Страница 1 из 22
========== Wake ==========
— Проснулась, принцесса?
О… боже. Мысли блуждали, как в тумане, и я всхлипнула, пробудившись в нашей постели. Было темно, на телеэкране мелькал очередной повтор «Короля Льва», и я заморгала. Я попыталась сесть, но руки не слушались, и мне пришлось продолжить валяться среди серо-розовых подушек. Помогите мне… Помогите…
Матрас просел — это папа забрался на кровать, голый, улыбающийся в ответ на мой пустой взгляд. Он убрал пряди с моего лица и заворковал, услышав мой испуганный вздох. Его черные волосы были собраны в пучок, но так, чтобы оставались прикрытыми уши, которых он немного стеснялся, а на плечах у него виднелись следы моих укусов. Он устроился рядом и погладил меня по щеке длинными толстыми пальцами.
— Уже полночь, — просюсюкал он. — Что-то ты беспокойная сегодня. Ужин прошел плохо?
Его мягкие изголодавшиеся губы прикоснулись к моей шее, а рука прошлась по моему бедру к краю трусиков. Он зашептал мне на ухо, проскальзывая пальцами дальше и принимаясь ласково поглаживать мою щель.
Захныкав, я беспомощно задергалась в путах, стягивающих запястья, и тяжело задышала в импровизированный кляп во рту.
— Хорошая моя девочка, — папа поцеловал меня в лоб и сдернул с меня трусики до колен. — Тебе плохо? Или папочке снова помочь тебе уснуть?
Шумел кондиционер, и папа забрался на меня, раздвигая мои ноги коленями. Вытащив из моего рта кляп, он натянул его мне на глаза, но не успела я перевести дух, как в губы ткнулась мокрая головка члена. Я открыла рот, как полагалось, и папа застонал. По крайней мере, сегодня он был нежен.
Член папы скользил туда-обратно, и я зажмурилась, слушая тяжелое дыхание над собой. Набухшая плоть растягивала мне губы, и вскоре по подбородку потекли слюни. Я же просто ждала. Прилежно сосала и пускала их.
— Скоро у тебя будет полный животик, — любовно пообещал папа. — А потом сразу баиньки.
Кряхтя и постанывая, он кончил через минуту. Я проглотила его сперму и высосала остатки из головки. Моя «еда», как-никак. А пока я заканчивала проглатывать липшую к нёбу соленую жижу, папа расцеловал меня в щеки и прижался к шее. По его мнению, он любил меня.
— Ну, что сытенькая? — поинтересовался он. — Животику лучше?
Я кивнула через силу, и он удовлетворенно забормотал, целуя меня в шею, а потом выскользнул из постели и направился к шкафу. Мое сердце ускорилось, когда раздался знакомый шорох, и я почувствовала, как он стягивает у меня с ног трусики. Кровать скрипнула, и следом он приподнял мою задницу.
— Я не хочу никаких ночных сюрпризов, принцесса, — предупредил он. — Разбуди меня, если понадобится помощь, о’кей?
Я потеряла счет времени. Я всхлипнула, когда он начал застегивать на мне подгузник, словно я настоящий долбаный младенец! Он хрипло дышал, а потом еще раз чмокнул меня. Он всегда притворялся, будто сожалеет, что ему приходится возиться со мной, как с несмышленышем, в то время как сам унижал меня миллиардом способов. Закончив с подгузником, он сунул руку в ящик тумбочки и секундой позже вонзил в мой рот соску. Всхлипывания из моего горла рвались уже совершенно неудержимо.
Мне всего лишь нужны были деньги на колледж! Другие девушки тоже так поступали! Они находили нормальных парней, и нормальные парни им помогали! Почему именно мне достался чертов психопат?
========== Somnolence ==========
«ВЫ ДОЛЖНЫ ВНЕСТИ ПЛАТЕЖ ДО НАЧАЛА СЕМЕСТРА ИЛИ БУДЕТЕ ОТЧИСЛЕНЫ С КУРСА».
Да чтоб тебя!
Второй год в колледже начался, а я плыву без весел по реке дерьма. Я подавала документы на получение всевозможных стипендий, начиная с заявки о финансовой несостоятельности и до обращения в фонд помощи женщинам в технических науках, и всего этого по-прежнему было недостаточно. Я со стоном швырнула полученное письмо на пол моей скромной общажной комнатушки. Да, я облажалась. Мне негде жить этим летом, в следующем году тоже жить будет негде.
