Страница 375 из 470
Ник не смог сдержать улыбки.
— И что вы предприняли? — спросил он.
— Указал ему на дверь.
— И все?
— Нет, и мне стыдно это признавать. Невозможно понять или объяснить поступки женщин. Моя дочь встала на его сторону.
— Но из этого ничего не вышло?
— Нет, сэр. Я в своем доме хозяин!
— Ваша дочь действительно любила этого человека?
— Нет, это все ее упрямство. Они где-то познакомились, не знаю, как это произошло. Потом он явился ко мне. Я заставил дочь дать мне слово больше не общаться с ним, но это вылилось в очень неприятную сцену. Я думал, Дивер убьет меня. Возможно, покажется странным, что я рассказываю об этом при столь ужасных обстоятельствах, в которых оказался, но мне все, что сейчас творится, кажется какой-то чудовищной насмешкой судьбы.
— А теперь расскажите правду о его брате и о себе, — прямо сказал Ник.
— Расскажу, — согласился доктор.
В этот момент сообщили, что пришел посыльный. Ник понимал, что дело должно быть чрезвычайной важности, иначе его разговор с задержанным прерывать не стали бы.
Оказалось, что посыльный принес записку от старшего инспектора Бирнса с просьбой прийти к нему домой как можно скорее.
Глава VIII
У старшего инспектора
Как и ожидал Ник, у дома старшего инспектора Бирнса его встретил Чик.
— Поезжайте ко мне домой, — сказал Ник. — Джарвис собирается во всем признаться. Будете изображать меня.
Чик кивнул и исчез.
Войдя в дом, Ник нашел старшего инспектора в обществе Дивера. Лицо Дивера налилось кровью, и выглядел он как человек, который долбил каменную стену, пока не выбился из сил.
— Мистер Дивер пришел с жалобой на вас, мистер Колтон, — сказал старший инспектор, сверкнув глазами.
— И что за жалоба?
— Он говорит, что вы уже должны были посадить подозреваемого на электрический стул.
— Я вел расследование весьма тщательно, — пояснил Ник.
— О да! — воскликнул Дивер. — Вы всячески старались выгородить Джарвиса. Он богатый человек, этот Джарвис.
— Дивер, — строго произнес старший инспектор, — я не отвечал на вашу жалобу до сих пор, потому что хотел, чтобы и мистер Колтон услышал, что я скажу. А скажу я следующее. У вас не должно возникать малейшего сомнения в компетентности мистера Колтона. Я полностью удовлетворен его действиями и всецело поддерживаю его. Я поручил это дело ему, и он довел его до конца.
При этих словах Дивер вздрогнул, но прирожденная стойкость духа помогала ему держать себя в руках.
— Я могу добиться ордера на арест Джарвиса, — заявил он.
— Пожалуйста, добивайтесь. Только при этом вы выставите себя дураком, — сказал старший инспектор.
— С вашего позволения, — вставил Ник, — я бы посоветовал мистеру Диверу оставаться здесь. А мы тем временем пошлем за свидетелем, Джоном Флинтом, показания которого мне кажутся самыми важными.
— Поступайте, как считаете нужным, — сказал Бирнс.
Вызвали посыльного и отправили его за Флинтом.
Пока дожидались свидетеля, Ник в присутствии старшего инспектора и Дивера напомнил об имеющихся против Джарвиса уликах.
Некоторые из них, как знает читатель, Диверу до сих пор известны не были. Он удивился, узнав, что дело раскручивает человек, который, как ему казалось, изо всех сил старался его замять.
— По-моему, все ясно, — сказал он, когда Ник закончил. — Я не стану обвинять мистера Колтона в некомпетентности, раз сейчас проводятся какие-то действия.
— Будут проводиться только необходимые, по его мнению, действия, — заявил старший инспектор.
Дивер снова заволновался, начал перечислять улики, а потом категорически потребовал немедленного ареста доктора.
Ник слушал его молча, старший инспектор оставался невозмутимым, как изваяние.
Когда Дивер выдохся, заговорил Ник:
— Я вам обещаю, что преступник будет арестован через час.
Тут принесли карточку и передали ее старшему инспектору.
— От Чика, — шепнул он Нику. — Он здесь с Джарвисом. Что скажете?
— Пусть входят, — ответил Ник.
