Страница 6 из 7
С этими юношескими воспоминаниями он проследовал дальше, но его мысли были прерваны, окриком:
– Слышь, стоять! – из подворотни вышли три милиционера, справлявших там малую нужду. – Стоять, кому сказал! Документы!
– Я?! – не сразу сообразил прохожий. – Не понял… что…
– Слышь, ты чо пьянь глухая, или почему? – сержант, обращавшийся к нему, подошёл вплотную, застёгивая на ходу брюки.
– Так я и так стою… просто, я не расслышал… – принялся оправдываться старик. – А вот писать в подворотнях не хорошо.
– Слышь, жопе слова не давали! – цыкнул в ответ милиционер. – Документы! – потребовал сержант, протягивая руку, стоявшие чуть позади него двое других патрульных усмехнулись, перекинувшись взглядами.
– Сейчас… – старик принялся рыться в своих многочисленных карманах, – сейчас… куда ж ты запропастилась… а?
– Ты чё мне голову делаешь. Слышь, быдло, у тебя два варианта, либо ты едешь с нами в отдел, где мы вешаем на тебя пару грабежей и ты отправляешься в долгое плавание, или второй, ты быстро находишь пятьсот рублей, и мы забываем о твоём существовании. Какой выбираешь?
– Нет, вы не можете…. ведь это не законно…. – лепетал гость.
– Что?! – и сержант врезал кулаком в лицо старику.
– То есть… я хотел сказать,… что вы не правы… – старик пытался подняться на ноги.
– Да ты вообще охренел что ли! – воскликнул сержант, и все трое принялись избивать бездомного.
– …у меня… есть бумага… ой! …возьмите, прочитайте… только не бейте, пожалуйста… – причитал он, старясь как можно сильнее разжалобить служителей закона и не дать им покалечить себя.
Но они не слушали его, и продолжал бить бездомного дубинками. Удары сыпались, куда попало, и причиняли страшную боль старику. Пока тот не издал тихий предсмертный стон.
– По-моему он сдох, – высказался один из милиционеров.
– Чёрт, перестарались! – чертыхнулся сержант. – Посмотри что у него в карманах, и валим отсюда….
– Только сто рублей! – ответил второй патрульный, обыскав карманы старика.
– Это что, получается? – высказался третий милиционер, – Мы этого старого пердуна завалили из-за ста рублей?
– Выходит что так, – отозвался первый патрульный.
– Верни бумажку на место! – обратился ко второму патрульному третий патрульный.
– Не вопрос! – и наклонился к старику вернуть сторублёвку. Его рука едва дотянулась до кармана, как запястье стальной хваткой обхватила ладонь умершего старика….
….Возле здания школы остановилась такси, и оттуда вышел молодой человек, с крашеными волосами и серьгами в ушах. Он, по-женски повиливая бёдрами, сразу направился к входной двери. В его движениях и ужимках чувствовалось что-то не мужское. В коридоре посетителя встретил холодный и колючий взгляд охранника.
Молодой человек не удостоив ни единым словом парня в камуфляжной форме, презрительно смотревшего на него, проследовал мимо к лестнице.
– Козел… всех бы вас к стенке поставил… – пробормотал охранник глядя на вошедшего посетителя. Он прошёл несколько горячих точек, и безумно любил детей как своих, так и чужих, поэтому и пошёл работать в школу, как только вышел на пенсию по выслуге лет и получил лицензию охранника. Но «этих», то есть людей не традиционной ориентации, он просто ненавидел. И готов был расстрелять каждого, кто пытался показать своё «истинное лицо». А уж тем более был против всяких контактов этих недоносков с детьми. Как-то раз у него был неприятный случай с этим молодым человеком, когда тот начал заигрывать с мальчиками из старших классов, нервы сдали и, не раздумывая набил ему морду. Но наследующий день директор школы, увидев разбитое лицо своего «товарища», вызвав его в кабинет, и доходчиво объяснил, что это самый лучший и близкий друг, которого не стоит обижать. А наследующий день ему позвонили сверху из администрации губернатора, и всё популярно объяснили и предупредили. Будет катить бочку или там жаловаться то упекут в тюрягу или того хуже в психушку. После этого случая молодой человек всеми своими фибрами хотел показать, что он большой человек и требует к себе не меньшего уважения, чем к директору. – Будет и на нашей улице праздник… я, когда-нибудь, доберусь до тебя…
Тем временем молодой человек с крашеными волосами цвета созревшей соломы, виляя бедрами, поднимался на второй этаж, где находился кабинет директора.
