Страница 38 из 53
Ходячий труп был вовсе не на улице, а в грязном и словно изжеванном костюме застыл посреди кухни. На голове — воронье гнездо, мертвые глаза затянуты бельмами, синеватые пальцы с черными полумесяцами на ногтях подрагивают.
Я оцепенела. Судорожно пыталась вспомнить памятку из кабинета некромагии, но от страха в голове помутилось и всплывали только наставления преподавателя, что с оживленным мертвецом следует себя вести как с медведем-шатуном. Дурацкий совет, право слово! На улице проще встретить какого-нибудь… Соверена Гарда, чем медведя. Топтыгин и вовсе жил в зоопарке на острове Эльба. Случайно с ним столкнуться — нереально. Но я же на Анадари! Как мне все еще хватало наивности удивляться?! В один день встретилась и с Гардом, и с зомби. Один другого краше. Остался медведь.
На кухонном прилавке, всего в шаге от меня, стояла чугунная сковорода, которую старая Грэм считала лучшей защитой от зомби. Не доверять Грэм было глупо, она многое повидала!
Я осторожно потянулась к грозному оружию, но Энбри Полт был не диким животным, реагирующим на угрозу, а мертвецом, готовым сожрать все, что умело шевелиться. Даже плавное движение заставило его сорваться с места. От страха в голове появилась совершенно идиотская мысль: за мухами они тоже гоняются?!
Плохо осознавая, что уже зажимаю двумя руками длинную ручку чугунной сковороды, я размахнулась. Господи, кому расскажешь — засмеют! Мощный удар свернул зомби шею и отбросил на несколько шагов. Проворно выскочив из кухни, я захлопнула дверь и привалилась к ней спиной. В панике покрутила головой, пытаясь прикинуть, чем закрыть проход. Напольные часы, составлявшие весь интерьер пустой гостиной, не подвинешь — проще сразу позволить себя слопать. Но швабра стояла тут же, в уголке, обвернутая подсохшей ветошью.
Вдруг от мощного толчка меня едва не выкинуло вперед. Накатила новая волна паники: что делать-то?! Резко раскрыла дверь. С хрустом шибанула вытаращенного зомби сковородкой по голове. Захлопнула дверь. И все за пару секунд. Лесные нимфы-воительницы лопнули бы от гордости за дерзновенность! Кажется, я даже не дышала в момент отважного рывка.
Швабра была сунута за ручку кухонной двери. Мертвец оказался замурован! Прижав к груди прокопченную, промасленную посудину, я перевела дыхание. Вот уж воистину нимфы не умеют страдать от всего сразу. Нападение зомби напрочь отбило желание издохнуть от холода. Я очень сильно хотела жить! Не важно где, в выстуженном доме с текущей крышей или даже на северных ледниках.
Дверь снова содрогнулась от мощного удара! Голодный Энбри не сдавался, а стремился выбраться наружу и сытно отужинать. Пока баррикада не пала и меня не превратили в еду, я бросилась наутек. В смысле, на улицу. Правда, что делать за пределами дома тоже плохо представляла. Вряд ли соседи кинутся спасать сиротку, орущую во всю глотку, что Энбри Полт обнаружен, и он вышел на охоту за нимфами. Придется нестись в стражий участок. В соседнем квартале. Надеюсь, что по дороге меня не сожрут.
Сковородку была вынуждена оставить. Замок заедал, связка ключей истерично звенела. Я рванула дверь, перескочила через порог и со всего маха врезалась в Соверена, только-только поднявшегося на террасу. От неожиданности он пошатнулся.
Знаете, какое это чувство во время зомби-апокалипсиса обнаружить у себя на пороге сильного темного мага? Волшебное! Трясущими руками я сжала — ладно — вцепилась в широкие плечи ошарашенного мужика и восторженно воскликнула:
— Боже мой! Как же я рада тебя видеть!
— Меня? — искренне удивился он.
— Убей Энбри Полта!
— Прости? — опешил маг, внимательно вглядываясь в мое лицо. Видимо, пытался отыскать признаки буйного помешательства или тяжелого опьянения, а может, всего сразу.
— Ты только не пойми неправильно. — Я экспрессивно замельтешила руками. — Он уже умер. Пару дней назад. Но захотел меня сожрать. Я его сейчас шваброй на кухне закрыла…
— Он умер в твоей кухне?
