Страница 99 из 128
— Виктория, не стоит всё портить! Даймонд сам решит с кем ему быть! Неужели ты сама не видишь, каким он был счастливым, пока ты не начала свою старую песню, — отчитывает супругу Ричард, но кажется ей плевать на всех.
— Я просто хочу открыть ему глаза на всю ситуацию. Он же явно больше сам себе навыдумывал. Я уверена, что их проблемы с Оливией не стоят и выеденного яйца. Так зачем рушить брак, если можно его сохранить?! — хоть и говорит она это своему мужу, но все мы прекрасно её слышим, Даймонд так тем более.
— В этом-то и проблема, матушка! Ты не знаешь всей правды, но я тебе сейчас её расскажу, чтобы у тебя, наконец, у самой глаза прозрели, и чтобы ты знала какую змею пытаешься пригреть у себя на груди! — он делает короткую паузу, осушает бокал вина, затем приподнимается с места и подходит к матери. Слегка наклонившись, он продолжает говорить прямо у её уха, вероятно, решил, что так до неё лучше дойдёт. Маловероятно, но попытаться всё же стоит. — Эта твоя чёртова Оливия изменяла мне на протяжении года в моей же квартире! И ты ещё после этого смеешь её защищать? Она пила чёртовы противозачаточные и прятала их от меня, когда сама вешала мне лапшу на уши о том, что хочет иметь ребёнка от меня! Я же каждый грёбаный день её долбанной овуляции пытался заделать тебе внука, мамочка! Да вот только всё было впустую! Так ли поступают порядочные жёны? Ты так же обходилась с отцом?
Его уже не остановить, он рвёт глотку, срывая на матери свой голос, остальные же сидят как в воду опущенные, даже сама Оливия пытается стать невидимкой и прикрывает свою наглую физиономию от нас своей ладонью.
— Оливия, это правда? — не верит своим ушам мать.
Оливия шмыгает носом, сидя за столом. Кажется, сейчас начнётся спектакль одного актёра.
— Я пила чёртовы таблетки по предписанию врача, так как в последнее время у меня болезненно проходила менструация. Это было всего несколько раз! А изменила я тебе по пьяни, и это было именно в тот день, когда ты меня застукал. Всё остальное время я была тебе предана.
— Наглая ложь! Не держи меня за болвана, Оливия!
Я чувствую, как кто-то дёргает меня за плечо, на что я отрешённо разворачиваюсь. Тео наклоняется к моему уху и тихонечко произносит:
— Я не могу больше здесь находиться. Может на улицу выйдем?
Я киваю, после чего Тео бесшумно приподнимается со своего места, а затем помогает встать и мне. На нас даже никто не обращает внимания. Все настолько поглощены спорами и выгребанием грязного белья, что начнись враждебная атака с неба, они бы так и продолжали выяснять отношения. Даже Даймонд не замечает того, как я оставляю его и ухожу с его же другом. Тео тащит меня за собой на задний двор и, усевшись на деревянные качели в саду, начинает хохотать. Сначала это был сдержанный смешок, но он быстро перерос в заливистый смех. Я совершенно не понимаю подобной реакции.