Страница 398 из 470
— Прекрасно. Ну, а когда молодая чета так поспешно удалилась, полагаете ли вы, что это произошло только вследствие того ужасного зрелища, или, быть может, по какой-либо другой причине? Но, пожалуйста, отвечайте на этот вопрос, отнюдь не руководствуясь моим мнением.
— Действительно, мне почти казалось, что они бегут от какого-то врага. Не думаю, что один только вид трупа произвел на них столь сильное впечатление, а полагаю, что они приводили этот труп в какую-то таинственную связь с собою же, и что все это происшествие вселило в них страх перед опасностью, заставивший их бежать немедленно.
— Только что я собирался сказать тоже самое, это-то и было впечатление, произведенное на молодую чету, — заметил сыщик, и прибавил: — а теперь скажите, Гаррис, вам когда-нибудь приходилось слышать о некоем докторе Кварце?
— Конечно, очень часто.
— И вы когда-нибудь видели этого доктора Кварца?
— Даже весьма часто.
— Останавливался ли он у вас в Гранд-Отеле?
— Конечно, в течение всей последней недели. Он занимал комнаты, расположенные позади помещения для новобрачных. У него на дому происходил какой-то ремонт или что-то в этом роде, и потому он временно должен был переселиться. Конечно, мы тогда еще не знали, с каким негодяем мы имели дело.
— Могу себе представить. А теперь комнаты, в которых жил доктор Кварц, опять заняты?
— Доктор Кристаль занимает приемную и ванную, а спальную мы отдали, как отдельную комнату.
Ник Картер тихо свистнул и коротко кивнул головой.
— Отлично! — воскликнул он затем, — скажите, Гаррис, эти два доктора поддерживали между собой оживленные отношения?
— Утверждать этого не смею, они общались между собой не больше и не меньше, чем это бывает среди жильцов в гостинице.
— Не казалось ли, что оба врача были знакомы уже и раньше? — осведомился сыщик.
— Об этом я, откровенно говоря, и не думал и не наводил об этом справок.
— Давно ли вы знаете этого доктора Кристаля?
— Со времени открытия Гранд-Отеля.
— И что же?
— Он часто приходил в гостиницу в качестве гостя, и денег у него, по-видимому, было много. Он заявил нам, что собирается практиковать в Канзас-Сити и что хочет снять у нас несколько комнат на большой срок, если мы разрешим ему повесить внизу свою вывеску.
— И вы, конечно, согласились с его просьбой?
— Разумеется, так как благодаря этому мы приняли постоянного, хорошо платящего квартиранта. Большинство гостиничных врачей требуют вознаграждения, а доктор Кристаль совершенно отказался от этого.
— Не знаете ли вы, откуда явился этот доктор?
— Чуть ли не из Вашингтона. Наверное я этого не могу сказать, но он часто говорил о Вашингтоне, и мне показалось, что там его родина.
— Часто ли доктор Кварц и доктор Кристаль бывали вместе, когда первый проживал здесь в гостинице?
— Да, в ресторане они часто обедали за одним столом — это все, что я могу сказать по этому поводу.
— А теперь еще один вопрос, ответ на который мог бы избавить меня от массы возни, а я полагаю, что вы, как опытный человек, сейчас же и ответите мне на него. Ведь, выстрелы из револьвера должны были раздаться по всей гостинице — не наводили ли вы по этому поводу справок?
— Разумеется, мистер Картер, — ответил служащий, — никто в гостинице не слышал этих выстрелов. Это нам и показалось странным, хотя шум на улице очень силен.
— Отлично! А теперь, мистер Гаррис, идите, пожалуйста, в контору, где меня ожидают остальные господа, попытайтесь отвести в сторону начальника полиции и постарайтесь шепнуть ему, чтобы он никоим образом не допустил ухода доктора Кристалл, прежде чем я вернусь в контору. Скажите начальнику, чтобы он передал о том же полицейскому врачу. Когда вы это исполните, то вернитесь, пожалуйста, сюда, незаметно забрав ключи от комнат, занимаемых доктором Кристалем. А потом вы опять войдете в контору и подождете моего прихода.
