Я: Никаких изменений по моим делам сейчас нет, поэтому у меня есть свободное время. Его
будет не так много, но это же лучше, чем все время только переписываться.
Лана: Я не уверена на счет протокола в данной ситуации.
Мои брови взлетают вверх, когда я читаю ее последнее сообщение.
Я: Какой протокол?
Лана: Могу ли я сказать «да» в последний момент перед ужином? Или не приветствуется
быть готовой в такие короткие сроки?
Я начинаю смеяться, поднимаю глаза и смотрю на часы. Уже за девять, но я действительно хочу
увидеть ее прямо сейчас.
Я: Уведомления всегда будут приходить в последний момент, поэтому я надеюсь, что ты из
тех девушек, которые умеют собираться молниеносно... Надеюсь, вслух это звучит лучше.
Лана: Это звучит... Эм, нет. Это звучит не очень хорошо, но я поняла, что ты имеешь в виду.
Ужину быть. На этот раз надеюсь, я уйду с чем-то большим, чем неуклюжий взмах руки.
Я поднимаю кулак вверх, а затем вижу, как на меня через открытую дверь смотрят несколько
любопытных пар глаз. Чувствуя себя четырнадцатилетним подростком, я снова пишу ей сообщение.
Я: На этот раз я этим не ограничусь. Кто знает, когда я увижу тебя снова, или продолжишь
ли ты терпеть мой дерьмовый график.
Лана: Мой график тоже подходит под это определение.
Я: Это очень плохо, что у меня возникает соблазн спросить, где ты живешь? Я мог бы
деликатно заскочить сегодня вечером с оправданием, что был по соседству. Возможно, мне бы
показалось, что я увидел кого-то слишком близко к твоему дому.
C.Т. Эбби — «Риск» / Dark Eternity of Translations Лана: Это очень плохо, что я надеюсь, что ты нарушишь некоторые правила, и найдешь мой
адрес, чтобы сделать именно это?
Застонав, я смотрю на время, а затем на экран своего компьютера. Решив злоупотребить своим
должностным положением, я ищу ее адрес. Но на этом все. Схватив свой телефон, я включаю свой GPS, хватаю свою офисную сумку и бегу к машине.
Я осознаю, что принимаю желаемое за действительное и, неверное, слишком самонадеян. Так что
сумку я просто бросаю на заднее сидение, в надежде, что Лана ее не заметит. И в этот момент я
понимаю, что ожидаю гораздо большего, чем должен. Очевидно, что если она захочет, я немедленно
уеду, но я надеюсь, что она не захочет.
Потому что Лана Майерс обосновалась в моих мыслях с того дня, как я встретил ее. И было бы
хорошо, если бы кто-то заметил, что я пропал.
Глава 8
Чтобы узнать секреты жизни,
мы должны сначала осознать их существование.
А. Эйнштейн
Лана
Я смотрю на свое последнее сообщение и отсутствие ответа под ним. Серьезно, у меня проблемы с
флиртом.
Простонав, я встаю, смотрю на монитор на стене. Тайлер ходит перед камерой в одних боксерах, ухмыляясь, пока кому-то пишет. Мой второй телефон звонит, как по команде. Я опускаю глаза вниз, читая сообщения, которые он посылает девушке по имени Дениз.
Тайлер: Во что ты одета? Я думаю о тебе.
Я закатываю глаза, надеясь, что Дениз скажет ему трахнуть самого себя. Но она этого не делает.
Тяжело наблюдать, как они живут своей жизнью. Я должна смотреть, как они наслаждаются
свободой, которую украли у меня. Свободой, которую они украли у нас.
Тайлер первый, кто женился, и, видимо, завел любовницу. Я оставила его напоследок, и, прямо
сейчас, я не могу позволить себе сбежать. Я прошла очень длинный путь. И «сбежать» − точное
описание того, как это время пройдет, учитывая, что будет слишком легко попасть в ловушку, если я
попытаюсь отвлечься.
Джейк сообщил мне, что федералы разнюхивают в нашем родном городе. Это был только вопрос
времени, когда они свяжут убийства и установят связь. Я надеялась, что у меня будет больше времени, прежде чем они возьмут мой след, поэтому начала убивать за пределами города.
Не думаю, что они свяжут все это со мной. Ланы Майерс не существовало в этом городе. Никогда.
Виктория Эванс умерла десять лет назад. Я больше не выгляжу как она. Они убедились в этом. Я
перевела взгляд на маленькое зеркало на стене рядом со мной. Без макияжа можно увидеть несколько
едва заметных шрамов.
Я потратила много денег, чтобы осталось как можно меньше этих отвратительных отметин.
Виктория Эванс была бедной девочкой из Делани-Гроув, а вот Кеннеди Карлайл была богатой
наследницей. Она погибла в автокатастрофе той же ночью, когда был подписан мой сертификат о
смерти. Тело было так искалечено и неузнаваемо, что Джейку не составило труда заменить
информацию в компьютере.
Кеннеди, возможно, умерла той ночью, но незнакомец, которого я никогда не видела, спас мне
жизнь.
Я пришла, как Виктория, а ушла, как Кеннеди. Взяла ее богатую, сиротскую жизнь и
«юридически» сменила ее имя на Лану Майерс, чтобы никто из ее прошлого не узнал меня.
Самым простым способом финансировать нас ‒ это создать фонд. За последние пару лет Джейк
достаточно преуспел в этом.
C.Т. Эбби — «Риск» / Dark Eternity of Translations Понадобилось некоторое время, чтобы видеть в своих шрамах на лице знаки выживания, а не
жестокие напоминания той ночи. Шрамы на других частях моего тела не зажили также чисто. Но
лечение душевных ран заняло гораздо большее время.
Врачи говорят, что у каждого свой процесс исцеления.
Первый год я провела в трауре по моей семье и страданиях от всех травм. Я плакала, пока не
осталось ничего, кроме песка в глазах. Я сворачивалась в клубок, мылась по три раза в день, но так и не
ощущала себя чистой.
Второй год был проведен в злобе и поиске выхода. Я стала брать уроки кикбоксинга. К третьему
году я перешла к различным формам смешанных боевых искусств. Сейчас имею несколько черных
поясов.
Я больше никогда не буду чьей-то жертвой.
Четвертый год был потрачен на то, чтобы укрепить дух, справиться со всеми своими страхами и
самостоятельно научиться держать удар без бессонных ночей.