Страница 69 из 78
Остаётся вопрос: а что сталось бы с Сербией? Тут уместен другой вопрос: не слишком ли дорого стоило её спасение? То же можно сказать и об избавлении от немецкого засилья. Не дороговато ли стоило средство – война с Германией и Австро-Венгрией?
Засилье и маленькое «но»
Манифест Петра III и Жалованная грамота Екатерины II позволили русским дворянам бросать службу и жить праздной жизнью за счёт крестьян-рабов. Были дворяне, которые от такого отказались и продолжали служить. Но почему многие другие этого не сделали и предпочли уступать места службы немцам?
Русский писатель Иван Александрович Гончаров исследовал и превосходно запечатлел характеры Ильи Ильича Обломова, русского человека, и Андрея Ивановича Штольца, русского наполовину (по отцу – немца). В романе «Обломов» показаны и отцы главных героев. Отец одного, не случайно тоже Илья, – продукт всепоглощающей лени. Отец другого, немец Иван Штольц, – практик, неустанным трудом созидающий свою судьбу.
Илья Ильич Обломов – самый красноречивый пример дарованной дворянам вольности и свободы, он лежит на кровати, меж тем как Штольц деятелен, идёт в гору. Обломова обжуливает его русский приятель Тарантьев с дружками, но Штольц спасает Илью Ильича от разорения. Роман Ивана Гончарова – модель полезного вживания в русскую жизнь немецкого элемента. Штольц – немец наполовину, его и Ольги дети – немцы уже только на четверть. С ними вырастет и сын Обломова, вырастет не Обломовым, а человеком деловым. Тут уже не кровь, а воспитание.
Таким образом, немецкое засилье предстаёт явлением положительным. Или лучше засилье Тарантьевых?
Об огромном вкладе немцев в науку, в культуру России написано достаточно, ещё что-либо говорить излишне. Разве что добавлю об изделии, вошедшем в историю. Исаак Бабель в рассказе «Учение о тачанке» написал: «колонистские тачанки пришли к нам из самарских и уральских приволжских урочищ, из тучных немецких колоний. На дубовых просторных спинках колонистской тачанки рассыпана домовитая живопись – пухлые гирлянды розовых немецких цветов. Крепкие днища окованы железом. Ход поставлен на незабываемые рессоры. Жар многих поколений чувствую я в этих рессорах, бьющихся теперь по развороченному волынскому шляху».
Хозяйства немцев звали к подражанию. Уже и при колхозном строе АССР Немцев Поволжья была первой в СССР по поставкам зерна государству, производимые в республике горчичное и подсолнечное масло шло на экспорт. После её ликвидации 28 августа 1941 Саратовская область в передовых не ходила.
Но вернёмся к засилью в военной среде. Для военных русского происхождения было несомненно, что русские на местах, занимаемых немцами, само собою разумеющееся благо. Но для кого? Для государства ли? Командовавший 1-й армией немец Ренненкампф 21 августа 1914 выиграл у германцев Гумбиннен-Гольдапское сражение, затем под их натиском вывел армию из Восточной Пруссии. А командовавший 2-й армией русский Самсонов свою армию не спас от окружения и застрелился.
Обратимся вновь к русско-японской войне. Мы видели, как много немцев было в русских войсках, но командовал Маньчжурской армией, а затем стал главнокомандующим всеми сухопутными и морскими вооружёнными силами, задействованными против Японии, русский – генерал-адъютант Куропаткин. Сражения при Ляояне, на реке Шахэ и при Мукдене проиграны по его вине.
Во 2-й Тихоокеанской эскадре было немало немцев-офицеров, но погубил эскадру русский вице-адмирал Рожественский и позорно сдался в плен. Принявший командование русский контр-адмирал Небогатов приказал кораблям сдаться. Не подчинился приказу и прорвался сквозь строй японских кораблей на крейсере «Изумруд» немец Ферзен.
Контр-адмирал Энквист, немец, оказался нерешительным и, будучи на крейсере «Олег», послушался его командира капитана 1-го ранга Добротворского, согласился не продолжать бой с японцами, а увести три оставшихся у него крейсера в нейтральный порт. После этого по возвращении домой он до самой смерти не показывался на людях.
