Страница 70 из 149
Ускоряюсь вдвое, второе, до тех пор, пока не начинает жечь мышцы болью, однако всё равно на этом не останавливаюсь. Меня что-то подтапливает, не позволяет, поддавшись усталости, сбавить практически невыносимую для тела скорость. Я виляю между стволов деревьев, постоянно меняя своё направление, но не отходя от намеченного маршрута, пока передо мной не появляется единственная узкая тропинка, ведущая к подъёму на холм.
Вдоль обеих её сторон густой стеной растут многочисленные кустарники и невысокие деревья. Если меня и можно догнать, то только здесь, поэтому я уговариваю тело потерпеть ещё минуту и проскочить этот промежуток, похожий на узкий коридор...
Внезапно слева, прямо из гущи кустарников появляется тело, двигающееся в моём направлении, и я взвизгиваю, так громко, что собственный же крик оглушает меня. От неожиданности резко шарахаюсь вправо, спотыкаясь, и только в падении понимаю, что тело – это чертов Марко.
Но уже поздно, я не успеваю сгруппироваться и неуклюже приземляюсь на кисть левой руки. Острая боль пронзает запястье, и из моих уст без остановки летят самые искромётные проклятия. Переворачиваюсь на спину, прижимая здоровой рукой поврежденное запястье к груди, и натыкаюсь при этом плечом на низкорастущие ветви кустов. Они вонзаются в кожу, и от этого мои ругательства только набирают обороты.
Я определенно пожелала всем троим самой наихудшей смерти, как минимум, тысячу раз.
- Ты провалилась, чик-чик, – с ехидством констатирует Марко, подходя ко мне.
- Катись к чёрту! – огрызаюсь я, жмурясь от боли.
Марко пропускает смешок и наклоняется, чтобы помочь мне подняться, но я буквально рычу на него.
- Отвали!
Он игнорирует мой – всего лишь слабый – намёк на нежелание принимать его помощь и, ухватив меня за здоровую руку, поднимает на ноги.
Мои глаза видят только его, не замечая ничего вокруг. Я знаю, что рядом Алек и Никола, но в первую очередь ненавижу его. Да я готова поставить голову на отсечение, что эта идиотская затея принадлежала ему. Кто же ещё настолько ненормальный, чтобы придумать подобное.
Распаленная своей злостью, я набираю побольше воздуха в лёгкие, чтобы выдать новую порцию ругательств, но взгляд Марко, пылающий ещё пущим негодованием, буквально заставляет застрять их в горле.
- Реакция и контроль – это единственное наше преимущество перед гибридами, – произносит он, и его жёсткий, твёрдый голос переворачивает что-то внутри меня в противоположную сторону. Ещё вчера он бы подействовал на меня, но не сейчас. Однако Марко на этом не останавливается, он собирается отчитать меня по полной программе, не обращая внимания, что в моих глазах просветления даже не предвидится. – Было множество способов, которыми ты могла воспользоваться, я знаю это, я все просчитал...
Внезапно меня пробирает дикий, безрассудный смех, что в какой-то малой степени меня пугает собственная реакция. Но я смеюсь, едва осиливая вставлять слова.
- Ты знал, что я не справлюсь. Не обманывай себя.
Странный смех угасает, но я по-прежнему улыбаюсь, раздражая этим Марко ещё больше.
- Издеваешься? – скалится он, но следующего, чего бы ни хотел сказать Марко, он не успевает озвучить.
- Хватит разговаривать с ней таким тоном, – раздаётся озлобленный голос Алека, и мне кажется, что все разом вспоминают о его присутствии.
По крайней мере, я точно забыла.
- Алек не вмеши... – отзывается Марко, махнув рукой в его сторону.
- Я согласился участвовать в этом, – вновь не даёт Алек продолжать ему говорить, – но никогда не обещал, что не стану вмешиваться.
Теперь Марко поворачивается лицом к Алеку.
- Ты не помогаешь ей, как думаешь, а только делаешь хуже, – пытается он донести свою истину до Алека спокойным тоном голоса.
Но, если честно, от одного взгляда Алека, он уже должен понять, что сейчас его истина вполне может быть отослана в самые отдалённые места мира. Адамово яблоко на шеи Алека движется, когда он тяжело сглатывает, явно едва сдерживая себя.
- Может, это мне решать: что лучше для неё, а что нет?
- А может это только мне решать? – резко обрываю я их спор, мгновенно зарабатывая за это бушующий огнём взгляд Алека.
Но мне плевать, особенно сейчас, когда он так открыто заявляет, что взял на себя право моего голоса. Несколько секунд все смотрят на меня, по-видимому, ожидая ещё каких-нибудь слов, однако мне добавить нечего. Я предельно ясно дала понять, что решения за себя принимаю только сама. И следующее, которое принимаю: просто ухожу, оставляя это безумие у себя за спиной. Проходит от силы минута, когда Алек нагоняет меня, оказываясь передо мной. Я останавливаюсь, но смотреть ему в глаза отказываюсь, отворачивая голову.
- Дай мне посмотреть руку, – просит Алек мягким, задевающим всё живое внутри меня голосом.