Страница 91 из 147
Из темноты на него смотрела пара янтарных глаз.
Гарри понял, что не ошибся.
Это и правда, в каком-то смысле было волшебное существо.
Только вот совсем не пикси.
Огромный волк оскалился и низко зарычал, предостерегающе опустив голову. Густая рыжевато-коричневая шерсть на загривке встала дыбом, а тело было напряжено, словно зверь изготовился к прыжку, и вот-вот бросится на легкую добычу.
— О-ого... — вырвалось у слизеринца, пока он с немым восхищением и ужасом одновременно рассматривал зверя.
Он впервые в жизни видел живого оборотня только, похоже, этот собирался с минуты на минуту его сожрать — не самый удачный опыт знакомства с волшебными тварями. Гарри не знал, что ему теперь предпринять. С одной стороны зверь отчего-то медлил, никак не решаясь напасть, а с другой, его сейчас может спровоцировать малейшее движение, вряд ли волк так просто позволит ему уйти...или позволит? Очень осторожно мальчик перенес вес тела так, чтобы у него была возможность быстро вскочить на ноги, и одновременно успокаивающе улыбнулся раздраженному зверю:
— Извини, — мягко сказал он. Бархатистые уши шевельнулись, когда подросток заговорил, словно оборотень внимательно прислушивался к его словам. — Я не хотел так врываться, я уже ухожу...
Волк следил за каждым его движением, пока мальчик медленно поднялся с колен и отступил назад. Когда зверь не последовал за ним, Поттер сделал ещё несколько осторожных шагов, потом ещё, и так до тех пор, пока не уперся спиной в дверь.
“Вот теперь можно паниковать”, — решил мальчик и, круто развернувшись на каблуках, рывком распахнул дверь, выскочив в пустующую аудиторию, после чего захлопнул дверь кабинета и привалился к ней спиной. Только когда между ним и волком оказалась толстая деревянная дверь и каменная стена, Гарри позволил себе шумно выдохнуть.
— С ума сойти, — пробормотал он, зажмурившись, — профессор Люпин — оборотень? — слизеринец неодобрительно цокнул языком: — хоть табличку бы на дверь вешал что ли.
Ему тут же представилась эта картина — аккуратная белая табличка и на ней, красивым почерком Ремуса выведено: “Просьба не беспокоить, профессор ЗОТИ в данный момент временно озверел”.
Поттер тихо засмеялся и глянул в окно, за которым мерцал серебристый диск полной луны.
“Ну, это по крайней мере многое объясняет, — решил он, и, накинув на себя мантию-невидимку, отправился в Слизеринское общежитие. — Том меня придушит, когда узнает”.
*
Историю магии, которая на следующее утро выпадала первым уроком, Гарри благополучно проспал, велев Забини катиться к дьяволу, когда тот попытался его разбудить. В итоге утро мальчик провел, валяясь в кровати в общей спальне и наслаждаясь одиночеством. В голове у него небольшим небоскребом громоздились вопросы, но Поттер даже не представлял, как к ним подступиться. Он, конечно, мог пойти к Снейпу, но все же лучше сначала попытаться поговорить с Ремусом... Если тот, конечно, вообще захочет с ним разговаривать после вчерашнего. Гарри скорбно вздохнул. И что только теперь о нём думает профессор? Самым странным было то, что Поттера не особенно беспокоила истинная сущность учителя ЗОТИ, куда больше его интересовало, знает ли ещё кто-то в школе, что Люпин оборотень? Знает ли директор? Вероятно, знает, ведь он одобряет эти ежемесячные “отгулы” Ремуса. Но что его сподвигло взять на работу вервольфа? Мало кто согласился бы принять к себе такого сотрудника, будь он хоть трижды одарён и талантлив. К зараженным ликантропией в волшебном мире относились так же презрительно, как и к остальным волшебным существам. Мальчик мрачно засопел. Неудивительно, что в прошлой войне многие из них поддержали Волдеморта, если он пообещал им лучшую жизнь. Разве виноват, например, Люпин в том, что он не способен контролировать? Или способен? Все-таки странно, что он не напал вчера. Насколько было известно Поттеру, оборотни опасны и кровожадны, их цель — разорвать жертву любой ценой. Так что же удержало Люпина от нападения? Так ли опасны на самом деле оборотни, как о них пишут? Или это очередная ложь? В любом случае, Дамблдор, должно быть, принял какие-то меры предосторожности, раз за последние три года в школе никого ещё не съели и не покусали. Не мог же директор просто предоставить дикого зверя самому себе и каждое полнолуние надеяться, что всё закончится мирно. И почему старик вообще пошел на такой риск? Гарри задумчиво почесал нос. Неужели даже у директора все-таки присутствовало такое качество, как сострадание? Ведь для зараженного ликантропией волшебника найти работу в магическом мире было практически не возможно, и то, что профессор, невзирая на предрассудки волшебников, принял Ремуса на работу, значит, что директор все же не так плох, как кажется? Ведь правда?
