Страница 8 из 12
– И не подумаю. Оставлю их себе на память… Или нет, лучше подарю их какой-нибудь шлюхе. Красный для них в самый раз. Думаю, за подобную дорогущую вещицу меня любая из них обслужит по первому разряду… А вот тебе пора отсюда сваливать.
Рик переложил трусики в карман и, подталкивая меня в спину, повёл на выход. Я упиралась ногами в пол, но это было бесполезно. Наглец распахнул дверь, вытолкал меня за порог и захлопнул дверь перед моим носом, прежде чем я успела что-то ему возразить.
Глава 9. Охотник
Наглая сучка вывела меня из себя всего парой слов и взглядов. Она сидела с таким видом, будто делала мне одолжение, заявившись ко мне домой, не забывая при этом томно стрелять глазками, так глубоко вздыхать, что круглые полушария груди колыхались в глубоком декольте. Маленькая дрянь решила, что меня можно взять всем этим. Отчасти она права. Не реагировать на эту провокацию невозможно. Члену становится тесно в штанах от одного взгляда на то, как платье обтягивает бёдра, когда она закидывает нога на ногу.
Но она заблуждалась, думая, что я подобно блеющему стаду деревенских болванов, пойду на всё, лишь бы удостоиться одного её взгляда. Сучка получила то, за чем явилась, и ушла от меня оттраханной пальцами. Не думаю, что после всего ей захочется заявиться ко мне ещё раз. И её возмущённое выражение лица подтверждало правильность моего предположения.
Херня в том, что теперь мне самому захотелось, чтобы Аманда ещё раз посетила мой убогий домишко. Девчонка оказалась чертовски горячей штучкой. Потекла от нескольких прикосновений и так сжимала собой мои пальцы, что перед глазами всё поплыло от желания, чтобы она так же сильно сжала мой член. И желательно бы как следует на мне попрыгала, расположив ножки по обе стороны от моих бёдер. А я бы при этом обхватил её сладкую попку и подразнил малышку пальцем…
Но я же, блядь, хозяин своим желаниям! Потому выставил её из дома, а сам остался внутри с каменным стояком и красными кружевными трусиками, пахнущими ею. От одной мысли о том, что малышка отправилась восвояси без них, меня едва не разорвало на части. Интересно, кого я на самом деле наказал? Судя по боли в окаменевшем члене – себя, но никак не её.
Уже пожалел, что отпустил её так рано. Надо было пристроиться к ней сзади и долбиться до одури, выколачивая из неё пренебрежение и заставляя растечься лужей. Со связанными руками малышка смотрелась охеренно, а вот если бы раздвинуть её ножки пошире и обездвижить их… Блядь. С этим надо что-то делать… Как и с тем, что Аманда, гордо задрав нос, оседлала кобылку и убралась восвояси. Так как я этого и хотел. Но… в лесу темно, и разгуливать по нему чертовски хорошей девчонке с голой попкой явно не стоит.
И вот так, матерясь, проклиная всё на свете, я двинулся следом за ней. Держался на расстоянии, оставаясь незамеченным. До города добрались без приключений. А вот там уже пришлось сдерживать себя, чтобы не скалить зубы. Потому что девчонка была как яркий луч света в царстве сонных мух – на неё устремлялись взгляды каждого, у кого хрен ещё не высох окончательно и хоть как-то двигался. И почему я не взял с собой ружьё? От нескольких горожан явно не помешало бы избавиться. И как она не боится? Уверен, что каждый второй был бы не прочь оказаться между её стройных ножек. Ах да, совсем забыл… Аманда смотрела на всех взглядом «я слишком красива и знаю это, убогие».
Наверняка вокруг неё крутится не один мудак. Точно. У дома пекаря Густава слонялся вдоль забора бездельник Андерс. И, завидев Аманду, кинулся наперерез, едва не стелясь перед красоткой в грязь, чтобы та, не дай боже, не запачкала своих сапожек. Тьфу. Смотреть тошно. Ладно, будем считать, что свою задачу я выполнил – красотка добралась до города в целости и сохранности. А уж от плотоядных взглядов, бросаемых в её сторону, она явно не умрёт…
И раз уж я в городе, наведаюсь-ка к шлюшке Мадлен. Надо же как-то избавиться от стояка, так и не спавшего за всё то время, что я шёл за красоткой. Спадёт, он, ага, как же. В особенности когда взгляда от Аманды не отрываешь. До пятой улицы добрался в два счёта. Клиентов Мадлен принимала у себя дома. И не всех подряд. Это давало некую надежду на то, что твой член не усохнет под корень от неизвестной болезни после того, как побывает внутри шлюхи.
