Страница 7 из 11
– А долго вы с ним в смене работали?
– Где-то полгода, – быстро подсчитала Светлана. – Он, как сюда устроился, сразу мне в напарники был определен.
– И как бы охарактеризовали его как работника?
– Пунктуальный, внимательный, серьезный.
– А как человека?
– Хороший он человек, – с вызовом ответила Света. – Таких сейчас не делают.
Я сделала вид, что не заметила выпада в свою сторону. Во время диалога люди зачастую начинают подсознательно защищать «своих». Начинают приукрашивать, додумывать, выдавать собственное мнение за непреложную истину. Такому поведению всегда можно найти объяснение, но это здорово сбивает информационную линию, за которую я держусь, и последствия могут быть не очень приятными.
Сейчас Светлана абсолютно на ровном месте решила, что я хочу в чем-то обвинить Сергея. Надо было срочно возвращать ее доверие.
– То есть тот факт, что Сергей не вышел на работу, не предупредив, вас сильно удивил? – мягко поинтересовалась я.
– Удивил, – согласилась Светлана. – Выходка не в его манере. Я решила, что он, может, у Ивана Иваныча отпросился, но тот тоже был не в курсе.
– Прекрасно вас понимаю. А теперь, пожалуйста, постарайтесь вспомнить: не рассказывал ли он о том, что куда-то собирается? Дача? Отпуск? Может, что-то еще?
Женщина задумчиво посмотрела в окно.
– Не помню такого, – призналась она. – Он вообще не посвящал меня в свои планы. Мы просто работали вместе, вот и все.
Я внимательно наблюдала за Светланой. Ну не может быть, чтобы за полгода она больше ничего не узнала о Сергее. Любая мелочь могла быть важной, но как ее раздобыть?
– Иван Иваныч, я пойду? – Светлана обернулась к шефу. – А то мне еще на рынок нужно. Выходной же.
– Ну, если у детектива больше нет вопросов… – развел руками Мятный.
– Вопросов нет, – улыбнулась я. – Спасибо вам огромное, вы очень помогли. Светлана, я могу вас подвезти, я на машине. Мне все равно в ту сторону.
Вот тут я была честна на все сто – дорога из города вела через улицу, на которой расположился старый рынок. Разумеется, я не только хотела помочь Светлане поскорее туда добраться. Я хотела расспросить ее в неформальной обстановке, и лучшего случая придумать было нельзя.
Но люди не дураки, и, похоже, я сильно недооценила коллегу Сергея Буракова. Выйдя на улицу, она вежливо попрощалась со мной, сказав, что на своих двоих доберется быстрее. Пришлось «включать» бабу, мужем битую, врагами стрелянную. Пара намеков на тяжелые сумки и нехватку времени с попутной демонстрацией немодной «девятки» все-таки сработали. Света, кажется, думала, что общается с силиконовым мозгом, раскатывающим на «Порше», а оно вон как вышло.
Мы погрузились в машину и тронулись в сторону рынка.
Ехать нужно было всего ничего, но за это время я планировала узнать о Сергее еще что-то. Светлана его защищала, это неспроста. А вдруг через это докопаюсь до чего-то важного?
– Тепло сегодня, – начала я светскую беседу. – Народ, наверное, по дачам разъехался. Самое время закрывать сезон.
– А я от дачи зверски устаю, – призналась моя пассажирка. – Вот на время выехать куда-то можно, а торчать там на жаре между грядками – увольте. Да и тишина эта. Нет, город – вот это мое.
– Надо же, – вырвалось у меня, – и я такая же!
– Иван Иваныч вот, наоборот, фанат, – улыбнулась Светлана. – Каждые выходные мотается. Удовольствие, говорит, надо заработать. То грибы, то ягоды, то кабачки у него там. В прошлом году была драма, потому что какие-то гусеницы его клубнику в огороде обглодали. Ой, не могу! Сам варенье закрывает, потом раздаривает, аж трясется от радости. Когда я сегодня в офис зашла, то там пахло малиной. Аромат такой летний… Он вас угостил, верно?
– Чай с малиной предложил, да. Самое оно такой-то осенью.
– Таня, открою тайну: сам ее собирает, сам сушит. Все с душой, а она у него добрая.
– Во какой рукастый мужик, – рассмеялась я.
– Иван Иваныч очень хорошо относится к Сергею, – неожиданно сменила тему Светлана. – Как и я.
