Страница 31 из 118
– И… как ты к этому относишься?
– Ну, мне, откровенно говоря, плевать, – пожимаю плечами. – Я оцениваю людей по их деяниям. То, что я назначил тебя своим помощником и телохранителем, наверное, говорит о моём доверии.
– Я… эм… даже не знаю, что сказать. Спасибо, Айдан, я ценю твоё доверие и дружбу.
– Ага, к тому же ты всё ещё должен мне эльфийских танцовщиц… Твоё Высочество, – я ухмыльнулся.
– Что ты так упёрся в этих танцовщиц? Их не так-то просто найти, знаешь ли! Вот служанок, поварих, уборщиц – пожалуйста, но стоит мне хоть кого-то из них спросить, умеют ли они танцевать или петь – как всё, ступор! – взвыл Страж.
– Ничего, я в тебя верю! Главное – продолжай искать. Кстати, раз уж мы коснулись вопроса тайн, больше ты ничего не скрываешь? – и не забыть на него так подозрительно зыркнуть.
– Только нечестивую страсть, – я напрягся и на всякий случай отодвинулся от парня подальше, мало ли, – к острым сырам и небольшую одержимость собственной шевелюрой, – фух, ложная тревога.
– Да-а-а… Сыр – это святое, как завещал дядюшка Шео.
– Эм, кто?
– Так, одна выдающаяся историческая личность. Неважно, – съехал я с темы.
– Ладно… – воин призадумался, и пару минут мы прошли в тишине. – Ты сказал про какие-то «интересные совпадения», не расскажешь подробнее? – как бы невзначай поинтересовался храмовник. О, он таки обратил внимание на эту мою «оговорку», которую я совершенно случайно выделил голосом.
– Могу, но это только мои домыслы… И тебе они очень сильно не понравятся.
– И всё-таки…
– Ладно, начнём с этой истории с твоим обучением на Храмовника. Насколько я знаю, знати среди воинов церкви не так чтобы много. Ферелден – это всё-таки далеко не Орлей с его набожностью и резиденцией Верховной Жрицы в придачу. Куда логичнее тебя было бы отдать в обучение рыцарю, а потом присвоить шпоры. Вот только вместо этого тебя отправили в монастырь. Я бы ещё понял, постриги тебя при этом в монахи, но храмовник? Когда это произошло? – спросил я озадаченного бастарда, и он не подвёл, ответив в точности так, как я его и подводил.
– Через несколько месяцев после женитьбы эрла на… – Алистер аж остановился, – …орлесианке… Поднялся большой скандал.
– Вот первое совпадение, пусть и косвенное. Но! Перейдём к главному отличию. Какая основная разница между монахом и храмовником? Кроме того, что один песнопевец, а другой воин?
– Лириум, – после недолгого размышления ответил бывший церковник. – Все храмовники плотно сидят на лириуме – без него нельзя пробудить способности, а для их быстрого роста, закрепления и усиления его нужно принимать постоянно, – далее воин помрачнел и набычился, – что очень быстро вызывает зависимость, а при долгом применении лишает памяти и здравости рассудка.
– А единственный официальный поставщик лириума – это церковь. И теперь мы переходим к самой неприятной части.
– Я уже догадываюсь, к чему ты клонишь. Кто-то из иерархов знал, да?
– Не только иерархов. Дункан не стал бы устраивать скандал со столь могущественной организацией из-за обычного храмовника.
– Нет… Он просто… просто пожалел меня!
– Алистер, он хладнокровно зарезал мужчину, у которого дома остались жена и ребёнок, просто потому, что этот мужчина отказался «глупо» рисковать собой на Посвящении. Вспомни Кодекс.
– Победа в войне. Бдительность в мире. Жертвенность в смерти, – на автомате выдал храмовник.
– Всё для победы. Ссориться с Церковью Света ради простого храмовника никто не будет. А вот ради королевского сына, пусть и внебрачного…
– Но зачем? Не понимаю… Я могу ещё понять, зачем меня сослали в монастырь – какой-никакой, но угрозой власти Кайлана я был, но стражам это зачем?
– Во время Мора может случиться всякое… Да и в любое другое время тоже. И иметь под рукой человека, способного претендовать на трон Ферелдена, много лучше, чем не иметь его. Напомню, Дункан и в меня вцепился, узнав, что я – сын тейрна Кусланда.
– Претендовать на трон? Я? Но я же всего лишь бастард! Какой из меня наследник престола? На трон должен взойти эрл Эамон! Он дядя Кайлана!
