Страница 21 из 59
Зашла в комнату и, осмотрев скромное убранство, приподняла бровь. В принципе всё, что нужно для жизни, тут есть: кровать, шкаф, стол, стул, даже ковёр на полу, но всё это было таким безликим… как в однозвёздочный гостиничный номер моего мира попала.
— Не нравится? — искренне огорчился Эйч-Ду. — Я надеялся, что тебе будет приятно жить среди привычных вещей. Приказал выбросить мадинские балдахины, подушки, украшения и свечи… Жители вашего мира крайне аскетичны!
Я прикусила губу, чтобы не брякнуть, что в моей-то комнатке аскетизмом не пахнет в принципе. Обожаю всяческие статуэтки, интересные и забавные предметы интерьера! А подушек у меня сотня, не меньше. Мы с друзьями часто собирались обсудить рисунок танца и, сидя на подушках прямо на полу, спорили до самого утра… И засыпали на них же. Гораздо удобнее всех стульев и кроватей мира! А ещё книги… Они у меня заполоняли шкаф, комод, возвышались стопками на подоконниках, служили мини-столиками на полу: всё, что касалось истории танца или биографий знаменитых танцовщиц, можно найти в моей коллекции!
И по сравнению с дико необузданным, но поднимающим настроение уютным бардаком моей комнаты, лаконичный интерьер предоставленного помещения напоминал показательный вальс скучного экзамена на фоне эмоционального экспромта в ночном клубе. Честное слово, я предпочла бы вернуться в мрачную, но удобную темницу. Но Эйч-Ду, кажется, действительно важно моё мнение, поэтому я включила актёрское мастерство на всю катушку и, схватив мужчину за руку, затрясла её, приговаривая:
— Да тут же всё, что мне нравится! Всё так… гладенько! Светло и просторно! Вот спасибище, Ду! Могу я вас так называть?
— Конечно, — нервно улыбнулся слуга и, осторожно высвободив свою руку, бросился к кровати. Развернув свёрток, с благоговением произнёс: — А это мой вам подарок! От сердца отрываю… С надеждой на вашу победу!
Я растерянно посмотрела на белый махровый халат и одноразовые тапочки из отеля. Стоило огромных трудов сдержать смех: вот уж не стоило «отрывать от сердца»! Интересно, это всё сувениры из нашего мира? Или в ванной меня ждут маленькие баночки шампуня и кондиционера? Было что-то милое и забавное в Эйч-Ду, который искренне помогал мне воссоздать в Мадине привычную обстановку, не зная, что номер отеля несколько отличается от дома…
Покивала важно:
— Ты такой добрый и щедрый, Ду! Я никогда не забуду этого!
Ду тут же расцвёл в довольной улыбке и, кланяясь, отступил к выходу. Бормоча оправдания своего великодушия, окончательно покраснел и скрылся за дверью. Хихикнув, я быстро обследовала своё жилище и, обнаружив ванную, подумала, что привычное всё же очень здорово. А когда вышла вымытая, довольная, в новом халате да белых тапочках, застыла на месте.
Посреди комнаты стоял Повелитель собственной персоной. Окинув меня бесстрастным взглядом с головы до ног, он проговорил так, словно это я к нему в номер ввалилась:
— Почему ты до сих пор не одета? Разве Эйч-Ду не предупредил тебя, что предстоит приветственная прогулка с Повелителем?
— Конечно предупредил! — тут же кивнула я. Видимо, Ду, смутившись, забыл упомянуть об этом. Не желая подставлять симпатичного слугу, широко улыбнулась: — И я как раз одета для прогулки, Фар!
Пусть считает, что у нас принято так ходить на свидания. Иногда удобно быть иномирцем — все странности можно списать на «трудности перевода».
— Кетч Арм-Фар, — сухо поправил Повелитель.
Я с трудом сдержала свой острый язычок. Ах, как хотелось добавить «всея Мадина»! Но передо мной действительно высокородный господин из другого мира, который наверняка с детства привык, чтобы все перед ним растекались в липких лужицах… не буду ломать мужику мозг. Во всяком случае сразу. Гонорат утверждал, что из меня получилась бы великолепная актриса. Что же, вот и проверим, смогу ли я сыграть Шахрезаду и угодить высокочтимому мадинскому султану. Впрочем, что тут проверять — даже не сомневаюсь. Итак, что там по плану? Соглашаться с любыми глупостями. Ага!
— Да, мой господин! — подобострастно улыбнулась я.
По лицу Повелителя пробежалась лёгкая тень. Я даже застыла на мгновение: что это?! Наш великий и ужасный «кетч Арм-Фар» не такой уж каменный? Неужели эмоция проскользнула? Интересно, что это было? Величественно поправив тюрбан из полотенца, я с придыханием произнесла:
— Ах, какая потрясающая у вас улыбка! — Очень надеюсь, что это была действительно улыбка, а не гримаса презрения. — Почаще улыбайтесь, кетч! Вам очень идёт.
Фар молча развернулся и пошёл к выходу, оставив меня гадать, права я была или ошиблась… Может, щёлкать его на сотовый, чтобы разобраться в королевских знаках внимания? Пока не разрядился, хоть использовать… Встрепенувшись, побежала за господином. Шаркая тапочками и удерживая на влажных волосах тюрбан, выскочила из комнаты и нос к носу столкнулась с какой-то красавицей.
— Ай! — вскрикнула невысокая стройная девица и, поджав ногу, поскакала от меня на другой ноге. — Помогите, убивают!