Через четверть часа Ник Картер один находился в комнатах доктора Кристаля.
* * *
Пробыв в комнатах молодого врача гостиницы около получаса, Ник Картер возвратился в контору гостиницы и вежливо заявил:
— Мне было бы приятно, если бы полицейский врач и вы, доктор Кристаль, подождали бы меня еще немного, так как мне хотелось бы еще получить ответы на некоторые специальные вопросы. А пока я попрошу начальника полиции пожаловать со мной.
Тот сейчас же встал со своего места и пошел за сыщиком, проводившим его до той комнаты, где все еще лежали два трупа.
— Мистер Гайнс, — начал сыщик, когда они вошли в комнату и заперли за собою дверь, — помните ли вы, что во время нашего с вами разговора о загадочных убийствах в товарном вагоне, я ссылался на доктора Венворта, этого знаменитого токсиколога, считающегося в Америке авторитетом по вопросам химии?
— Очень хорошо помню.
— Нам он больше не будет нужен.
— Почему?
— Потому, что я уже нашел все то, что он может сообщить нам по поводу ядов для бальзамирования. Я этим, конечно, не хочу сказать, что я успел усвоить себе все его познания, но я уяснил себе вопрос, занимающий нас теперь. Не спрашивайте меня, а позвольте изложить вам ход моих мыслей.
— Прошу вас.
— До сих пор я не расспрашивал полицейского врача, полагая, что это сделаете вы, пока я занят буду другими делами.
— Так я и сделал.
— Тем лучше, тогда вы, вероятно, сумеете мне ответить на несколько вопросов, которые я сейчас поставлю вам?
— По всей вероятности, так как я подробно переговорил об этом деле с обоими врачами.
— Отлично, но прежде чем мы начнем, скажите мне ваше мнение о личности доктора Кристаля и произведенном им на вас впечатлении.
— По-видимому, он хорошо знает свое дело, но я не вполне убежден в его умственных способностях.
— Вполне присоединяюсь, а теперь начнем с вопросов: не высказывали ли врачи своего мнения по поводу того, давно ли убиты покойники?
— Об этом они подробно не говорили, хотя их диагноз в общем сводится к тому, что со времени наступления смерти прошло не менее 12–14 часов.
— Это относится ко всем трем трупам?
— Не могу ответить вам на этот вопрос, Картер, так как оба доктора так изощрялись в специальных выражениях, что у меня голова пошла кругом.
— А разве доктора не говорили об окоченении трупа и процессе разложения?
— Да, об этом они говорили, и мне показалось, что они оба придерживаются одного и того же мнения.
— А что вы скажете, если я вам сообщу, что все три покойника умерли не менее недели тому назад?
— Я сочту вас за сумасшедшего, Картер, и оба врача, вероятно, с этим согласятся, — ответил Гайнс.
— Весьма лестно слышать, но тем не менее я должен настаивать на этом выводе.
— Но я никак не могу с этим согласиться.
Ник Картер только улыбнулся:
— Вы помните, с каким совершенством были набальзомированы трупы, найденные в товарном вагоне?
— Но помилуйте, Картер, не станете же вы утверждать, что три трупа в обеих комнатах помещения для новобрачных находятся там уже в течение недели и больше.
— Я этого и не говорю.
— Черт возьми, как же вы объясните всю эту историю?
— Вот именно так, как я вам говорю. Все три покойника умерли уже неделю или больше тому назад. Но я тут же прибавлю, что трупы приготовлены для показа если можно так выразиться, — не далее, как вчера. Отсюда следует, что трупы приготовлены точно таким же образом, как трупы в товарном вагоне, а в том положении, в каком мы их нашли, они находились с шести часов вчерашнего вечера, то есть приблизительно в течение двенадцати часов, так как теперь почти шесть часов утра.
— По вашему, трупы набальзамированы, Картер? Но ведь это уже скорее походит на сказку.
— Совершенно верно, но ведь и наша нынешняя школьная наука не поверит тому, что есть возможность сохранить трупы столь усовершенствованным образом. А между тем это так, в чем нас убеждают найденные в товарном вагоне трупы, которые, однако, набальзамированы далеко еще не так искусно, как найденные в гостинице покойники.