Страница 4 из 20
— Это не может подождать до утра?
— В Тезаре, перед тем как поступить на службу в высший корпус власти, государственный чиновник три года посещает заседания Совета в качестве слушателя. У тебя есть всего трое суток. Давай не будем терять время.
Малика нехотя опустилась в кресло. С недовольным видом расправила на коленях платье:
— Вы переоцениваете мои возможности. Я не выучу за три дня то, чему люди учатся три года.
Вилар еле сдержал нервный хохот. Три года… Надеясь стать советником Великого, он учился всю жизнь. Но даже багаж знаний не давал ему никаких гарантий.
— Ты когда-нибудь была в театре?
— В замок как-то приезжала труппа…
— В настоящем театре.
— Нет.
Вилар принёс из спальни стул и сел напротив Малики:
— В большинстве театров есть суфлёрская будка. Она находится на краю сцены. В ней сидит человек, который нашёптывает актёрам слова их роли. Трой Дадье не суфлёр. Но, как суфлёр, он знает, какая роль отведена каждому советнику. Он знает, кто и что должен сказать. Он знает, как должна закончиться пьеса под названием «Заседание Совета». Король Тезара не стал бы Великим, если бы рядом с ним не было Троя Дадье.
Часть 02
Тишину гостиной нарушал стук напольных часов и щебет птиц за окном. Адэр лежал на софе и, заложив руки за голову, смотрел в потолок. Наступил день, который радовал и в то же время страшил. Пачки документов наконец-то перекочуют из его кабинета в кабинеты советников. На рабочем столе займут место сводные таблицы и сжатые отчёты, и появится время не только на их изучение, но и на раздумья. Останется самое тяжёлое: научиться доверять своим ставленникам.
Адэр не доверял друзьям: у них была причина для дружбы — он будущий властитель полмира. Не доверял Великому: интересы Тезара отец ставил выше интересов сына. Адэр не доверял себе: как можно доверять человеку, который бродит в темноте и не знает, куда идёт. Но если к советам избранников относиться с въевшимся в разум подозрением, он так и будет блуждать во мгле.
Адэр поднялся, завязал галстук, надел пиджак:
— Гюст!
В гостиную заглянул секретарь.
— Советники в сборе?
Гюст посмотрел через плечо, будто зал Совета находился за его спиной:
— Нет маркиза Бархата и госпожи Латаль.
— Госпожи, — сквозь зубы процедил Адэр. — У моих советников нет титулов и происхождения, есть только должность.
— Прошу прощения, мой правитель, — сказал секретарь с довольной улыбкой и не замедлил объяснить свою радость: — Я не знал, как назвать старшего советника. Простолюдинка — неприлично. Госпожа — еле язык повернулся.
— Объявляй. Я иду.
Адэр приблизился к колонне из аспидного камня. Скользнул взглядом по выточенным фигуркам девушек. Все носили имена его любвеобильных пассий. Все, кроме фигурки под самым потолком: на ней имена закончились. Адэр окрестил её Маликой, надеясь, что скоро появится предмет страсти и утех, который вытеснит плебейку из галереи желанных образов.
— Если опоздаешь, пеняй на себя. Второго шанса не дам, — прошептал Адэр и покинул апартаменты.
Он шёл по коридору, борясь с желанием, идти медленнее и дать возможность Вилару и Малике опередить его. Но гордость не позволяла умерить шаг. Подойдя к закрытым лакированным дверям, невольно прислушался, надеясь уловить голос друга. Зал Совета ответил тягучей тишиной.
Охранители распахнули двери, Гюст объявил правителя, и Адэр переступил порог. Вокруг стола стояли шестнадцать советников. Взгляд упёрся в осунувшееся лицо Вилара, перекочевал на Малику. Смоляные пряди, перевитые серебряной нитью, спадали на плечи, обтянутые стальной тканью; серебряные пуговицы на лифе платья были неподвижны, словно обладательница наряда не дышала.
Ну, Вилар… ну, сукин сын… за пять дней вылепил из плебейки даму!
Адэр обогнул круглый стол, остановился возле кресла из чёрного дерева:
— Объявляю первое заседание Совета открытым. — Опустился на сиденье и жестом разрешил советникам занять свои места.
