Страница 27 из 39
— А если я пообещаю… пообещаю сидеть тихо. Спросим местных, и я скроюсь под всеми возможными заклинаниями. Гарри, пожалуйста… возьми меня с собой. Пожалуйста… — когда она поняла, что аргументы не сработают, в её арсенале остались только женские уловки, которые она так ненавидела.
Но делать было нечего, и Гермиона, хлопая ресницами, смотрела на удивленного Гарри. Такой он не видел её никогда. Мужчине вообще трудно сопротивляться, когда любимая женщина просит, да еще и так нежно и с таким придыханием. И влюбленный Гарри, словно под Империусом, сказал:
— Хорошо.
Взвизгнувшая от радости Гермиона бросилась ему на шею и крепко поцеловала в губы. Через секунду она сообразила, что сделала, но Гарри уже перехватил инициативу, втягивая любимую девушку в более глубокий и страстный танец губ и языков. У обоих внезапно по всему телу словно пропустили электрический разряд, и это заставило их прервать поцелуй. Секунду-другую они просто смотрели друг на друга. И Гарри, пробормотавший что-то про умную магию и людей-дураков, снова впился ей в губы.
Поцелуй все продолжался, и Грейнджер уже сама обо всем забыла. Она терлась об Гарри, как ласковая кошечка, чувствуя через слои ткани твердый стержень, которого утром она так испугалась. Мгновение спустя, не прекращая глубокого поцелуя, руки Гарри сжали крепкие ягодицы Гермионы, стянутые джинсой, но она оттолкнула его с криком.
— Больно! Знаешь, сколько раз ты мне сегодня туда ударил ступефаем? Надо идти.
— Подожди. Слушай меня внимательно. Ты едешь в Глостер, помогаешь отыскать дом Нотта и прячешься, все ясно?
— Да…
Как только Гермиона начала говорить, они услышали странное ругательство за дверью и удаляющиеся шаги.
— Перестало действовать заглушающее? — сказал Гарри, и они, открыв дверь, увидели только длинные светлые волосы скрывшейся за поворотом девочки.
Гермиона рванула туда, Гарри ничего не оставалось делать, как бежать за ней, совершенно ничего не понимая. Поворот. Еще Поворот. Лестница. Большое окно, в которое, обернувшись вороном, вылетела маленькая девочка в слизеринской мантии. За военное время Гарри научился быстро думать, но за все безумные идеи отвечала Гермиона.
— Акцио две метлы, — прокричала она.
— С ума сошла? Ты собираешься преследовать птицу?
— Я слишком часто видела эту девочку возле нас. Это она к тебе подходила попросить автограф. А потом она же кричала о пропаже Джинни и Малфоя. И она — анимаг. Понимаешь?!
— Да я понял, она или кто-то под оборотным причастен к похищению. Но ты остаешься..
— Я владею дезиллюминационными чарами в совершенстве. Без меня тебя увидят, — быстро заговорила Гермиона и схватила древко подлетевшей метлы. — Гарри, ругаться будем потом.
— Если с тобой что-то случится, я тебя убью. Ясно? — сказал он и сел на метлу.
Гермиона со словами «Куда уж яснее» наложила чары невидимости на себя и него. И спустя секунду из окна замка Хогвартс вылетели две невидимые фигуры, высматривая в небе черного ворона.
========== Глава 13. Жуткое зрелище ==========
В обеденном зале уже потихоньку начали расходиться студенты — ужин подходил к концу. Аврор Долиш все чаще посматривал на дверь в ожидании героев и начинал нервничать.
— Ну, и что так долго? Я думал, что мистер Поттер хочет найти свою невесту? — сказал он, возвращая взгляд на карту Глостера.
— Так, может, это потому, что он уже с другой невестой? — ухмыльнулся один из младших авроров, но его быстро пихнули в бок. Тем не менее, Долиш грозно на него посмотрел.
— Ты что несешь? Лишнее дежурство захотел? — спросил он.
— Простите, сэр.
— Мистер Уизли, вы не могли бы… — взглянул на Рона старший аврор.
