Страница 96 из 128
— Мама!? Я же просил! Думай прежде, чем что-то говоришь! — грозно рычит Даймонд.
— Виктория, любовь моя, мы же с тобой договаривались, — сконфуженно проговаривает мужчина, искоса поглядывая на нас. — Да и нисколько она не похожа на Оливию, разве что у обеих тёмные волосы.
Вот и приплыли. Не успела я оказаться в этом доме, а меня уже начали сравнивать с бывшей девушкой Даймонда, да ещё и в открытую, абсолютно не беря во внимание то, что мне это может не понравиться.
— Да вы издеваетесь?! Вы хотите, чтобы я снова объявил вам бойкот? Вы этого добиваетесь сейчас, я не пойму? Я могу устроить!
Всё внимание теперь обращено к Даймонду, на то, как он сжимает и разжимает свою челюсть, как сверлит каждого из родителей недобрым взглядом, и как громко дышит через расширенные ноздри, даже Тео перестаёт двигаться. Судя по всему, ему так же неприятно находиться в такой обстановке, как и мне.
— Извини сынок, — как ни в чём не бывало отвечает Виктория. — Предлагаю выпить за нашего именинника.
Бокалы наши уже наполнены красным вином, а на тарелках лежат закуски из морепродуктов и легкий овощной салат. Ричард говорит пару слов своему сыну, после чего мы в безмолвии принимаемся за ужин. Никто не молвит ни слова, лишь изредка лязгающий звук приборов доносится до моего слуха. Обстановка с каждой секундой всё больше напрягает меня так, что кусок в горло не лезет, не смотря на изобилие всевозможных блюд, от которых исходит превосходный аромат. Должна сказать спасибо Даймонду, он даже мысленно находится со мной и его ладонь, которая уже успела поселиться у меня на бедре придаёт мне больше уверенности и сил, по крайней мере я уверена в том, что смогу вытерпеть ещё несколько часов пребывания в этом доме. Но пообещать вернуться сюда когда-либо я уже не смогу. Ну уж нет. Это будет похуже любой каторги, а самовольно я не готова подвергать себя подобным пыткам.
— Даймонд, можно с тобой поговорить? — неожиданно прерывает тишину Тео.
— Может позже? Если ты не заметил, то я здесь не один…
— Всё в порядке, Даймонд, — против своей воли произношу я, дотрагиваясь до его плеча.
Даймонд окидывает меня недоверчивым взглядом полным сожаления, после чего аккуратно вытирает свой рот салфеткой, целует меня в щёку и со словами, сказанными тихонечко мне на ухо: «не слушай мою мать», выходит с Тео за пределы столовой. Я же остаюсь одна-одинёшенька и мысленно готовлю себя к тому, что мне нужно будет постараться не поддаваться на провокации, если вдруг они последуют, стойко держать удар и обороняться от нападок антагониста в лице Виктории.
— Макария, я рад, наконец, увидеть своего сына счастливым, да ещё с такой девушкой, — по-доброму говорит мужчина, мне кажется прозвучало это довольно искренне. — Я уж думал он совсем разочаровался в девушках.
Ричарду на вид было за пятьдесят, схожесть с Даймондом былее чем очевидна, такой же высокий и статный брюнет с завитушками в волосах. Глазами так уж точно он пошёл в отца, а вот губы и нос ему достались от матушки, и, судя по всему, характер он её себе тоже перенял, ведь Даймонд порой бывает той ещё задницей.
— Они с Оливией долго встречались? — я не знаю как поддержать беседу, поэтому решаю и дальше себя закапывать. Чего мелочиться?
— Встречались? Пф! — дерзко бросает словцо Виктория. Демонстративно закатывая глаза на меня, она небрежно ставит фужер с вином на стол, да так, что содержимое выплёскивается из него. — Они были женаты, милочка! Два года они жили в счастливом браке! И чёрт знает сколько ещё знали друг друга до свадьбы!
Что? Я не сплю сейчас? Ущипните меня кто-нибудь! Срочно! Вот так нежданно-негаданно! Да мне во сне никогда бы подобное не приснилось. Сказать, что я удивлена такой ошеломляющей новости — ничего не сказать. Я обескуражена. Да так, что приходится теперь помогать себе руками, чтобы поднять свою челюсть с кафельного пола столовой. Почему он не сказал? У меня в голове не укладывается. Я никогда бы и не подумала, что Даймонд может быть связан узами брака с какой-либо девушкой. У него ведь до сих на лбу написано, как и в нашу первую встречу: «Не готов к серьёзным отношениям», и сейчас, как мне кажется, ничего не изменилось. Хм. Может раньше он был совсем другим? Что эта Оливия сделала с ним?
— Женаты? — Мямлю я. — Так получается они в разводе?
— Не дождёшься! Они до сих пор официально считаются мужем и женой! — горделиво говорит она. — Оливия была, есть и будет мне, как дочь, о которой я всю жизнь мечтала!
А вот это уже унизительно. Мало того, что он не признался мне в том, что женат, так он ещё имел наглость предложить мне с ним встречаться и жить у него, когда у самого остались за плечами незавершённые отношения с законной женой. Как долго он планировать тянуть с этой новостью? Это ниже моего собственного достоинства.
— Вики, не совсем подходящее время для подобных разговоров, — неестественно кашлянув в кулак, пытается облагоразумить её Ричард, после чего звучит дверной звонок. — Мы разве ещё кого-то ждём?
Виктория подскакивает с места и лёгкой походкой порхает по направлению в холл, улыбаясь при этом счастливой улыбкой от уха до уха. Может она ждёт пиццу? Надеюсь, она просто голодна, и вся эта изысканная еда у неё уже поперёк горла, поэтому-то она становится такой невыносимой сучкой. Пицца кого хочешь сделает отзывчивым и сердечным.
— Ждём! Я сама открою! — обращается она к прислуге. Я вжимаюсь в мягкую спинку стула и исподлобья переглядываюсь с Ричардом, который так же чувствует себя не в своей тарелке. Скорее всего он и правда отличный человек, как и говорил Даймонд, но как он может терпеть такую жёнушку? Ума не приложу.