Секретарь прошмыгнул к бюро в углу зала, зашелестел листами.
— Ещё раз примите мои поздравления, господа, — произнёс Адэр. — Должен вам напомнить, что Совет Порубежья станет легитимным только с принятием первого решения.
Главный страж общественной безопасности и порядка Крикс Силар, несмотря на низкое происхождение, встретил взгляд Адэра с невозмутимым спокойствием.
Ещё один выходец из простого люда Анатан Гравель, специалист по драгоценным камням, казалось, хотел спрятаться под стол. Недавно он лихо командовал озлобленными рабочими приисков Бездольного Узла, но воспитанные и образованные люди, похоже, вызывали у него тревогу.
Рядом с Анатаном сидел седой как лунь человек с гладким лицом без единой морщинки — главный финансист Порубежья маркиз Мави Безбур. Кресло слева занимал советник по международным вопросам маркиз Орэс Лаел. Тот самый Орэс, который метил в кресло Малики.
Маркиз Ярис Ларе — светило медицины — пристально рассматривал Адэра сквозь очки в золотой оправе. Поборник законности и справедливости граф Юстин Ассиз — брови вразлёт, выпуклые губы, подбородок с ямочкой — наманикюренными пальцами поглаживал кожаный переплёт блокнота.
Этих мужей Адэр знал, кого-то чуть больше, кого-то чуть меньше. Остальные восемь советников были для него тёмными лошадками.
— Прошу слова, мой правитель, — раздался глубокий голос.
Адэр кивнул:
— Слушаем вас, советник Лаел.
Орэс поднялся:
— Почти сто лет назад Зерван Грасс, последний монарх Порубежья, бросил страну на произвол судьбы.
— Советник Лаел, — вклинилась Малика. — Во-первых, Зерван был монархом Грасс-Дэмора. Во-вторых, наш правитель знаком с историей. Не надо тратить время на её повторение.
Адэр изо всех сил старался не смотреть на Малику. В его взгляде она будет искать поддержку или подсказку. Он не станет поддерживать и подсказывать.
Орэс нахмурился:
— Я только хотел отметить, что до колонизации Порубежья Тезаром проблемами страны никто всерьёз не занимался.
— И чем, по-вашему, Тезар помог Порубежью? — спросила Малика.
Адэр хватался взглядом за рубин на обручальном кольце Орэса и понимал: ещё одна фраза Малики, и он не сможет более сдерживаться и повернётся к ней. И что она прочтёт в его глазах? Удивление. Адэр думал, что Малика будет прятаться за спинами мужей и молчать.
Орэс с театральной улыбкой взмахнул рукой; рубин сверкнул, как капля крови на солнце.
— Заслуги Тезара очевидны.
— Назовите хоть одну, — вступил в разговор Юстин Ассиз.
— Ну как же? Тезар прекратил междоусобицу в Порубежье.
Юстин облокотился на стол, прижал палец к ямке на подбородке:
— Он мог прекратить её сто лет назад. Король Зерван Грасс сбежал. Его внучатого племянника убили. Началось преследование хозяек земель…
— Зачем ворошить тёмное прошлое? — перебил Орэс.
— Тезар мог направить в Грасс-Дэмор миротворческую армию, но этого не сделал!
— Возможно, на то были причины.
— Возможно, наверное, может быть… — подала голос Малика. — Предлагаю в зале Совета обходиться без этих слов.
Адэр сел к ней вполоборота. Малика не осознаёт, что устанавливая на первом же заседании свои правила, она ступает на шаткий мостик. Если советники её не поддержат, ей придётся отступить, притом сзади не будет твёрдой почвы. За этим последуют новые отступления…
Орэс порывисто провёл ладонью по волнистым волосам:
— Не вижу причин…
— Поддерживаю старшего советника, — откликнулся главный финансист. — Предлагаю так же не использовать слово «примерно».
Орэс выдавил улыбку:
— Это уж как получится, советник Безбур.
— Я тоже поддерживаю Малику, — заикаясь, сказал Анатан и торопливо добавил: — Простите. Советника Латаль.
— И я поддерживаю, — отозвался Крикс.
Орэс изогнул бровь, как бы говоря своим видом: «Кто бы сомневался? Плебеи всегда будут стоять на защите плебея».