И вот они вошли. Чик, как понимает читатель, сейчас был точной копией Ника. Когда двойники оказались рядом, Дивер оторопел, а у доктора глаза чуть не вылезли из орбит.
Бирнс улыбнулся и одобрительно прогудел себе под нос: «Ловко».
— На кого из этих двух господ вы жалуетесь, мистер Дивер? — спросил он, наслаждаясь его ошарашенным видом.
Но Дивер ничего на это не ответил, только пробормотал что-то о происках нечистого.
Доктор Джарвис с трудом взял себя в руки.
— Итак, сэр, — обратился к нему старший инспектор, — я полагаю, вы хотите мне что-то рассказать.
— Да, сэр, — сдавленно проговорил Джарвис. — И, поверьте, никому еще не приходилось делать такого мучительного признания.
— Говорите.
— Я виновен в убийстве Патрика Дивера.
Это заявление не произвело видимого впечатления на Ника, хотя читатель не мог не догадаться, что он, расследуя дело, был уверен в невиновности доктора.
Из всех присутствующих Дивер был наиболее впечатлен. Он ахнул, вскочил с кресла и тут же тяжело опустился в него.
— Ну, что вы на это скажете? — воскликнул он, повернувшись к Нику.
— Я жду рассказа доктора Джарвиса, — ответил Ник.
— Да, — подхватил старший инспектор. — Давайте послушаем.
Доктор Джарвис попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Он пошатнулся и бессильно повалился в кресло.
— Не могу говорить, — промолвил он, немного придя в себя. — Подождите, мне сейчас станет лучше.
— Возможно, это и не понадобится, — сказал Ник.
— Да, да, к чему это? — слабым голосом проговорил задержанный. — Я признался — и достаточно.
— Но мы хотели бы узнать все подробности этого дела, — сказал Бирнс и вопросительно посмотрел на Ника.
— Давайте расскажу я, — предложил Ник. — Если я прав, просто кивайте. Пока что этого хватит. Мы сейчас не в суде.
— Но откуда вам знать… — начал было Дивер.
Старший инспектор прервал его, обратившись к Нику:
— Прошу вас, продолжайте.
— В саду госпиталя, — начал Ник, глядя на доктора Джарвиса, — примерно в половине седьмого вечера в понедельник вы повздорили с Патриком Дивером, который работал под вашим началом.
Ник замолчал, и доктор Джарвис кивнул.
— Он был немного пьян и выражался оскорбительно. Вы сделали ему резкое замечание, и он ринулся на вас.
Доктор снова согласно кивнул.
— Вы схватили лопату…
— Я ее уже держал в руках, — чуть слышно уточнил доктор.
— Правильно, поправляйте меня, если я буду ошибаться. Вы замахнулись лопатой и ударили Дивера по голове. Он упал на землю, вы склонились над ним и пришли в ужас оттого, что он был мертв, вернее, казался мертвым. Как именно он пришел в себя, я не знаю, но, наверное, это случилось, когда вы пытались сообразить, что делать с телом.
— Откуда вы все знаете? — слабым голосом спросил доктор.
— Просто это единственное объяснение всех фактов. Свидетель Кляйн слышал ссору и звук удара. Удар получили не вы, и, поскольку там не было никого, кроме Патрика Дивера, ударили его. Итак, он неожиданно очнулся и резко поднялся. Вы в изумлении шагнули к нему. Полагая, что вы хотите его добить, он бросился бежать. Перебравшись через стену, он побежал через лесок к реке.
— Вы читаете мои мысли! — воскликнул доктор, на которого потрясение подействовало, как тонизирующее средство.
— Нет, не читаю. Как иначе он мог исчезнуть из сада? С одной стороны был Кляйн, с другой — людная Сент-Николас-авеню, где его наверняка бы увидели. Он побежал к реке.
— Получается, вы его не убили? — удивился старший инспектор.
— У меня есть только одно объяснение окончания этой роковой истории, — сказал доктор Джарвис. — И оно покажется вам невероятным. Его тело нашли закопанным в саду. Меня видели, когда я его закапывал, видели, как я ночью нес его туда. Но, клянусь всем, что мне дорого, я не знал, что это я сделал. Меня убедили в этом доказательства. И вот объяснение: выбежав из леска, Патрик Дивер, вероятно, упал и умер. Я во сне пошел туда, нашел тело и принес обратно в сад. О том, что я хожу во сне, знают все. Я вытворял и кое-что куда удивительнее.