Новиков-Прибой в «Цусиме» пишет о двух офицерах, нечистых на руку. Оба русские: старший ревизор броненосца «Орёл» Бурнашев и командир миноносца «Бедовый» Баранов, который к тому же и трус.
Кое о чём говорит сравнение войны России с Германией в 1914 – 1917 и в 1941 – 1945 годах. В Первую мировую войну, при насыщенности русской армии немцами-офицерами, немцами-генералами, Германия смогла взять Ригу лишь через три года боевых действий. Минск, Псков взять не сумела, они были переданы ей по Брестскому миру. В 1941 году Красная Армия отдала Минск на шестой день войны, Ригу – на восьмой день, Псков – на семнадцатый день.
9 мая 1942 Сталин телеграфировал представителю Ставки на Крымском фронте Л.З.Мехлису: «Вы требуете, чтобы мы заменили Козлова кем-либо вроде Гинденбурга. Но Вы не можете не знать, что у нас нет в резерве Гинденбургов».
Отметим – Сталин не возражает против того, что Козлова надо заменить кем-либо вроде Гинденбурга. Просто нет Гинденбургов.
Красные русские генералы, пусть побиваемые германцами, пусть расстреливаемые Сталиным, избавлены от зависти коллегам-немцам. Нету их! Путь без немцев поистине славен.
А был ли путь иной? Надо было избавляться от засилья немцев или не надо?
Избавляться надо было и вовремя от самодержавия – тогда, по крайней мере, отпал бы вопрос о том, что немецкая династия покровительствует немцам. На должности назначала бы людей всенародно избранная власть, и не имелось бы почвы для подозрений, что немцы преуспевают из-за протекции.
Александр II собирался ввести Конституцию, но его убили. Ввести конституционное правление мог и должен был Александр III, но великая историческая задача оказалась не по нему. Он заботился лишь об укреплении своей власти самодержца, в чём, по его мнению, ему поможет русский шовинизм. Ум Александра III был неспособен вместить, что Россия в конце XIX века не может быть его вотчиной. Он, воспитывая подраставшего сына Николая, бил его по физиономии, и тот в точности усвоил отношение к стране как к вотчине и, уже будучи царём, написал о себе: «Хозяин земли русской».
Страна удачливая
Известен связанный с немецкими «псами-рыцарями» лозунг Drang nach Osten (натиск на Восток). Окончился натиск завоеванием Прибалтики в XIII веке. Но Drang nach Osten был и у Московской Руси. Все знают, что Иван Грозный в 1552 году взял Казань, но остаётся в тени, что ещё до этого началось покорение марийцев.
Привожу почерпнутое в источниках. После падения Казани марийцы продолжали войну. Зимою 1553-54 гг. воеводы Микулинский, Шереметев и Курбский истребили, по свидетельству летописца, 10 тысяч неприятелей и более 20 тысяч, в том числе 15 тысяч женщин и детей, захватили в рабство. Мстиславский и Глинский захватили 1600 знатных марийцев и всех умертвили.
Жестокость завоевателей, облагавших население грабительским ясаком (данью), оказалась невыносимой, и летом 1552 вспыхнуло восстание татар, поднялись и чуваши. В конце 1552 было повешено 74 предводителя чуваш (См., в частности: М.Фехнер. Великие Булгары, Казань, Свияжск. М., 1978).
Летом 1554 снова восстали марийцы во главе со своим героем Мамич-Бердеем. Война шла два года. Только предательски захватив Мамич-Бердея и убив, московские воеводы в 1556 году сумели переломить ход войны в свою пользу. Тогда же было покорено Астраханское ханство.
В 1571 году Качак, сын Мамич-Бердея, возглавил восстание, когда вместе с марийцами поднялись татары, чуваши, удмурты, мордва. Подавлено оно было лишь через три года.
Зимой 1581-82 гг. началась третья война с марийцами, восставшие нанесли несколько поражений московской рати. До конца своих дней в марте 1584 года Иван Грозный так и не успел увидеть смирение непокорных марийцев. Их восстание было окончательно подавлено только в первые годы царствования его сына Фёдора, при фактическом правителе Борисе Годунове.