С годом базового обучения на инженера-механика особо не попляшешь. Плюс я действительно хочу стать инженером-механиком. И для исполнения мечты мне нужно шестнадцать тысяч долларов, а мои ресурсы исчерпаны. Козлы. Мало быть нищей, умной и женщиной. Я не могу даже взять кредит, потому что у меня нет поручителя.
Роуз, лучшая из подруг, пыталась меня подбодрить, выдвигая всякие идеи: от продажи почки до донорства яйцеклеток. Но все было неосуществимо. Я облажалась. Меня приняли в Массачусетский технологический институт, благодаря моим оценкам и работе волонтером, а теперь вышвырнут, потому что в девятнадцать лет я осталась без гроша в кармане.
Я плюхнулась на кровать и принялась перекатываться.
— А-а-а! Ну почему я?!
Комнату в общаге украшали рождественские гирлянды, плакаты и местные шутеечки, и больше мне сюда вернуться не суждено никогда. Как же я разозлилась! Мне пришлось столько пахать, чтобы выбраться из кошмарной приемной семейки Ункара Платта, и вот опять…
Всю следующую неделю я была не в состоянии думать ни о чем другом. Оставалось две недели до конца семестра и две недели, чтобы понять, что же делать дальше. Работу на полставки я потеряла, поэтому переехала к Роуз и ее сестре Пейдж до августа, но потом… Я не хотела становиться обузой. Мне нужен был план. Нужен был выход.
Вечерело. Роуз крутанулась в кресле, чавкая буррито.
— Ладно, как насчет… папика?
Мы обе были слегка подшофе. Я расхохоталась, давясь вином, и она присоединилась ко мне. На нас были одинаковые пижамы-комбинезоны, и мы были настоящими лучшими подругами.
— Да пошла ты! — фыркнула я.
— Гугл, детка, — она жевала с открытым ртом. — Тебе отправляют деньги и всякую херню. Взаправду.
В комнату заглянула Джессика Пава — та вообще была в хлам — и мы втроем взялись подыскивать для меня богатого папика. Я была процентов на семьдесят уверена, что это дурачество. Мы хихикали и рассылали сообщения, стараясь особо не разбрасываться личной информацией, и, наигравшись, продолжили пить. В общем, мы вырубились на кровати, и я спала между ними двоими.
На самом деле колледж — это пустышка. Я была хороша в математике, Роуз помогала мне с английским, и я играла в лакросс. Я думала о том, какая же я счастливица, с трудом разлепляя глаза под назойливую вибрацию телефона. Подруги уже ушли, бросив меня в одиночку разбираться с последствиями наших вчерашних жутких похождений в интернете.
Большинство входящих были именно такими — жуткими — и я удалила их целую кучу. Но одно, ближе к концу, бросилось мне в глаза.
KyloRen: Привет. Как поживаешь?
Мне стало любопытно. Я щелкнула на его профиль, щурясь от похмелья, и прокрутила страничку вниз. Ему тридцать два, рост сто девяносто два, вес около девяноста килограммов, спортивного телосложения, владелец собственной компании. Я нахмурилась, увидев, что он не ответил на большинство тупых вопросов — вроде любимого цвета. Наверняка прямолинеен.
Sunrae2187: приветик! со мной все о’кей. приятно познакомиться.
Ладно, плевать. Почему бы и нет. Я зевнула, выскользнула из постели и потопала в душ в конце коридора. Надо привести себя в порядок для занятий. Теперь мне, по большей части, предстояло готовиться к выпускным.
Когда я вернулась, меня ждало сообщение. Я сушила волосы, читая его и набирая ответ.
KyloRen: Аналогично. Тебе девятнадцать?
Sunrae2187: ага. плыву по второму курсу колледжа, который не могу оплатить :V хреново быть мной
Натягивая белые короткие шорты и свободную голубую блузку, я услышала новое входящее. Стало увлекательно, если честно. Парень чокнутый какой-то.
KyloRen: О, не сказал бы. Возможно, мы сможем что-нибудь придумать в этом отношении. Иди на занятия, поговорим позже.
Подмывало написать «конечно, папа», ну, просто чтобы посмотреть, оценит ли он шутку, но я ответила банальным «оки-доки». Закрутив на голове любимые три пучка и побрызгавшись духами, я пошла на семинар.
Семинары давались мне легко. Я чувствовала себя комфортно в толпе и перед людьми. С важным видом я выступила вперед и выдала свою последнюю речь в семестре — пятиминутный монолог о том, почему в общественных туалетах должны быть бесплатные прокладки и тампоны. Профессор дремал во время речей остальных, но я специально говорила громко, чтобы он не уснул.