Страница 10 из 73
На этом удивительные находки не закончились. Два обнаруженных сигнальных 26-мм Вальтера, на самом деле оказались «Штурмпистоль», то есть штурмовыми пистолетами или в моем понимании гранатометными комплексами, или совсем по-простому ручными гранатометами. Они стреляли «Спрингпатроном», этакой оперенной пистолетной 26 мм осколочной гранатой, являющейся готовым выстрелом, по типу ВОГ. Кроме того имелись нарезные вкладыши, для стрельбы надкалиберными боеприпасами. В первую очередь обыкновенной осколочной наступательной гранатой, в народе прозванной «Яйцо», вместо штатного взрывателя, вкручивался специальный стержень с вышибным зарядом и подрывным капсюлем детонатором. А еще они могли стрелять надкалиберной 61-мм противотанковой кумулятивной пистолетной гранатой. И если готовый 26-мм выстрел заряжался как обычный сигнальный патрон, то эти просто вставлялись в ствол, как в моем времени снаряжался подствольный гранатомет.
Для большей устойчивости во время стрельбы и повышения меткости к рукоятке можно было крепить специальный плечевой упор, а на ствол надевать насадку с прицелом, рассчитанным до 200 метров. Я, если честно, просто был шокирован, вот как нести свет знаний предкам, если они уже вовсю используют то, что Советская армия примет на вооружение только в середине 70-х годов. Я кинулся смотреть ящики с боеприпасами, и был вознагражден краткой инструкцией, с немецкой пунктуальностью, закрепленной на внутренней крышке. Так смотрим: кумулятивных 20 штук, масса — 600 грамм, дальность стрельбы 50–75 метров, бронепробиваемость до 80 мм. Для начала войны отличные показатели, не многие танки сейчас такой броней могут похвастаться. Даже «тридцатьчетверке» стоит опасаться. На другом металлическом ящике значилось «16 Wurfkorper 361 LP», то есть 16 гранат с уже прикрученными стержнями, плюс имеется 16 обычных запалов. В характеристиках: дальность выстрела до 100 метров, зона поражения 20 метров. Осколочные 26-мм гранаты комплектовались по 24 штуки, и дистанция стрельбы уже до 400 метров, с разлетом осколков до 30 метров, кстати, у ВОГа всего десять, зато сплошного поражения. На мой взгляд, оружие простое в изготовлении, дешевое и эффективное. А для десантных операций, в отрыве от поддержки артиллерией, просто идеальное.
Пока я делал наброски, пытаясь вспомнить устройство и характеристики РПГ и ГП-25, точнее их боеприпасов, мучительно думал, как это передать руководству, оказывается, всему этому есть простая и надежная замена. С такими гранатометными комплексами бойцы, получат малую артиллерию, и возможно излечатся от бича начального периода войны «танка боязни». Мои радужные мечты прервались фразой, выражающей общее мнение бойцов, о данном оружии.
— Хрень какая-то. Товарищ капитан, давайте выкинем эти ящики, удобнее ехать будет.
— Это товарищи красноармейцы не хрень, а очень полезная в бою штука.
И увидев скептические улыбки на лицах, пообещал доказать это при первой возможности. Если наиболее подготовленные бойцы с таким пренебрежением относятся к этому виду вооружения то, что говорить про молодежь нового призыва. Отношение пограничников несколько отрезвило меня, наверняка данный вид вооружения известен командованию, но по какой-то причине не нашел своего места в войсках, как нарезной гранатомет Дьякова и автоматический Таубина. Значит нужно продавить этот вопрос, пусть сначала для снаряжения десантников и партизанских отрядов, а там глядишь, и в войска пойдет. Для усиления пехоты в городском бою, мало, что будет настолько же полезным, а у нас впереди Сталинград.
Закончив инвентаризацию военных трофеев, перешли к личным вещам, закрепленным в походном положении с наружной стороны Скаута. К сожалению продуктов, оказалось не много, с учетом наших запасов, максимум на три дня. Зато бойцы разжились «мыльно-рыльными» принадлежностями и всякой необходимой для солдатской жизни мелочевкой, чем были явно довольны. По карте определился с дальнейшим маршрутом движения. Раз уж нас опять привело в эти края, необходимо установить связь с отрядом, сообщить командованию, что со мной все в порядке и дальше действовать согласно полученным указаниям. Скажут ждать самолета — будем ждать, скажут прорываться через линию фронта — значит прорвемся. Главное, что бы еще какую-нибудь задачу не подкинули, ну там штаб Гудериана захватить или еще что-то эпохальное. Шучу, конечно, так как чувствую, что опять вместо благодарности и наград получу по первое число, за то, что вовремя не вернулся. А ведь меня за линией фронта ждут великие дела. И вот что интересно, еще с 1938 года по личному указанию Сталина, в подмосковных лесах, оборудовано шесть баз по подготовке специалистов внешней и военной разведки, добавьте к этому ОСНАЗ и прочие спецподразделения НКВД, а партизан к заброске я готовлю.
