Аина

Я на скале, в объятьях шторма 

И я погибну, сделав этот шаг. 

гр. Эпидемия “Романс о слезе” 

Ленниэль 

Пребывание взаперти в столь ужасном месте мучительным шрамом впиталось в сознание эльфа. Он слышал стоны и крики Аины, становящиеся с каждым разом становились всё слабее. И это усиливало чувство безысходности ещё и потому, что он находился рядом, но не в силах был помочь. 

Боль из-за потери Веры прожигала душу. Мысли о мести за неё и о спасении Аины, смешались в невыносимую карусель. 

Злость бушевала, захлестывая сознание. Он поднимался и бил по решеткам, кричал. Тогда к нему заглядывала охрана, но только в специальное окошко. Заходить они опасались. 

- Не шуми там, а то вообще не вытащим тебя оттуда, - гневно огрызался стражник. - Или ты ещё не заметил, что эта камера особенная? Так что веди себя тихо и жди моей милости. 

Он показал свой оскал с парой золотых зубов и закрыл дверцу. 

Ленни поёжился. И в самом деле, он ощутил, что камера своими стенами впитывает его магический резерв. Почти незаметно. Из-за эмоциональной нестабильности, он не придавал этому значения. Но теперь... 

- Плохо дело, - констатировал эльф. 

Но тут же, вновь прислушавшись к собственным ощущениям, он почувствовал присутствие сородичей. Слабый, едва уловимый, звон колокольчика вдалеке. 

Тогда, он пустил ответный зов о помощи. Благо, что это умение эльфов никак не относилось к магическим способностям. Это было естественным умением, сродни слуху или зрению у людей. 

Теперь оставалось только ждать. Он сполз по стене и, поморщившись, рухнул на пол.  

Ленни винил себя. 

- Я подлец! - прокричал он, срывая голос. - Я давал обещание защищать вас обеих, но не смог исполнить его.  

Вновь поднявшись, он бил по железной двери с решетчатым окном, кричал так, что крысы замирали в ужасе. Но силы неумолимо покидали его.  

Вскоре он опять упал с глухим стуком. 

“Нельзя быть активным в этой камере, - напомнил себе. - Тем более, применять магию”. 

Кажется, что-то подобное уже происходило много лет назад. 

Когда Вера пропала, Ленниэль решил во что бы то ни стало отыскать её. 

Он прекрасно знал, что она вернулась во дворец Людвига, но после этого, перестала отвечать на письма. 

Ленниэль решил начать свои поиски именно оттуда. 

-  Безумие, - сказал Ноэль, когда старший брат рассказал ему план. 

- Ты не понимаешь, мне не нужна жизнь без неё, - Ленни часто моргал, удерживая в покрасневших глазах соленую пелену. -  Вера планировала разорвать с ним контракт и уйти. 

- Это ты не понимаешь, - Ноэля пугало состояние брата. - Ты не можешь просто так заявиться к нему и сказать: “Отдайте Веру”. Да все наслышаны о его отвратительном характере и любовных похождениях. К тому же, все его любовницы загадочным образом пропадали. 

- Она не была любовницей! - возразил Ленни стиснув зубы. 

- С её же слов, он проявлял интерес. Ты успел повесить маячок или создать связь? 

- Не успел я ничего. Не думал, что он начнет действовать так скоро, - Ленниэль опустил голову, понимая, что совершил фатальную ошибку. Пара прядей, насыщенного фиолетового цвета, выбившись из традиционного плетения, упали на лицо. Град слёз прокатился по его щекам, задевая волосы, которые теперь слипшимися сосульками прилипли к коже.  

- Все твои проблемы, от того, что ты “не думал”, - злился младший, смотря на несчастный вид брата, до этого момента сильного и разумного, а теперь просто жалкого. 

Они топтались возле ворот поместья отца, не в силах прийти к тому и все рассказать. 

- Есть у меня идея, - после недолгого молчания сказал Ноэль. - Я достану у отца перстень, способный менять облик. С ним ты сможешь пробраться в замок Людвига. Личину выдумывай сам, в прочем, как и легенду своего появления. 

- Спасибо, Ноэль, - Ленни резко схватил его за руку. - Я никогда не забуду твоей доброты... Я... 

- Ты знаешь цену моей доброты, - процедил он, сбрасывая прицепившегося брата. - Откажись от трона. 

Ленниэль, хватался за призрачную надежду спасти Веру. Готовый отдать взамен что угодно, он согласился на подлое условие младшего отречься от престола. Он коротко кивнул, выражая согласие. Порыв ветра подхватил подол массивного многослойного одеяния, Ленни отстраненно подумал, что теперь ему не придется кутаться в кучу безумно дорогих тряпок.