Страница 55 из 377
Почему?
Стас – ее охранник, а не раб и не собственность. Между ними – мирное соглашение, договор о дружбе, который успешно действовал целый год. Конфликт исчерпан, каждый может идти своим путем. Так почему не удается стереть из памяти образ Кати, звук ее смеха?
– Стас, тебе все равно, что о тебе думают люди. Но ты же знаешь, что мне чужое мнение важно, – наконец заговорила она, возвращая пирожное в коробку.
– Да.
– Ты ведь не стал бы… общаться с Лукьянцевой в рабочее время?
– Нет, конечно.
– Хорошо, – выдохнула она облегченно.
– Стоп. – Арес вдруг осознал, о чем именно она спросила, и тоже отложил пирожное, едва не поперхнувшись вишней. – Это твое мнение обо мне? Думаешь, я жду, пока хозяйка отойдет на полчаса и бегу трахать все, что движется?
– Нет, я так не думаю. До сих пор точно не думала.
Голова жутко болела, и Саня хотела было подняться, чтобы уйти к себе, но Стас ее опередил. Он резко встал с дивана: глаза опасно блестели, скулы обозначились – так сильно челюсти сжал.
– Ты умеешь очень больно ранить, Саша. И я бы смирился, если бы ты каждый раз не давила на новые болевые точки.
– Стас…
– Лукьянцева пробовала раздеться, да, это было. В этом тоже я виноват??
– Нет, ты...
– Я ее послал! Знаешь почему? Потому что мы с тобой уже давно уяснили, что я не шлюха, тем более для твоих подруг.
Он глубоко вдохнул, а потом вдруг вмазал по боковине салатовой коробки, и пирожные улетели, как мячики в гольфе, вдаль, к лучшей участи.
– У меня встреча с Большим Боссом, сиди дома и звони мне каждые пять минут, что жива, – сдерживая ярость, сказал он и ушел.
Саня от слабости не могла заговорить. Он не трогал Катю. Не трогал…
Она конечно же не считала Стаса… шлюхой. Слово-то какое. Но было страшно даже допустить, что у охранника есть другая, личная, жизнь, в которой Сане Прохоровой нет места.
Она посмотрела на раздавленные вишни, которые виднелись из-под коробки, закрыла лицо дрожащими ладонями и зарыдала, давая выход отчаянию.
«Это все не важно! Не важно! Не важно!» – успокаивала она себя, но слезы продолжали стекать по щекам. Молчание и все то невысказанное, что накопилось между нею и Аресом, медленно травило душу.
Так не должно быть – но в сердце засела заноза, как вопрос без ответа: почему красивая картинка жизни необратимо начинала бледнеть от одной лишь мысли, что в этой картинке, где-то там, на заднем фоне, не будет Стаса Архипова?
Через неделю, в первые дни июля, Саня поехала с Володей в подмосковное поместье к будущим свекрам, чтобы в спокойной обстановке обсудить предстоящую помолвку. Стас с ней вообще перестал разговаривать, а на вопросы отвечал только «да» или «нет». Володя, в свою очередь, был всем недоволен, потому что ненавидел природу. Без городского воздуха он не мог дышать и жаловался то на комаров в саду, то на птиц, которые будили его на рассвете.
Шел последний, третий, день кошмарной поездки, хотелось поговорить хоть с кем-то, кто пребывал в хорошем настроении – но будущие свекры занимались хозяйством и отправили Саню дышать свежим воздухом. Гулять пришлось в одиночестве, потому что Володя спрятался в прохладном кабинете с включенным кондиционером и засел за ноут.
Арес проводил время проще: лежал на земле рядом с огражденной ареной, на которой выгуливали породистого скакуна, и жевал травину. Охранник был легко одет: майка-шорты, без бронежилета, в темных очках, которыми отгородился от любого общения. Она и сама уже не знала, о чем с ним говорить. Брешь между ними становилась все больше, и так обидно было, будто вандалы разрезают пополам гениальное полотно.
Сама Саня бродила по «ранчо» в зеленом сарафане, сливаясь с окружающей средой. Солнце стояло в зените, но в тени деревьев было все равно приятно и прохладно. Рядом шумел лес, привнося свежесть в воздух.
– Ты не против, если я рядом с тобой присяду? – спросила она.
Стас ничего не ответил, но плечами все-таки пожал, мол, делай, что хочешь. Она приободрилась и опустилась на землю, обхватив колени руками.
– Мне нечем заняться.
– Ты в гостях у будущего мужа. Если тебе с ним скучно еще до свадьбы, то сочувствую, но ничем помочь не могу.
Саня расстроилась, но не подала виду.
– Скоро осень… Ты уже решил, чем именно займешься, когда закончится контракт?
– Разные варианты есть.
– Это здорово.
– Саша, иди в дом, не сиди под солнцем, сгоришь.
– Мы в тени.
– Значит, простудишься.