Страница 23 из 45
ДЕВЯТЬ
Рема
В дверь постучали.
— Пора, — крикнул кто-то с другой стороны.
Рема оттолкнулась от Натенека. Она плакала, пока не уснула на нем. Ее глаза опухли, голова была тяжелой. Она села и посмотрела на убийцу.
— Как вы терпите себя? — прошептала она.
Он встал, не ответив.
— Я отведу тебя туда, — Натенек протянул руку, чтобы помочь ей встать.
Рема встала на ноги сама.
— За что меня казнят? — она поправила тунику и пригладила волосы.
— За измену.
Рема рассмеялась. Ее во второй раз обвиняли и казнили за измену. Смешно, что король Барджон и император Хамен боялись ее. Она была простой девушкой.
К сожалению, оба мужчины не годились до правления и почти победили ее. Она боялась, что эта казнь закончится не так хорошо, как первая. Ей не могло повезти дважды.
Натенек взял ее за руку, повел из комнаты по лестнице. Ее запястья не были связаны. Нужно попробовать — она не умрет без боя. Она сделала вид, что оступилась, потянула тело вниз, надеясь, что убийца отпустит. Его хватка стала крепче. Рема выгнула руку, упала на живот и ударила правой ногой. Он легко остановил ее удар, поднял ее на ноги. Схватка была неловкой, лестница и стены были по краям.
— Что ты делаешь? — осведомился он.
— А вы как думаете? — рявкнула она.
Два стража появились внизу лестницы.
— Все под контролем, — крикнул им Натенек. Он потащил ее дальше.
Внизу она потянулась к кинжалу убийцы, как учил ее Дармик. На его бедре был пристегнут нож. Она выхватила его. Ей нужно спешить, пока он не обезоружил ее. Удар должен быть сильным и в правильное место. Рема подняла руку и опустила кинжал, целясь в его бок, в живот. Но она промазала, нож задел его тунику. Сильные ладони схватили ее руку, завели за ее спину. Плавным движением Рема оказалась на спине на полу, Натенек сел на нее, руки завел за ее голову.
Он зло смотрел на нее.
— Ты только что пыталась меня убить, — сказал он.
Рема рассмеялась.
— Вы ведете меня на смерть, — ее смех стал всхлипами. Она пыталась вырваться, но он был слишком силен. — Пустите! — завизжала она, извиваясь. — Я не хочу умирать!
Убийца сжал ее крепче.
Как ее жизнь могла закончиться так? Ее лишили семьи и королевства. За что? Из-за жажды власти императора? Он уничтожил ее жизнь, а теперь хотел забрать ее.
Она уже не сражалась. Сил не хватало.
Натенек увидел перемену в ней, его взгляд смягчился. Он отпустил ее, помог ей встать. Сильные ладони сжали ее плечи, толкали вперед.
— Давай, — бормотал он. — Ты сможешь.
Она хотела ударить его за глупость. Страж у двери открыл ее, Натенек толкнул Рему в проем, и дверь захлопнулась за ними. Рема оказалась в маленькой комнатке без окон, два факела горели на стенах. Еще дверь была в стене напротив. Наверное, выход во двор, где ее казнят.
— Завязать тебе глаза? — спросил Натенек, испугав ее.
Она уставилась на него, потрясенная его вопросом.
— Это важно?
— Нет, — ответил он. — Но подумал, что так будет проще.
Дверь за ней открылась, Натенек напрягся. Он упал на колено, склонил голову.
— Встать, — приказал знакомый голос. Рема обернулась и оказалась перед императором. — Готова? — спросил он, вскинув брови с ухмылкой.
— Быть зарезанной как свинья? — выпалила Рема.
Император рассмеялся.
— Подходящий для тебя конец.
Она сжала кулаки, желая ударить злодея.
Император Хамен пошел к другой двери. Рема сказала:
— Прошу, отпустите, — слезы лились из ее глаз. — Мне не нужно это грязное место. Я просто хочу домой, — и к Дармику.
Он замер, медленно развернулся и посмотрел на нее.
— Твоя казнь не связана с твоими желаниями, — он подошел к ней, почти на расстояние вытянутой руки. — Эта империя построена на правилах. Порой они строгие, но работают. Твое существование угрожает моей империи. Я должен тебя казнить.