Из-за поворота показалось приземистое здание рынка. Припаркованные вдоль тротуара грузовики не давали возможности подъехать ближе, и я еле-еле нашла место для того, чтобы остановиться. Но Светлана не сразу вышла из машины.
– Возможно, это никак не поможет его найти, но вы уж постарайтесь, – негромко произнесла женщина. – Я все понимаю и желаю вам справиться. Сергей очень хороший человек.
– Я постараюсь.
– Я сейчас вот вспомнила. Он хотел купить машину.
Ну, наконец-то!
– Про машину он сам рассказал? – уточнила я.
– На складе, который мы охраняли, был отсек, где складировались битые автомобили. Какие-то машины, очевидно, еще можно было спасти, их потом разбирали на запчасти. Во время обходов Сергей частенько заходил туда, приценивался. Возвращался расстроенным, говорил, что ему и это дороговато. Деловой такой. Бурчал о том, что сначала Машку в люди надо вывести, а потом и на машину зарабатывать. Я рискнула как-то, намекнула, что могу дать взаймы, но он наотрез отказался. Гордый.
– Долги возвращать всегда непросто, – согласилась я.
Вполне верилось в то, о чем рассказывала Светлана. В целом образ Сергея Буракова был весьма положительным. Я не перебивала, слушала, понимала, что получаю именно то, что хотела.
– Он постоянно был на связи с сестрой. Держал руку на пульсе. Я сначала думала, что она нездорова – настолько дотошно он расспрашивал ее о том, где она была, с кем была, что собирается делать, поела ли, выпила ли таблетки. Даже спросила, не удержалась: нужна ли помощь? Все ли в порядке? Он смен понабрал по максимуму, дома редко бывал. Но знаете, Таня, на контакт он не пошел. А на мой вопрос ответил коротко и ясно: «Сам разберусь. Спасибо, у нас все в порядке».
– И больше вы помощь не предлагали…
– Не предлагала. Но попросила его все же обращаться, если понадобится. И Иван Иванычу передала, чтобы знал. Он у меня мягкий, – улыбнулась Светлана.
– Кто у вас мягкий? – не поняла я.
– Мятный Иван Иванович, генеральный директор. Он не сказал?
– О чем?
– Моя фамилия по мужу Мятная. Приятно познакомиться.
Вот не люблю, когда из меня делают идиотку. Сама с этим успешно справляюсь, без посторонней помощи.
– Мы с Иван Иванычем редко совпадаем во мнениях, – сказала Светлана. – Он очень неплохо разбирается в людях. Я же могу ошибиться, но впоследствии он всегда оказывается прав. Но насчет Сережи сошлись единогласно. Понимаете, Иван Иваныч раньше неоднократно бывал в «горячих точках», а я работала медсестрой в госпитале, куда он с последним ранением попал. Понасмотрелась, понаслушалась. Неужели мы не распознали бы в человеке что-то нехорошее? Война, Таня, очень жестко фильтрует людей. После этого и в мирное время иначе на все смотришь. Глубже забираешься. Но, конечно, всегда есть шанс не узнать что-то до самого донышка.
– Надеюсь, что вы не ошибаетесь.
Светлана взялась за ручку двери, приоткрыла ее, впустив в салон холодный воздух.
– До свидания. Я действительно все вам рассказала, но если вспомню что-то, то обязательно сообщу. Спасибо за то, что подвезли.
Уже полчаса, как я ехала по свободной от машин трассе в сторону Очажков.
Утренняя вылазка оказалась богаче на сведения, чем я изначально рассчитывала. Ну вот, что имеем? Да, собственно, пока что рано о чем-либо говорить – на данный момент я собираю материал, а сделанные открытия не проливают никакого света на ситуацию. И все же, а если попробовать разложить все это вновь по полочкам? Вдруг что-то осталось за кадром?
Была одна мысль, которая не давала покоя, идя вразрез с тем, что я услышала. Уж слишком положительным казался герой этой истории. Такого не бывает. И на солнце есть пятна. Поэтому что же, будем искать.
Дорожный указатель при съезде с трассы извещал водителей о том, что они подъезжают к населенному пункту с неведомым названием Очажки. Само название мне ни о чем не говорило, но с того момента, как я взялась за это дело, оно порядочно завязло в памяти. Хотелось бы мне знать, как себя называют селяне? Как о них написали бы в газетах? Очажковцы? Очажковчане? Может, очаги? Нет, ну правда, как?