Секретарша подняла голову, заслышав в коридоре шаги.
– Привет милочка, – пролепетал женским голосом вошедший. – Хорошо выглядишь. Мой у себя?
– Артурчик, Исаак Евгеньевич просил тебя не приходить к нему во время занятий. – Серьёзно сказала девушка.
– Аллачка, это тебе, – молодой человек достал из кармана шоколадку и положил на стол перед девушкой. – Кстати, милочка, в «Русалочку» завезли новую партию нижнего белья. Советую зайти. Скажи, что я прислал, сделают шикарную скидку.
– Спасибо, – Аллачка явно повеселев, ответила очень дружеским тоном, словно подруга подруге, – он в хорошем настроении, и как мне показалось, будет рад тебя видеть.
– Превосходно! Милочка, никого не пускай, как минимум час. Нет, лучше два! Мы заняты, серьёзным делом! – он хихикнул как девчонка, и подмигнул секретарше.
– Артурчик, замолви за меня словечко, по поводу повышения зарплаты. Хочу, летом в Анталию махнуть, со своим новым бой-френдом, – она, мило улыбнулась.
– О чём речь, мы же подружки! – он ещё раз подморгнул белокурой секретарше, и скрылся за дверью кабинета директора.
Порывы осеннего ветра, срывали с деревьев последние листья и, кружа их в воздухе, носили по пустому школьному двору. Детей не было, они сидели на уроках. Человек в плаще, с накинутым капюшоном на голову, вывернул из-за угла и вошёл в школьный двор. Дойдя до центра двора, остановился и стал пристально вглядываться в окна школы….
….входная дверь распахнулась и в фойе, вбежала счастливая и запыхавшаяся Алла. В руках, она держала пакет с покупками.
– Лёха, Евгеньевич, меня не искал? – задыхаясь, спросила она.
– Нет. А ты где была? – хмуря брови, спросил охранник.
– Алексей, это не корректный вопрос! – девушка, изобразила на лице недовольство.
– А, ну тебя! Не иначе, трусы бегала покупать.
– Как грубо. Фи!
– Что, опять, этот петух насоветовал?
– Ты не прав, он хороший….
– Как же…. Не прав…. – охранник скривился, чертыхаясь в душе.
Она поспешила наверх, отстукивая своими каблучками по бетонным ступенькам. Алексей проводил девушку взглядом, и почесал затылок.
«Странно, – подумал он, – она же, не выходила. Или выходила? Наверное, проскочила, когда я ходил в туалет. Но почему тогда, я не слышал её шагов? Просто не обратил внимания. – Его громкий вздох, эхом пронёсся по всему фойе, – Что-то я сегодня расслабился. Нужно быть внимательней. Это всё, из-за этого козла! Мать его, так! Или старею! Эх, а так не хочется».
Парень, развалился в рабочем кресле. Взял со стола книгу и продолжил читать, больше не прислушиваясь к звукам доносившемся сверху.
Открылась дверь в приёмную, Алла подняла голову, оторвавшись от экрана монитора, и взглянула на вошедшего охранника.
– А, это ты… – сказала девушка, и продолжила раскладывать пасьянс, на экране монитора, – Зачем пришёл? Что, скучно стало на посту…
– Верно, заметила, – ответил ей охранник, и направился в кабинет директора. Он положил руку, на ручку двери.
– Э-э! Ты, куда это, направился? – воскликнула секретарша. – Там идёт совещание! Лёха, не борзей! Он мне, потом, пистон вставит!
– Я знаю! – решительно и очень спокойно, ответил парень, – Я на минутку. Порошу, повышения зарплаты!
– Я тебе говорю, туда нельзя! – девушка, быстро выпорхнула из-за стола и решительным шагом, подошла к нему и преградила дорогу.
Парень посмотрел в глаза, и она испугалась, увидев в его взгляде огонь преисподней. Он же, напротив, также спокойно, подхватив Аллу под мышки, поднял вверх, по-прежнему не сводя с неё глаз, повернулся на пятках и швырнул её в дальний угол приёмной, где стояла кадка с фикусом. Девушка, словно детская кукла, пролетела через всю комнату, и сильно ударившись головой о стену, упала на паркетный пол, под тень фикуса.