Тела фашистов и довольно много показавшихся нам ненужными вещей, например те же противогазы, мы аккуратно прикопали. Одна лопата была закреплена на корпусе машины, еще пара малых саперных нашлась внутри. Покончив с делами, направились к месту, где у партизан должен находиться тайник для сообщений. Место устройства лагеря мне предположительно известно, но попробуй, найди их в немаленьком лесу. Так, что придется действовать пусть более долгим, но зато надежным способом.
Не успели толком отъехать, как впереди на дороге показалась маленькая колона. Мы как раз остановились на развилке, выбирая как именно объезжать находящийся километрах в пяти аэродром, не все проселочные дороги показаны на карте, а заехать в тупик или опять кружить не очень-то хочется. Сильно пыля к нам, приближались легковушка, автобус и тентованый грузовик. В бинокль я опознал автобус как один из тех, что привозил пилотов на летное поле. Значит, господа летчики решили отдохнуть. Шанс проредить курятник Геринга грех упускать, когда еще такой случай выпадет. Пускай мы выведем на наш след немецких ищеек, но надеюсь, в лес они за нами не сунутся. Подаю команду:
— К бою.
И быстро объясняю расстановку по предстоящему столкновению. Машину загоняем в кусты, с привязанными по всему корпусу ветками, она в них органично вписывается. За крупнокалиберный Браунинг становится Пятый, в помощь ему наш раненый, они будет последним резервом. А то крупняк все просто в фарш перемелет, а хотелось бы документики поискать, трофеи опять же. Кстати нужно будет с ребятами ближе знакомиться, чувствую, мне с ними еще долго воевать придется. Первый и Второй убегают на невысокий пригорок, они штатный расчет «Дегтярева» им фланговый огонь и вести. Ну а я с Четвертым за артиллерию поработаю. Обещал гранатомет в действии показать, значит, слово нужно держать. Я стреляю, а Четвертый перезаряжает и с автоматом страхует. Все-таки у меня опыт работы с подствольником имеется, а данный вариант не сложнее, пусть даже и с таким прицелом. Позиции мы заняли за минуту до того как мимо проехала головная машина. Дождавшись, когда замыкающий колону грузовик отъехал на двадцать метров, я спокойно вышел на дорогу и послал в кузов первую 26-мм гранату. Взял второй гранатомет и отправил туда же следующую только другого типа — надкалиберную, оснащенную специальной трубкой, позволяющей заряжать через ствол (дульнозарядную). Беру у Четвертого уже заряженный следующей 26-мм гранатой Вальтер, делаю два шага в сторону, небольшая поправка и следующая граната влетает в заднее стекло автобуса. Разрывы не слышно за стрельбой, работают пулемет и пара автоматов, причем один рядом со мной, даже гильзы долетают. А вот с четвертой гранатой, опять надкалиберной, вышло не понятно, или я промазал, или она от бокового стекла отрикошетила, но взорвалась почему-то немного в стороне. На этом бой можно было считать оконченным. Нет, погибли далеко не все, кричали раненые, кто-то даже пытался встать, но об организованном сопротивлении можно забыть. Да и какое сопротивление они могли оказать, застигнутые врасплох, имея только штатное личное оружие, против пулемета и автоматов. Добивать раненых не будем, пусть Германия тратит ресурсы на лечение своих героев, ну а если кто схватится за оружие, то уж простите… Гранаты показали себя просто замечательно, хотя следует отметить, что основную роль все-таки сыграл пулемет. В кузове слабо шевелилось только несколько человек, в автобусе уцелевших на первый взгляд было больше. Однако провести заслуженную «мародерку», на которую я отводил всего десять минут, не получилось. С неба свалился «Мессершмит» перепахав трассами поле, где до этого находился пулеметный расчет. Хорошо, что парни подтянулись к машинам и сейчас осматривали легковой автомобиль. Я выматерился и дал команду срочно уходить. Воздушное прикрытие аэродрома я в расчет не брал, забыв, что не все перехватчики там базировались, были же и другие площадки. Значит, сейчас он по радио поднял тревогу, и сюда со всех сторон спешит помощь. Да и самого пилота рано списывать. Миссершмит машина грозная, помню как он и за одиночными наземными целями гонялся. Как накаркал, самолет повторно заходил на нас со стороны усадьбы. Неизвестно чем бы закончилось, но навстречу ему потянулся дымный след трассеров Браунинга. От неожиданности немец отвернул, но я успел заметить, как от конца крыла полетели куски обшивки. Серьезно такие попадания навредить самолету не могли, но отбили пилоту желание испытывать судьбу.