– Начнём с того, что Кайлан, уж извини, успел себя зарекомендовать не самым умным и состоятельным королём. Широким массам это неизвестно, но почти все государственные дела он спихнул на жену и тестя, сам регулярно отмечаясь только весьма спорными поступками, вроде странных реверансов в сторону Орлея, которые ну никак не приходились по душе старой аристократии, вытянувшей на своём горбу освободительную войну с тем самым Орлеем. Добавь сюда то, что у королевской четы за несколько лет брака так и не появилось детей, а ведь бесплодной может быть отнюдь не только королева. Не веришь? А между прочим, ни про каких бастардов Кайлана никто ничего не слышал. Это, конечно, не доказательство, но хороший повод задуматься. Так что поверь, при ряде условий, шансы претендовать на трон у тебя были и без всякого Мора, а уж суровые времена и вовсе требуют суровых решений. Что касается Эамона, то он уже немолод, его брак с орлесианской дворянкой многим пришёлся не по вкусу, а сейчас он ещё и болен.
– Тогда ты! Ты целый тейрн, тебя признали войска! Хочешь, я сейчас отрекусь от всех прав в твою пользу?! – по всей видимости, Алистер ОЧЕНЬ не хотел становиться королем. Сама мысль об этом пугала его до дрожи.
– И тащить всё это дерьмо на себе?! – я изобразил, что ужаснулся перспективы. Нельзя же просто так взять и признаться, что это и есть одна из моих целей? – Да я лучше в Дикие Земли сбегу! К Морриган и Флемет!
– Кхе???
– Хм, ну да, тут я погорячился. Ладно, это точно вопрос не ближайшего будущего, давай лучше сосредоточимся на текущих задачах, – закруглил я разговор. – Да и церковь уже в зоне видимости.
– Ладно, – вздохнул парень, – так далеко лучше действительно не заглядывать.
«Церковь» на деле оказалась довольно большим и помпезным храмом. Правда, несмотря на всю свою помпезность, кладка была мощной, окна-бойницы – узкими и удобными для стрелков, а ворота не каждый таран возьмёт. В общем, как говорил один суровый хоббит «стиль – поздний Ампир с элементами Готики». Разумеется, у церкви нас уже ждали. Этакая смесь почётного караула с реальной стражей. Что ж, лучше поздно, чем никогда. Но вообще, организатору всей этой, с позволения сказать, «обороны» нужно оторвать голову. Ладно то, что сиволапые ополченцы несколько часов к ряду спокойно пялились на пыльное облачко, создаваемое армией, что к ним движется, может, приняли за кочующее стадо баранов-августов или ещё какую живность, что с крестьян взять? Но неужели на всю деревню не набралось хотя бы десятка человек, способных понять, что есть что, и сообразить доложить по этому поводу кому нужно? А вдруг их сейчас сходу штурмовать начнут? Где сигнал тревоги? Где вояки в состоянии готовности или хотя бы отвешивающие ополченцам пинки ветераны? Одним словом, всё грустно. Хорошо хоть при нашем прибытии они всё-таки кого-то послали и подготовили «эскорт», а то было бы уж совсем по принципу «входи кто хочет, бери что хочет». Сами воины, правда, в трепет не вгоняли, но хоть что-то. Кивнув «стражам», мы вошли в храм.
В обители Создателя устроили лагерь беженцев и командную ставку одновременно. Как по мне – ход весьма сомнительный. Те, кто принимает решения, должны быть полностью сосредоточены на своей задаче, а не отвлекаться на постоянные завывания монашек, объединившихся с крестьянскими мамашами, непригодными для ополчения, и испуганными детьми.
Да, вроде бы я не упоминал, в Ферелдене царили полные равноправие и толерантность. В том смысле, что на женщину-воина никто косо не смотрел, но и, случись чего, живот ей вспарывали ровно так же, как и мужику, так что равноправие было именно равноправием со всеми вытекающими, вроде приёма крестьянок в ополчение, а не тем, что так жаждут увидеть феминистки в более «развитых» мирах.
Руководил всем этим сборищем мужик между тридцатью и сорока годами. Рост – невысокий, телосложение – плотное, лицо, как и положено, благородное. Айдан краем глаза уже эту рожу на Собрании Земель видел. Пусть тогда парень был занят окучиванием очередной фрейлины, а не политикой, но я выцепить лик банна Тегана из воспоминаний смог. Брат эрла Эамона как раз закончил выслушивать доклад от пожилого воина в сильверитовой кольчуге. Скорее всего, как раз докладывает о нас. М-да, за оперативность ставим кол, тут без вариантов. Воин откланялся и ушёл, а вот банн остался.