Размышления подростка прервал звук открывшейся двери, Поттер чуть отвел в сторону полог кровати, за которым прятался и расслабленно выдохнул.
— А тебя рано выпустили, — с улыбкой заметил он, выбираясь из своего укрытия.
Том обернулся к нему, удивленно подняв брови:
— Прогуливаешь?
— Ага, — слизеринец широко ухмыльнулся, — я вчера поздно лег спать.
— О? — Арчер уселся на свою кровать. — И чем же ты был занят?
— Том! Ты не поверишь! — Поттер подскочил к лучшему другу. — Я рассматривал альбом с фотографиями родителей и нашел там вот кого! — он порывисто сунул снимок Блэка под нос Арчеру, тот нахмурившись чуть отстранился, и мгновение непонимающе смотрел на изображение, пока, наконец, в его глазах не появилось узнавание.
— Блэк? Он был другом твоего отца?
— Я не знаю точно, — торопливо принялся рассказывать Гарри, запихнув фото в карман.— Я когда это увидел, чуть не рехнулся от любопытства.
— Могу понять.
— И решил спросить у Люпина, он же хорошо знал моих родителей, — мальчик замолчал, заметив, как посерело лицо лучшего друга, — эм... Том? Ты чего?
— Ты ходил прошлым вечером к Люпину? — очень тихо спросил тот.
— Прошлой ночью точнее, — поправил его Гарри, с легкой обидой глянув на друга: — ты мог бы рассказать мне, между прочим, что уже всё знал.
— Я не думал, что тебе когда-нибудь приспичит тащиться к нему посреди ночи в полнолуние, — сдавленно сообщил Арчер, и раздраженно добавил: — да ты мог бы и сам догадаться, если бы хоть через раз включал мозги.
— Кстати, я его там встретил, если тебе интересно, — самодовольно сообщил Поттер, игнорируя едкий комментарий друга.
— Он не покидает школу? — поразился Арчер. — Я думал, они его изолируют на время превращений.
— Ну, похоже, что нет.
— Недоумки. Ты... он не... не напал на тебя? — Арчер окинул друга цепким взглядом, словно искал признаки укусов или оторванных конечностей.
— Что произошло?
— Ну он порычал на меня и я ушел, — Гарри легкомысленно пожал плечами, — все закончилось хорошо.
— ГАРРИ!
— Ну чего?
— Ты хоть осознаешь, КАК тебе повезло вчера?! — Том провел рукой по лицу и со стоном рухнул на свою постель, — Мерлин, ты такой кретин...
— Ну откуда мне было знать, что он оборотень?! — Гарри плюхнулся рядом с ним на кровать.
— А то, что он куда-то постоянно пропадает на пару дней во время полнолуний, тебя не навело на некоторые соображения, нет? — Арчер скосил на него глаза. — Господи, тебе что надо все по слогам объяснять?
Поттер обижено засопел.
— Раз ты такой умный и все давно понял, то чего мне-то не рассказал?
— Не знаю, — помедлив, протянул Том, глядя в потолок, — не до того было.
— Ну-ну, — Гарри бросил насмешливый взгляд на друга, в его зеленых глазах зажглись лукавые искры: — кстати, я знаю, зачем ты вчера взорвал котел, — пропел он.
— Вот как? — удивленным Арчер не казался. — И зачем же?
— Из-за Гермионы! — победно хмыкнул он, — я знаю, что вы с ней поспорили.
— О Гарри, — мученически застонал Том, — и ты туда же!
— А что? Я не прав? — Поттер склонил голову к плечу.
— Представь себе, — лучший друг приподнялся на локтях и с издёвкой посмотрел на Гарри, — ты такой легковерный.