Страница 410 из 470
По просьбе Лючии он засветил электрический фонарь и увидел, что им надо пройти еще один коридор, настолько узкий, что можно было продвигаться вперед лишь боком.
По-видимому, коридор проходил внутри толстой стены, в которую воздух поступал из маленьких отверстий.
После крутого поворота показалась тяжелая железная дверь.
Лючия снова остановилась. Она дотронулась до руки сыщика и проговорила:
— Теперь мы у цели. Вот эта дверь покрыта снаружи кирпичами и так искусно вделана в стену, что никто не может догадаться, что здесь имеется выход. Даже днем его никто не найдет, а тот кто его знает, не сумеет открыть его, не зная секретного механизма.
— Отлично! отлично! — заметил сыщик.
— Вы видите, что на дверях нет замка, — продолжала Лючия, — да и не пружиной она открывается, а особым специальным затвором, изготовленным по специальному заказу Калиостро. Вот посмотрите, — продолжала она, опускаясь на колени, — видите вот этот маленький засов? На нем держится вся дверь. А теперь обратите внимание!
Она отодвинула засов и встала.
Тотчас же большая дверь открылась во внутрь, образовав, однако, щель только сантиметров в пятнадцать. Потом она остановилась и начала подниматься вверх.
— Идем, — торопила Лючия, — дверь сейчас же опустится вниз.
Как только сыщик вышел вслед за Лючией на улицу, стена опять опустилась вниз и бесшумно закрыла отверстие, от которого не осталось и следа.
— Калиостро большой умница! — заметил Ник Картер, — ведь это замечательный механизм! Быть может, в будущую ночь нам придется им воспользоваться!
— Вот для этого я и объяснила вам все так подробно, — ответила Лючия, причем лицо ее омрачилось, — вы знаете, что моему отцу и мне пришлось много выстрадать из-за общения с союзом «Черной руки» и никакая небесная и земная сила не может освободить нас от этого общения! В качестве прямого потомка первого Беллини, отец мой с самого рождения уже состоял верховным главой этой шайки грабителей, вымогателей и убийц и если бы он хотя единым словом или даже взглядом показал, что он тяготится этой ролью, то был бы убит; та же участь ожидает и меня, если я дерзну воспротивиться законам «Черной руки». Я ненавижу преступные деяния этого союза и потому стала предательницей и выдала вам его тайны, так как вы преследуете те же цели, что и я. Вы тоже добиваетесь уничтожения «Черной руки» по неизвестным мне причинам! А если нам с вами удастся обезвредить эту шайку, которая причинила человечеству неисчислимое горе и печаль, то мой отец будет свободным человеком, — только тогда мы будем счастливы и довольны!
— В какой, именно, день вас похитили? — спросил сыщик.
— Какой у нас сегодня день? Среда? Стало быть, это произошло только вчера вечером.
— С того времени прошло часов пять, — задумчиво проговорил сыщик, — трудно говорить, сколько событий произошло за столь короткий промежуток времени.
Тем временем они миновали узкий переулок, разделявший два огромных здания товарных складов Калиостро. Нигде не было ни души.
— Кажется за нами никто не следит, — заметил сыщик, — преступники, вероятно, еще находятся внизу в подвале и ищут вас. Вряд ли они так скоро прекратят розыски, тем более, что им неизвестен секретный выход из здания и они должны думать, что вы все еще находитесь где-нибудь там в подземелье.
— Но они могут известить Калиостро, — возразила Лючия, — а он, конечно, сейчас же поймет, что я воспользовалась секретным выходом, который он показал моему отцу и мне. Но прежде чем он явится, мы с вами будем уже за тридевять земель.
Сыщик со своей спутницей завернули на улицу, которая шла мимо главного фасада зданий Калиостро. Здесь тоже было мало прохожих.
Вскоре они сели в вагон трамвая и поехали к Бруклинскому мосту.
Там они вышли и Ник Картер по просьбе Лючии подозвал коляску, в которой она собиралась уехать домой.
