Страница 22 из 128
Натаниэль, Натаниэль. Эх… Он не выходит у меня из головы.
Этот мужчина был первым и, скорее всего, последним человеком, с которым я хотела бы поделиться о своих жизненных проблемах. И я ведь в действительности решилась на это. Я намеревалась прийти к нему в номер для того, чтобы признаться в том, что обманула его. Я хотела скинуть с себя этот сердечный груз и рассказать, что я совсем не та, за кого себя выдаю. Я желала услышать его мнение на этот счёт, но вместо того, чтобы открыть свою душу, предложила ему своё тело. Не знаю, чем я тогда руководствовалась. Со мной подобное случилось впервые. Я не планировала с ним спать, но, видимо, я так устала от своей же девственности, что готова была отдаться первому встречному.
Как-то раз на женском форуме я вычитала, что секс может с лёгкостью избавить женщину от внутреннего напряжения, а так как этого самого напряжения внутри меня скопился целый вагон, и я никогда не опробовала эту теорию на практике, то мне буквально приспичило проверить это в действии.
Натаниэль был первым мужчиной за последние пару лет, к которому я испытала самое настоящее сексуальное влечение, но, видимо, теперь мне придётся безоговорочно верить этой статье, не подкрепив её доказательствами, ведь я до сих пор остаюсь девственницей, и вряд ли в ближайшем будущем снова найду такого человека, с которым захочу покончить с этим недоразумением.
Вы спросите, как так вышло, что, будучи 23-летней вполне симпатичной девушкой я до сих пор остаюсь невинной? На самом деле всё очень просто. Раньше я жила принципом: «моя девственность предназначена только моему будущему мужу», далее этот принцип сменился другим: «только для особенного», после чего мне уже было не до секса, так как мы с мамой узнали о прогрессирующей болезни Алекса, поэтому я сутками напролёт пахала официанткой, позабыв про еду и сон, лишь бы моя семья ни в чём не нуждалась. А после того, как пришла в «Армагеддон» я и вовсе не могла думать о сексе, поскольку каждую свободную секунду занималась самоедством, да и только.
Спустя лишь время я поняла, что поступила очень глупо, заявляясь к Натаниэлю в чём мать родила, но я безмерно благодарна ему за то, что он не принял всё это за чистую монету. Любой другой, наверное, воспользовался бы случаем, после чего выставил бы меня из своего номера. Но не он. Из-за душащего меня угрызения совести, по большей части, я сбежала от него, как только убедилась в том, что он крепко спал. Я выселилась из номера сразу же и отправилась в аэропорт. Я боялась с ним встретиться вновь. Мне было невыносимо стыдно перед ним, я не смогла бы посмотреть ему в глаза. Тем более зная, что мы должны были лететь одним и тем же рейсом до Лос-Анджелеса, и, вспомнив о том, что соврала ему, сморозив глупость, что работаю стюардессой, я просто обязана была что-то предпринять, чтобы моя ложь ни в коем случае не вскрылась. Это был мой единственный вариант. Мне пришлось сдавать свой билет и лететь с пересадками, но это пустяки в сравнении с тем, если бы он понял, что я лгунья. Радует хотя бы то, что теперь Ницца будет ассоциироваться у меня со словами Натаниэля, которые я намерена держать в своей памяти: «Это должен быть кто-то особенный. Тот, кто будет любить тебя».
Настал тот день, когда я вернулась к своему второму по значимости жизненному принципу.
Проснувшись ранним утром, первым делом я нахожу себе недорогую квартиру в Лос-Анжелесе на тот случай, если моё задание затянется, чтобы не скитаться по отелям, так как это в разы экономней. Я подготавливаю рюкзак, собираю в него кое-какие вещи и принадлежности первой необходимости. Спустившись в гараж, я, наконец, стягиваю пыльный тент со своего красавчика. Байк подарил мне Омега ещё год назад, когда узнал мои пристрастия к скорости и мотоциклам, он же и обучал меня управлять им. Малыша «Ниндзя» я полюбила с первого взгляда и так вышло, что теперь мы с ним практически неразлучны. Бывают, конечно, исключения, но я уж лучше предпочту гнать с ветерком под дождём, но на байке, чем скучно, но с комфортом на машине. Машина у меня так же имеется, правда простенькая, но, если встаёт выбор, я всегда предпочту «Ниндзя».
Я принаряжаюсь в свой чёрный обтягивающий кожаный костюм, надеваю защиту, беру с собой рюкзак и, заправив полный бак, шпарю под 100 миль в час по шоссе в сторону Города Ангелов. Вот она моя свобода. Свобода мысли. Свобода от проблем. Свобода от прошлого и настоящего. Правда одно неверное движение — и ты всмятку.
Ещё вечером перед сном я ознакомилась с информацией о своей жертве. Он является владельцем крупной фармацевтической компании, которая по нашей информации также промышляет контрабандой наркотиков. Помимо лекарств в их лабораториях изготавливают сильнодействующие токсичные препараты, которые в последствии реализуются по всей стране и не только. Мотивы жены мне ясны — это не для благого дела. Нет. Если бы она хотела тем самым призвать своего мужа к ответственности, то она просто сдала бы его в полицию, ведь, думается, найти доказательства об изготовлении наркотиков, являясь законной женой, не составит труда. Здесь дело было в другом. Она хочет заполучить эту компанию себе, и заодно все его сбережения, так как, я успела понять, что их брак трещит по швам, и в случае развода она останется на улице с голой тощей задницей. Если бы я не была привязана к контракту, то с большим удовольствием засадила бы их обоих за решётку. Но поскольку я не могу пойти против правил, меня устроит и тот факт, что я расправлюсь с человеком, который травит миллионы людей своей наркотой.