Полюбить Ареса

Теплый вечер, первые звезды на небе... Красота.

Бассейн находился во внутреннем дворе, и по периметру горели низкие фонари. На столике мерцали бокалы с розовым вином, ловя блики больших квадратных ароматических свечей; любимый Настин аромат – зеленого яблока.

У подруги была мощная музыкальная система, которую она любила слушать на полной громкости. Не потому, что устраивала шумную вечеринку, а чтобы просто отвлечься и перебить неуправляемый поток мыслей, как она объясняла. Сейчас она включила громоподобную музыку специально: Большой Босс с Цербером сидели в доме, в рабочем кабинете, обсуждая дела. Действительно, чем еще заняться двум холостякам в субботу вечером?

Цербер уже выходил один раз, приказав приглушить звук; Настя, мило улыбнувшись, согласилась, а сейчас снова сделала громче.

Арес отдыхал в кресле неподалеку, в укромном углу за небольшой лужайкой; дремал, как обычно, прикрывшись темными очками. Саня улыбнулась: ему спать не мешали ни громкий звук, ни кошмары. Он мог бы уснуть стоя, если бы только дали возможность.

Заиграла песня, которую Настя – и это даже не обсуждается – выбрала со скрытым умыслом: «Чем выше любовь, тем ниже поцелуи».

– Допрыгаешься, подруга. Цербер придет и оторвет тебе голову за такие игры.

– А что такого? – Настя невинно похлопала глазами. Еще зимой она укоротила волосы и казалась самой настоящей милой девочкой.

Терехова отставила свой бокал с вином на столик и поднялась. На запястье у нее болтался тяжелый серебристый браслет – часы, которые ей подарила Саня в прошлом году. Настя она такая – за дорогими сердцу вещами следит, аки сокол, сдувает с них пылинки, а все, что по боку, покрывается тленом забвения, даже если это золотые горы. У нее тоже была своя собственная шкала ценностей.

Подруга потянулась и начала грациозно двигаться в танце, придерживая длинную свободную юбку, у которой разрез был от бедра. Простая майка на тонких бретелях намекала на отсутствие бюстгальтера.

Настя поманила Саню к себе:

– Не ломайся, детка. Мы всего лишь устроим кое-кому ма-аленькое такое представление. Цербер – трудоголик, пускай отвлечется от мирской суеты хоть на минуту. И отстанет наконец, чтобы я могла громко послушать музыку. Суббота, вечер, имею право.

Саня рассмеялась и не стала возражать, потому что и не помнила уже, когда выбиралась потанцевать в последний раз. Она была в шортах и хлопковой блузке в черный горох, вполне удобно.

Настя – профи по доведению людей до истерики, а еще отличная танцовщица, и Саня, как в былые времена, легко уловила плавный ритм, обняв подругу за талию одной рукой.

Бедный Цербер… Саня закусила щеку изнутри, чтобы не прыснуть со смеху, когда заметила застывшего в ступоре Летова в стеклянных дверях, ведших из дома в сад.

А Настя вошла в раж, закрыв глаза и не обращая внимания, кто за ней наблюдает. Она плавно извивалась, помогая Сане двигаться в унисон. Ух… Нужно было заснять видео, чтобы Настиным фанатам было, о чем поплакать.

Когда танец закончился, Саня была в отличном настроении, в ней бурлило веселье, и она как-то уже машинально огляделась в поисках Ареса. Тот не спал, а смотрел насмешливо и тяжело, подняв очки на макушку.

У Сани сердце в желудок бухнулось.

А Настя уселась назад в кресло, довольная собой, даже не взглянув в сторону Цербера, который, так и не показавшись на террасе, молча вернулся в дом. Отвоевала-таки Настя право на громкую музыку.

***

Саша подошла и невинно поинтересовалась, все еще не восстановив дыхание:

– Принести тебе выпить?

После увиденного Стас хотел кое-чего другого. Саша, раскованная, изгибающаяся в эротичном танце – это просто конец света.

Все, господа присяжные. Добейте, чтоб не мучился.

– А как так вышло, что ты ни разу за весь год не потанцевала со мной? – спросил он, находясь в скрытом бешенстве от ситуации, в которую загнал себя в жизни.

Стас знал, что Саша к этому моменту выпила два бокала вина, а значит, в ней проснулся тот самый коварный демон, требующий мужской ласки.

«Не тяни свои грязные руки к святому источнику», – приказывал разум, но до зубного скрежета хотелось просто коснуться ее, чтобы сбить напряжение и злость.

– Ты не приглашал, – ответила она, пожав плечами.

– Приглашаю сейчас.

Саша понимающе улыбнулась.

– Завелся, Арес. Бедненький… Прости, шоу предназначалось не тебе.

– Мне-то от этого не легче.

Они флиртовали в кои-то веки, и это был настоящий кайф.

– Могу вырубить тебя, чтоб не страдал, – насмешливо предложила Прохорова.

– Если я тебе всегда поддавался, то это не значит, что ты круче.