Страница 19 из 43
Исчезли и лес с небом. Развеялась очень качественная иллюзия, и теперь Жанна стояла на коленях на мягком бежевом ковре в комнате или, скорее всего, в каюте того самого подводного корабля чужеземцев.
– Состояние гостьи стабилизировано, – раздался механический голос, порядком напугав застывшую «гостью». Мигнули диоды, и больше голос себя не проявлял.
Зато Жанна очнулась от оцепенения. Аккуратно встала, откинула с бледного лица мешающие волосы и осмотрелась.
Она и правда находилась в просторной каюте, полукруглой, со светлой софой у окна, в котором вместо ожидаемой бездны Чёрной воды отражался уже знакомый лес с голубым небом и лились те же звуки: щебет птиц с шелестом листвы и журчанием воды. И сколько Жанна ни принюхивалась, но среди ароматов леса так и не выловила запахи пластика и металла, которые, по сути, должны преобладать в таких местах.
Рядом с софой к стене крепился навесной плоский прямоугольный стол, стояло мягкое кресло-шар, стеллаж с пустыми полками и какая-то кабинка, наверное, местный санузел. Зеленоватый свет лился из встроенных в потолок ламп–лент.
Не удержавшись, Жанна всё-таки подошла к окну, коснулась рукой завораживающей картинки, но пальцы прошли сквозь картинку, точно погрузились в воду. Не ожидавшая такого подвоха Жанна с тихим вскриком подалась назад и больно ударилась поясницей о ребро навесного столика.
– Фух… – выдохнула с шумом, ухватившись рукой за область сердца, с приоткрытым ртом следя, как разводы на окне тают и жидкая поверхность приходит в норму.
И тут Жанна всеми фибрами ощутила, что в каюте уже не одна. Обернулась.
Так и есть – в нескольких шагах от неё, прислонившись к темно-серой двери, стоял Рооман. Он скрестил на груди руки и неотрывно наблюдал за ней, и, похоже, давно. Капюшон скинут, привычной маски тоже нет, хищное выразительное лицо карга не проявляло никаких эмоций.
Жанна обошла столик, неосознанно обняла себя руками за плечи – не потому, что замерзла, нет, так чувствовала себя более защищённой перед Ним.
– Где я? Что это всё, – кивком указала вокруг, – значит?
Но Рооман не торопился отвечать, как и распутывать клубок происходящего. Вместо этого он двинулся к девушке.
Жанна отступила, но уперлась спиной в тот же злосчастный столик и с ужасом осознала, что ей некуда бежать. Она на Его корабле. И в данный момент в каюте они только вдвоём. Даже закричи она, никто не подоспеет на помощь. Сглотнув ком в горле, с расширившимися глазами смотрела, как главарь чужеземцев приближается.
Рооман замер на расстоянии полушага и вдруг накрыл щеку Жанны своей ладонью. Жанна дёрнулась, но отстраниться-то некуда, позади стол.
На лицо карга набежала печаль, такая же сидела и в его спокойных янтарных глазах. И Жанне отчего-то показалось, что та засела в них очень давно и глубоко.
– Почему ты спрыгнула?
Такого вопроса офицер уж точно не ожидала. Как и проявления эмоций карга. Моргнула и парировала:
– А зачем мне жить? У меня больше ничего нет… вернее, никого.
– Ошибаешься... – Но Жанна не дала досказать ему. Вспыхнула как зажжённая свечка, закричав сердцем:
– Не-ет! У меня никого, слышишь, никого не осталось! Твои, – хотела сказать люди, вот только карги ими не являлись, поправилась: – Твои воины по твоему же приказу застрелили моего брата!! Моих друзей, отца! И они же давно убили моих родителей с тётей! Вы бесчестные убийцы! Монстры без сердца!!
Рооман отшатнулся от жалящих ядом слов. Тени боли и раскаяния исказили хищное лицо, но Жанна пребывала в истерике и не обратила внимания. Зато нашла отличный способ выплеснуть всю скопившуюся за годы ненависть – сжав кулаки, резко ударила карга по лицу, после с разворота ногой.
Рооман отлетел к двери, а Жанна, мигом подскочив, вновь и вновь стала наносить удары кулаками, куда могла достать. Не задумывалась она: почему карг позволяет ей истязать себя, почему не отвечает на её выходку? Просто била, била и била, совершенно не чувствуя боли в разбитых до крови костяшках, пока собственные силы её не покинули и она не уткнулась лицом в грудь пришлого.
Горькие слёзы закапали на и так уже промокшую в крови с разбитого лица карга серую форму. Рооман приобнял Жанну, позволяя ей выплеснуть на волю остатки истерики, и, когда она чуть успокоилась, заявил:
– Не по моей вине убили твоих родных, тогда возглавлял воинов не я. И вчера я не отдавал приказа убивать твоего брата. Мы с тобой заключили сделку, и я её выполнил.
Рооман отстранил от себя притихшую Жанну, выудив из кармана какой-то белесый овальный камень, вложил ей в ладони.
– Произнеси вслух «Трийерм», и увидишь сама.
Набрав на боковой сенсорной панели какую-то комбинацию и дождавшись, пока дверь каюты откроется, Рооман покинул Жанну.
А Жанна осталась стоять перед закрывшейся дверью и удивлённо таращилась на гладкий белый камень в своих ладонях. Ненависть, ярость, обида, достигнув краёв чаши, выплеснулись. Пусть не до конца, но на душе значительно полегчало.
Теперь разум Жанны прояснился. Ушло, вытекло лишнее, мешавшее трезво оценивать сложившуюся ситуацию, в которую она по воле судьбы угодила.
Взгляд офицера выискивал что-то на гладкой поверхности, что-то, что она сама не знала.
«Не по моей вине убили твоих родных, тогда возглавлял воинов не я. И вчера я не отдавал приказа убивать твоего брата…» – слова Роомана набатом били в пустой голове.
Жанна очень в это хотела верить, но… своими глазами видела, как карг, отобравший у неё автомат, пустил адамантовую пулю в Картера. Отлично помнила, как Картер упал в снег и больше не подымался.
Что же будет, если она произнесёт каргское слово, активируемое носитель информации? Что Рооман хочет показать? Не очередную ли ложь? Как после всего можно верить пришлому? Как?!
Но тем не менее Жанна вкрадчиво прошептала:
– Трийерм!
На белой поверхности носителя чёрными строчками принялись проявляться письмена на неизвестном языке, затем они засветились ярким светом, и этот ослепляющий свет в один миг заполонил пространство каюты. Жанна зажмурилась от рези в глазах, а когда открыла…