Черный Белый

К тому времени солнце уже опускалось к земле.

Учитывая ситуацию, мне бы следовало думать о мутантах, еде, воде и ночлеге. Но все, о чем я могла думать – это мама. Я была ошеломлена ее перевоплощением в женщину-героиню. Эта вообще моя мать? Та самая, которую я знаю двадцать два года? Она всегда была как будто далеко, и в жизни столько не разговаривала, сколько за последние сутки. Я даже не сомневалась, что она – чуточку не-в-себе: слишком опекала Дэйтона, иногда могла часами сидеть неподвижно и смотреть в одну точку. Когда я что-то делала не так, она могла накричать на меня абсолютно несвязными фразами, или сделать вид, что она призрак, и ничего не заметила.

Сейчас же я видела женщину, которая четко знала, что делала, и что делать дальше. Кажется, у нее даже осанка изменилась. Неужто, это свобода от Сферы на нее так подействовала?!

Когда отец умер, мама только и делала, что сидела и смотрела в «никуда». Она ходила на работу, и обратно. Она перестала покупать еду – это стала делать я. Она перестала убираться дома – Дэйтон в итоге взял это на себя. Мать практически не разговаривала, и она никогда не плакала: у нее умер муж, с которым она прожила двадцать пять лет, а она даже слезинку не обронила. Лишь взгляд изменился… он стал пустым, без блеска… тусклым. И за два года без папы она сильно постарела – не во внешности, а во внутреннем состоянии.

Теперь она будто оживала и раскрывалась. И я не знала, как к этому относится: прежняя мама меня не устраивала, но я хотя бы ее знала. Эту новую маму-воительницу я не знаю вообще. Может быть, она даже меня пугает!

Время близилось к вечеру: солнце низко. Полчаса назад мы останавливались на перекус, прямо на дороге. Особо не разговаривали, так перекинулись парочкой фраз: Дэйтон что-то спрашивал – мама отвечала.

Кажется, Дэйтона это путешествие по краю смерти очень даже возбуждало – он уже спросил обо всем на свете, и уж точно отчаянным он не выглядел.

Я распустила волосы, расчесала и заправила за уши. А кофты нам с братом пришлось снова надеть: без солнца стало прохладно, и ветер все чаще напоминал о себе.

Минус один контейнер с едой и одна бутылка воды – мы решили, что будем использовать один контейнер на троих за раз. Таким образом, еды хватит на бо́льшее количество дней.

По-прежнему ничего не шевелилось, кроме нас. Иногда меня одолевали страхи, что кто-то сейчас следил за нами, и ждал, когда мы совсем расслабимся, или просто выжидал наше следующее место ночлега. Как я ни старалась гнать такие картинки прочь, но тщательно осматривала окружающие здания и машины, которых, кстати, стало еще больше, также как и хлама. Теперь везде валялся мусор, и даже одежда.

Только вот запах тухлятины стал чувствоваться резче. Все еще было трудно определить, на что он похож, но теперь он явно витал в воздухе и без ветра.

– Я один чувствую эту вонь? – спросил Дэйтон, читая мои мысли.

– Нет! Не один… – мама резко остановилась и шикнула. – В тот дом! Быстро и тихо! – она побежала вправо от нас, в сторону высокого здания, у которого все стекла на первом этаже были выбиты.

Мы сразу помчались за ней, сердце застучало в ушах. Что случилось?! Почему и куда она побежала?

Мы добежали до ближайшей оконной рамы без стекла, и пролезли через нее внутрь дома, прямо в какой-то куст, который уже давно нашел себе щель в асфальте для возрождения. Мама разгребла руками ветки и листья, и села прямо за этим самым большим кустом. Мы сели рядом.

– Мам?! – голова Дэйтона вертелась как у совы в поисках угрозы, пока он звал маму.

– Тихо! – прошипела она.

На долю секунды у меня промелькнула мысль, что, она сошла с ума. Но через мгновение мы услышали шум, возникший с прилегающей дороги следующего перекрестка, до которого мы почти дошли, прежде чем мама рванула в кусты.

Я настолько сильно сжала свою палку в руке, что пальцы онемели. Никто ничего не сказал, мы лишь пригнулись пониже и прислушались.