Не успел даже постучать, как дверь распахнулась. Мадлен отступила, приглашая меня войти внутрь. В водянисто-голубых глазах зажёгся огонёк похоти. Мадлен и без того всегда обслуживала меня с особым усердием. А сейчас, увидев, как охеренно я сегодня выгляжу, и вовсе поплыла прямо с порога. Я прошёл в небольшую гостиную и уселся в глубокое кресло возле фальшивого камина. Мадлен, не теряя зря времени, опустилась на пол у моих ног. Обхватила пальцами щиколотки и медленно начала подниматься по ноге. Светлые волосы были завиты в мелкие кудряшки. Шлюха облизнула губы, накрашенные кричаще – алым и огладила ладонью внутреннюю сторону бедра.
Наверное, нужно было откинуться на спинку кресла и позволить шлюхе выполнять свою работу – пусть бы насасывала член, а потом развернулась спиной и подобрала своё платье, подставляясь мокрой промежностью. Но смотря на крупный рабочий рот Мадлен, я вдруг понял: ни хрена. На месте этой шлюхи я хочу видеть другую: маленькую, изящную красотку, чей соблазнительный ротик ругается так же грязно, как я сам. И пусть мои яйца звенят от напряжения, но хрена с два я всё спущу в какую-то шлюху.
– Постой, Мадлен. Я к тебе не за тем пришёл.
– Да неужели?
– Ага, веришь? Так что отползи подальше.
Мадлен поднялась с колен и села в кресло напротив. На крупном лице читалось недовольство. Наверняка она уже настроилась потрахаться. Я тоже хотел, но ничего не поделаешь. Мой член внезапно стал разборчив и стоял в совершенно другом направлении.
– Скажи, дорогая штучка?
Я достал кружевные трусики и растянул их в руках. Потухший взгляд Мадлен загорелся, она потянула к трусикам руку.
– Э нет, руками не трогай. Просто ответь на вопрос.
– Очень дорогая, Рик. Тебе лучше не знать, сколько они стоят. Если ты стянул их с какой-то красотки, то знай: мы, женщины, дорожим такими вещами. Лучше обращайся с ними осторожнее в следующий раз.
Слова Мадлен возымели обратный эффект: мне вдруг захотелось надеть это тонкое кружево на Аманду только затем, чтобы порвать эти трусики прямо на ней. Рвануть со всех сил и ловить ртом возмущённые возгласы.
– И..?
– И ничего, Мадлен. Ты мне очень помогла.
– Хочешь сказать, что ты пришёл только за тем, чтобы узнать, дорогой ли кусок этого кружева?
– Нет. Давай расскажи мне свежие сплетни. Я немного одичал и не в курсе последних событий.
Мадлен усмехнулась:
– Я привыкла работать ртом, но не трепаться без дела.
– Представь себе, я заплачу за твой трёп, как если бы отработала языком на все сто…
– Другое дело! – хлопнула в ладоши Мадлен и пропала из виду на несколько минут, вернувшись с бутылкой хереса. Она плеснула жидкости в два бокала и протянула один из них мне. Я отрицательно качнул головой.
– Рик, уж не сглазил ли кто тебя? Не пьёшь, не трахаешься… Заделался в святоши?.. Да чтоб ты знал, даже преподобный Марк не настолько праведен…
Я махнул рукой и принялся слушать болтовню шлюхи. Она трепала языком обо всём подряд, об Аманде в том числе.
– Она на самом деле так знаменита?..
– Ещё бы! Говорят, она пользуется особым расположением у герцога Аугсбурга…
И тут вдруг взгляд шлюхи прояснился:
– Уж не хочешь ли ты сказать, что стянул трусики с той красотки? Ха-ха-ха! Я даже не представляю, как тебе удалось это сделать! Наверняка связал девчонку насильно!..
– С чего ты так решила?
Шлюха хохотала так сильно, что у неё с глаз брызнули слёзы.
– Ты хорош, Рик. Но явно не дотягиваешь до её уровня!..
Я поболтал с Мадлен ещё немного и отправился прочь. Прошёл мимо дома Густава, зная, что Аманда остановилась у своего дяди. В одном из окон второго этажа через щель створки пробивалась тонкая полоска света. Не дотягиваю до её уровня? Внутри неприятно царапнуло: даже шлюха так подумала, чего говорить о самой красотке? Пробежался пальцами по тонкому кружеву. Не дотягиваю… Ха. Это мы ещё посмотрим.