— Сейчас посмотрю, — Рона, которому уже несколько минут улыбалась Ромильда, сидя на противоположной скамье и мелькая стройными ножками под короткой юбкой, тоже заботило, куда подевались друзья. И он, улыбнувшись своей новоиспеченной девушке, достал карту, которая, к счастью, оказалась у него. — Клянусь, что замышляю только шалость, — сказал он и ткнул палочкой в старый пергамент. Он долго выискивал на карте знакомые имена, но, к своему разочарованию, не находил их. Рон не замечал, как над неизвестным артефактом уже сгруппировались все авроры, включая самого главного. — Их нет в замке, — закончил он смотреть и убрал карту, упираясь в несколько любопытных взглядов.
— Что это?
— Карта? Интересно. А можно такую на всю Британию сделать? Уолш?
— Это будет незаконно, — сказал сотрудник Отдела тайн, который тоже заприметил ценный артефакт. — Не думаю, Долиш, что ты хочешь, чтобы все видели, как часто ты посещаешь уборную.
Все рассмеялись, но быстро стушевались под гневным взглядом старшего аврора.
— Надо выдвигаться, — сказал он и поднялся.
— Погодите, — заволновался Рон и устремился к Ромильде, которая до сих пор на него смотрела с улыбкой. — Может, они в Выручай-комнате, — он подошел к ней.
— Помнишь, где Выручай-комната? — спросил он и дождался кивка. — Посмотри, там ли Гарри с Гермионой, и сообщи мне с помощью Патронуса. Сможешь?
— Конечно, — сказала она, смачно чмокнула его в губы и убежала.
Авроры, с которыми в последние пару месяцев Гарри с Роном проводили много времени, заулыбались. Они хлопнули по спине подошедшего Рона, и все посмотрели на Долиша.
— Все готовы? Отправляемся. Уолш, с нами?
— Куда деваться? — задал тот риторический вопрос и, махнув взволнованной Макгонагалл, устремился за аврорами.
*
Джинни сидела на стуле и смотрела на Малфоя, который пытался что-то читать в дневнике Лорда. Он старался не прикасаться к тетради из змеиной кожи.
При свете свечей мраморные стены их камеры стали зеркальными, и Джинни невольно посматривала на себя, чтобы убедиться, что все еще выглядит приемлемо. Она отметила, что волосы, конечно, нуждаются в расческе, но все-таки выглядят лучше, чем у Грейнджер.
Она также заметила профиль Малфоя, который по своему обыкновению выглядел пафосным и аристократичным. Волосы хоть и не были как обычно зализаны, но все равно делали их владельца привлекательным. Джинни вдруг захотелось их потрогать — у Гарри, например, они были жесткими и вечно нечесаными, у Малфоя же всегда лежали волосок к волоску.
Мысль о герое, о котором она мечтала с детства, снова заставили ее вновь поддаться унынию. Сейчас ведь рядом с ним Гермиона, и собираются ли они вообще их спасать? Или она уже вцепилась в него мертвой хваткой, а проблемы просто скинули на Министерство. Наверное, не стоило так рано сдаваться. Что теперь делать, она не знала.
И мысли снова плавно перетекли на ее друга по несчастью. Ему, как и Гарри, тоже пришлось немало пережить. Джинни хоть и презирала его, но где-то внутри прекрасно понимала суть его поступков. Он защищал свою семью. Она ради своей тоже бы пошла на многое. На все.
Волшебница обнаружила, что уже не одну минуту наблюдает за слизеринским принцем, и вздрогнула, когда услышала язвительный голос.
— Что ты так смотришь, Уизли? Презираешь меня? — спросил он, не поднимая головы.
— А тебя это волнует? — спросила Джинни, удивившись, что он высказал её же мысли.
— Не то чтобы мне было важно. Скажи, почему такой негатив именно в мою сторону?
— Ты кичишься своей чистокровностью, постоянно достаешь Гарри и Рона, пытал магглов в прошлом году. Выбирай сам, — Джинни не упомянула издевательства над Гермионой, потому что это, пожалуй, единственное, что её не волновало.
— В отличие от вас, гриффиндорцев, у нас, слизеринцев, возможности отказаться не было — последствия были бы фатальны. Никто не выбирает, в какой семье родиться, уж тебе это должно быть хорошо известно.
— Я… — впервые Джинни задумалась, а что бы случилось, будь ее родители Пожирателями Смерти. Что было бы, если бы родители внушали ей не уважение к магглам, а ненависть. Что было бы, поступи она на Слизерин. Она судорожно вздохнула, начиная осознавать, что выбора-то по сути не было ни у кого. — Я понимаю.