— Не поехать ли вам лучше со мной? — спросил сыщик, — у меня есть надежный угол, где…
— Нет! Я должна вернуться к отцу, который умер бы от ужаса, если бы завтра утром меня не было дома, — решительно заявила Лючия, — но я надеюсь, что в скором времени мы с вами увидимся! А что касается наших врагов, то я их не боюсь больше после того, как познакомилась с вами! А теперь, прощайте!
Она сердечно распростилась с Ником Картером и уехала.
Сыщик поспешил к себе в итальянский квартал и прибыл в свою комнату еще до возвращения Михаила Пеллурия.
* * *
Ник Картер был настолько предусмотрителен, что соединил замок двери с косяком посредством тонкой шелковой нити, которая, разумеется, должна была оказаться разорванной, если бы кто-нибудь вошел в комнату в его отсутствие.
Так как нитка была цела, то сыщик понял, что Пеллурия еще не вернулся.
Он быстро переоделся, снял грим и по прошествии нескольких минут превратился снова в прежнего Марко Спада.
Затем он лег в постель.
Он притворился спящим, когда Пеллурия вернулся.
Когда итальянец прошел по комнате, сыщик как бы с просонья встрепенулся!
— Алло! Кто там? — крикнул он.
— Это я, Пеллурия! — раздалось в ответ.
Ник Картер рассмеялся.
— Счастье ваше, что вы сразу назвали себя, — проговорил он, зевая, — я уже собирался угостить вас пулей в лоб! Мне видите ли, снилось, что нас преследуют полисмены, а когда меня разбудил скрип двери, рука моя уже схватила револьвер! Который теперь час?
— Половина третьего.
— Да неужели уже так поздно? — воскликнул сыщик, — а я готов был бы поклясться, что лег только четверть часа тому назад.
— Очевидно, вы крепко спите? — спросил Пеллурия, вешая свою широкополую шляпу на крючок.
— Да, но теперь я уже окончательно проснулся. Рассказывайте о ваших приключениях, Пеллурия.
Сыщик взял с ночного столика спички и закурил сигару.
— Сегодня ночью произошло черт знает что такое! — проворчал Пеллурия и засветил электрическую лампочку.
— А что случилось?
— Калиостро ужасный болван! — продолжал Пеллурия, и тоже закурил сигару.
— В чем же дело? Говорите яснее!
— Этот старый дурак похитил Лючию Беллини!
— Быть не может! — воскликнул Ник Картер.
— А между тем это так! Он хотел на ней жениться, хотя годится ей в отцы! Ведь вы знаете, что после смерти старика Беллини Лючия становится главою нашего союза, а так как Калиостро добивается главенства и Лючия отказала ему в своей руке, то он и похитил ее вчера вечером и перевез на главную квартиру «Черной сотни», чтобы заставить ее согласиться выйти за него замуж.
— И там он ее держит в плену?
— Нет, она бежала!
— Стало быть, вы ее освободили?
— Нет не я, — проговорил Пеллурия с глубоким вздохом, — и я очень жалею, что не имел случая сделать это!
— Но каким же образом могла она бежать?
— Ей помог один из сторожей, который, однако, вероятно, чем-нибудь не угодил ей. Как бы там ни было, она ударила его каким-то орудием по голове, он лишился чувств, а она заковала его в те же цепи, в которые раньше была закована сама.
— Как? Калиостро дерзнул наложить на нее оковы?
— Да! Он хотел заставить ее смягчиться, но Лючии удалось вырваться и все наши поиски ни к чему не привели. В конце концов мы впятером отправились к Калиостро и известили его о случившемся.
— А он что?
— Он поклялся, что виновных завтра же постигнет страшная кара, другими словами, завтра один из нас будет убит, по всей вероятности я! Дело в том, что Калиостро подозревает меня в том, что я помог Лючии бежать.
Сыщик задумчиво выпускал клубы дыма. После некоторого молчания он сказал:
— Слушайте, Пеллурия! Вам нечего беспокоиться! Если Калиостро позволит себе слишком много, то мы его припугнем!
— Как так? — спросил Пеллурия.
— Неужели вы меня не понимаете?
— Понимаю, но это дело очень опасное!
— Какое дело?
— Воспрепятствовать Калиостро принять участие в заседании «Черной сотни», на котором вы должны быть избраны!