Понятно, что после нападения ожившего трупа я была немножко взбудоражена. Сложновато сохранять невозмутимость и сыпать ироничными остротами, чудом избежав участи анадарийского рагу из нимфы. Но что непонятного? Зачем переспрашивать, когда надо действовать: крушить и сжигать! Разумеется, не дедов коттедж, а зомби.
— Да почему в моей-то? В своей! Или вообще не в кухне! Потом его кто-то оживил и вот…
Я закрыла рот и выразительно моргнула, больше не в силах выдать ни одной мысли. Неважно, связной или бессвязной. Судя по озадаченной физиономии свалившегося мне на голову… в смысле, посланного свыше помощника, логики он не проследил.
— Что? — кивнул Соверен, побуждая меня продолжать, когда словесный фонтан, так сказать, фонтанировать перестал.
— В смысле «что»?
— Ты сказала «и вот», — с досадой рявкнул Гард.
— И вот… не слышишь? Он ломает кухонную дверь, — дернула я головой, намекая на темные холодные внутренности коттеджа.
Вокруг царила необычайная тишина. У меня возникла страшная догадка, что Энбри Полт при жизни был ужасным хитрецом и после кончины превратился в очень коварного зомби. Поди, сорвал приснопамятный шпингалет, выбрался в сад и сейчас обходил дом, чтобы напасть на нас с тыла. Только я собралась поделиться размышлениями с магом, как у того случилось долгожданное просветление.
— Постой, Лаэрли. — Он поменялся в лице. — Ты пытаешься сказать, что в доме поднятый, и он на тебя напал?
— Энбри Полт! — объявила я, как будто имя имело принципиальное значение.
— Где ты его нашла? — не скрывал Соверен удивления.
— Это он меня нашел, — возмутилась я. — И захотел сгрызть!
— Но ты сумела сбежать?
— Я его огрела сковородкой.
— Мертвеца?!
— Два раза.
— То есть ты ударила поднятого сковородкой, — повторил он. — Два раза. И все равно побежала? Ты рехнулась?!
— Боже, почему ты на меня орешь? — охнула я.
— Ты должна была лечь на пол и не шевелиться!
— А так можно было?! — изумилась я и тут же вспомнила каждый паршивый пункт памятки, висевшей в кабинете некромагии. — Точно… Нас же этому учили.
Соверен сжал мои плечи и медленно, словно глупому ребенку сказал:
— Подожди меня здесь и не заходи в дом. Ни в коем случае! А лучше сядь в экипаж. Кивни, если поняла.
Я послушно кивнула. Он мягко отодвинул меня с дороги и перешагнул через порог дедовского коттеджа.
— Ты будешь один? — жалобно пропищала я ему в спину. — А где твоя охрана?
— Кто по Анадари ходит с охраной?
Хороший вопрос. Никто, конечно! Но учитывая, какой бурной может оказаться сельская жизнь, я бы не отказалась от присутствия, к примеру, Марта Тегу.
Дверь сама собой захлопнулась, отрезая меня от мага. Дрожа как осиновый лист, я обняла себя руками и оглянулась через плечо. На дороге стояла темная карета с горящим на крыше фонарем… Мгновением позже настороженную тишину в клочья разорвал грохот. Коттедж вздрогнул, зазвенели стекла, на крышу террасы посыпалась отвалившаяся черепица. Стук заставлял вжимать голову в плечи. И стало тихо.
Прошла минута, вторая. Не выдержав, я осторожно заглянула в сумрачный холл и позвала:
— Соверен?
Он не отвечал. В пугающем безмолвии раздался странный чавкающий звук.
Его что… ели?!
Недолго думая, я ворвалась в дом, подхватила с подоконника оставленную сковородку и выскочила в гостиную. Большая комната, утопающая в полумраке и безмолвии, была пуста и на первый взгляд казалась в полном порядке, но оконные стекла покрылись крупными трещинами, а циферблат у напольных часов затянулся паутинкой. В воздухе стоял сладковатый запах сожженной плоти. Его ни с чем не перепутаешь!
— Соверен! — стараясь не дышать полной грудью, я сжала покрепче сковородку и вошла в кухню.
Вокруг творился настоящий хаос. Мебель из железного дерева, сколоченная на годы, конечно, выстояла после мощного колдовства, однако стеклянные витрины щерились острыми клыками-осколками, а кухонная утварь, перевернутая и раскиданная, валялась где придется. Соверен сидел над Энбри Полтом. Вернее, над тем, что осталось: кучкой пепла, завернутой в изжеванное одеяние. Казалось, маг не замечал невыносимого зловония, от которого у меня к горлу подступил тошнотворный комок.