Это был звук мотора, и он двигался достаточно быстро. Мы пока не видели саму машину, но, по-видимому, она скоро появятся из-за угла.

– Делайте, что скажу! Никаких пререканий! – прошептала мама. – Лекса? – она глянула на меня.

– Да! Я поняла! – ответила я.

Машина появилась именно там, где я ожидала. Это был джип как у безопасников, только он был разукрашен красками – черной и красной – но что нарисовано – не разобрать. Мутанты не водили автомобили, значит, внутри были люди. Но из-за темных стекол – не понятно, сколько и кто там.

Машина выехала на перекресток и повернула в нашу сторону.

Я не боялась – не знаю, почему сердце стучало громче, чем звук мотора, но я не ощущала страха, и не упускала мысли, что они могли оказаться вполне нормальными и дружелюбными. Может они из какой-нибудь общины, и подскажут нам направление. Но высказать свою теорию вслух я бы не решилась, потому что Дэйтон насторожился, как и мама, судя по его шумному дыханию.

Они проехали рядом, но нас было не видно за этим кустом на таком расстоянии. Если мы сейчас не выйдем к ним, они могут уехать, и мы так и не узнаем – откуда они.

– Мам, может нам…

И машина остановилась!

– Тс! – шикнула резко мама.

Они остановилась прямо между нами и противоположным домом – до нас им было метров двести, не больше. Все двери открылись друг за другом, и из машины вышли четыре мужчины. Они были высокие, трое в кепках. Одежда их была испачканная, и совсем не похожая на вещи в Сфере. Либо мое воображение играло со мной, либо это были пятна крови на их вещах.

Мне перехотелось, пытаться поговорить с ними, потому что у каждого было внушительное оружие: у одного – два пистолета, у другого – автомат, у третьего – автомат в руке, и пистолет прямо за поясом, у водителя – один пистолет в руке.

Мы перестали дышать. Теперь мне стало страшно – эти мужчины выглядели так, как будто их главная цель в жизни – убивать живых или мертвых. Было бы глупо надеяться, что такое количество оружия они взяли с собой, чтобы истреблять мутантов, но проверять эту теорию мы не собирались.

– Что будем делать? – шепнул Дэйтон, но даже от этого звука я вздрогнула.

Мне потребовалось набраться смелости, чтобы оторвать взгляд от незваных гостей, и посмотреть на маму с братом. Лицо Дэйтона выглядело настолько серьезным и сосредоточенным, что он казался старше на пятнадцать лет. Мама же неотрывно следила за дикарями:

– Сначала посмотрим, что они будут делать…

Развернувшись обратно, я наблюдала за мужчинами в кровавой одежде. Закурив, трое из них смеялись и обсуждали что-то, пока четвертый обсматривал округу.

В Сфере запрещено было курить, но многие взрослые люди делали это, пока поблизости не было патруля. Молодежь тоже воровала сигареты у взрослых, и покуривала, но это была дикая редкость.

Они топтались около машины примерно минут пять, затем один из них показал пальцем на наш дом. Я клянусь, сердце в этот момент остановилось. Кажется, я слышала, как Дэйтон сжал челюсть и свою трубу в руке, когда двое из них взяли оружие в руки. Мама шепнула еле слышно:

– Не шевелитесь!

Все незнакомцы посмотрели в нашем направлении, но взгляд их пал не на первый этаж, а на верхние: они изучали все здание целиком, а значит, не подозревали о нашем присутствии.

Спустя минуту, которая тянулась чертовски долго, двое из них указали на противоположный дом. Один что-то доказывал другим, размахивая руками. В итоге, все четверо закрыли двери машины и направились в сторону противоположного дома. Мы синхронно выдохнули от облегчения.

Осмотрев подходы к первому этажу, двое зашли с одной стороны, третий с другой, а четвертый – водитель – ушел подальше за дом, и тоже исчез в темной высокой траве.

– Приготовьтесь! – сказала мама.

– Что? Что, черт возьми, значит «приготовьтесь»? – прошипел Дэйтон с глазами размером с тарелки.

– Мы сейчас побежим к машине!

– Мам, ты это серьезно?! – брат уставился на нее, как будто она сумасшедшая.