Натенек был прав — холод императора был хуже перепадов настроения короля Барджона. Она быстро вытерла слезы.
— Не знаю, как твой предок Неро мог любить простолюдинку и жениться на ней, еще и изменить право наследования. Хоть в тебе есть королевская кровь, твои светлые волосы и голубые глаза делают тебя простолюдинкой. Никто не узнал бы о твоем происхождении, если бы не твоя татуировка.
Он прошел к двери, словно хотел уйти, но замер и сказал:
— Я думал о твоей свадьбе с моим сыном. Это закрепило бы род, — он пожал плечами. — Но ты выглядишь как простолюдинка, и я не могу просить единственного сына жениться на тебе. Я слишком долго растил его, чтобы все так бросить. Есть варианты лучше, и они помогут моей империи. А ты, дитя, незначительна, и никто не узнает, кто ты.
Рема вспомнила портреты в замке. Она вспомнила болезненную девочку лет пятнадцати. Там не было картины сына.
— Я не знала, что у вас с императрицей есть сын, — пробормотала она.
Он впился в нее взглядом, вызывая дрожь, ведь его глаза напоминали ей о Дармике.
— У нас нет сына, только дочь Жана.
Он открыл дверь и вышел на яркий свет дня.
Рема увидела платформу в орудиях пыток.
Она повернулась и побежала. Дальняя дверь не поддалась. Натенек обвил ее руками и поднял.
— Нет! — визжала она и отбивалась.
Он закинул ее на плечо и вышел через другую дверь, поднялся на платформу. Слезы Ремы сменила злость на Натенека, принесшего ее сюда, на императора за убийство ее семьи и решение о ее смерти, и на жестокую жизнь.
Он прижал ее ноги к своей груди, и она била кулаками по его спине.
— Пусти! — визжала она. — Я не сделала ничего плохого!
Натенек снял ее с плеча, бросил на доски, выбив из нее воздух. Она оглянулась на толпу. Сотни людей стояли тихо и неподвижно и смотрели на нее.
Рема решила сказать им, кто она. Она открыла рот, чтобы обратиться к толпе, но кто-то за ней сунул ткань в ее рот. Он обвил полоской ткани ее рот и голову, и она не могла говорить.
Она посмотрела направо, увидела, что за платформой был участок, где стояли император, Натенек, Трелл и шестеро солдат.
Два солдата потащили ее за руки к блоку в центре платформы. Она ударяла ногами, хотела освободиться. Они обвили блок ее руками, сковали ее запястья. Она была на коленях, грудь лежала на блоке. Кто-то собрал ее волосы, подвинул, открывая шею.
Невероятный страх охватил ее. Краем глаза она видела, как подошел кто-то в черном и с топором.
Другой солдат шагнул вперед и заговорил:
— Эта женщина виновна в измене. Ее наказание — лишение головы, — он кивнул палачу, и тот сжал топор.
И все.
Палач поднял топор, собираясь ударить по ее шее.
Рема зажмурилась.
* * *
Дармик
— Встань, — потребовал Неко.
Дармик не мог жить после такого провала. Он не только подвел все королевство, но и любимую. Ничего не осталось.
Неко поднял Дармика на ноги.
— Смотри.
Дармик поднял голову, взглянул на платформу. Люди, что были там раньше, ушли. Рема была прикована к блоку с открытой шеей, палач стоял над ней с топором.
Не думая, Дармик метнул кинжал, попал в грудь палача. Мужчина падал, топор все еще грозил Реме. Трелл прыгнул вперед и толкнул палача с платформы. Тот падал с оружием в потрясенную толпу.
Пока толпа смотрела на палача, убийца отошел от других солдат и молниеносно перерезал горло императора Хамена. Стражи не сразу поняли, что сделал капитан, они бросились на убийцу, который сжимал что-то в руке и кричал им. Солдаты застыли.
Люди во дворе закричали, требуя объяснений. Император лежал у ног капитана, кровь лилась вокруг его сапог. Трелл шагнул вперед, во дворе стало тихо.
Дармик посмотрел на застывшего Неко, сжимающего кинжал в руке.
Дармик не знал, как толпа отреагирует на смерть императора. Они хотя бы собирались выслушать Трелла.