Страница 35 из 83
Осторожный, безгранично нежный поцелуй, подаренный каменной щеке, напоминал поцелуи, которые дарят спящим любимым с утра в порыве трогательной любви и умиления.
- Ты бы ходила только по лепесткам цветов… Я носил бы тебя на руках, прижимая к груди… Как ребенка… Как самое дорогое, что у меня есть…, - шептал голос в гулкой тишине. Мне казалось, что в мире не было ничего, кроме луча света, освещающего две фигуры – черную и белую, которые сплелись в завораживающем, страшном и красивом порыве. Нет, не правда. В этом мире была еще глубокая старая боль вечного отчаяния.
Мне кажется, у меня по ногам потекло... Очень надеюсь, что это - салат!
- Я бы каждый день дарил бы тебе самые роскошные цветы, чтобы видеть твою улыбку, - на выдохе шептал Император, целуя ее белую шею.
Я чувствовала, как мое горло меня поджимает горький ком, когда теплая, живая рука гладит холодную каменную щеку, а нежные пальцы касаются безмолвных губ.
– Нет преступления, на которое я бы не пошел, для того, чтобы однажды почувствовать, как ты тихонько подходишь сзади и обнимаешь меня, а потом гладишь по щеке маленькими пальчиками… Капризничай, вредничай, злись, но живи… Просто живи, любимая…
Император опустил голову, тяжело дыша и трепетно целуя неидеальные изгибы ее тела, а легкая, невесомая ткань сминается его жадными пальцами.
- Я готов убивать своими руками за каждую твою слезу… - его дрожащие пальцы гладили мраморную щеку, а потом коснулись мраморных губ. – Я готов слушать каждое твое слово… О чем бы ты не говорила… Пусть даже это будет пустяк… Я готов целовать тебя каждое утро, прижимая к груди... Целовать все, руки, плечи, губы… Я мечтаю однажды прижать тебя к себе, слыша твое дыхание…
Его задыхающийся голос эхом наполнял молчаливые своды его маленького храма безграничной любви.
- … И считать каждый твой вздох и каждый удар твоего сердце… Я буду засыпать, слушая, как бьется твое сердечко… Я простил бы тебе абсолютно все… Даже… Даже нелюбовь… Я сделал бы так, чтобы ты полюбила меня… Я готов каждый день целовать твои тонкие пальчики … Мне достаточно было бы, если бы однажды просто прижалась ко мне, обняла меня… Я смогу тебя защитить от всего, спрятать тебя, вдыхать запах твоих волос, смотреть тебе в глаза, осыпать подарками… Если бы ты что-то попросила, я дал бы это тебе… - в отчаянии шептал он.
Я чувствовала, как по щекам текут трогательные слезы, а следом за ними потекли отнюдь не романтичные и далеко не розовые сопли. Не знаю, как каменное, но мое сердце уже обливалось кровью.
… - Я хочу однажды поймать губами твой сладко стон блаженства, после того, как ты всю ночь умирала в моих руках… - его голос дрогнул, а он стиснул зубы, тяжело выдыхая. –Ты моя… И только моя… Я хочу видеть, как ты засыпаешь у меня груди… Я хочу в этот момент положить руку тебе на голову, пряча тебя от всего мира… Не приведи судьба кому-то тебя пальцем тронуть… Пусть меня назовут тираном, чудовищем, но пощады не будет… Я готов отдать весь мир за твою улыбку… За один твой вздох… За один удар твоего сердца… За тепло твоих маленьких нежных рук… Я люблю тебя… Ты мне нужна любая… Клянусь, если однажды …
Император тяжело дышал, прикасаясь губами к ее щеке, лаская ее рукой так, что я подумывала забиться в уголок, обнять коленочки и смотреть на мир обиженным взглядом никому не нужной женщины.
- … она выполнит свое обещание, я сделаю тебя самой счастливой женщиной на свете, - прошептал Император, тяжело дыша и прижимаясь щекой к каменным волосам, а потом целуя их в этой завораживающей и страшной агонии. – Я живу, пока в моем сердце есть ты…
Салат уже дотек до щиколотки, а противные сопли до груди…
Я видела, как теплые губы припали к мраморным губам, как нежно поцеловали каменный лоб. Император потом бросил последний взгляд на возлюбленную, медленно отпуская ее каменную руку, развернулся и быстрым шагом пошел к двери. Его глаза снова превращались в острую сталь вполне оправданной ненависти ко всему миру.
Ой! А что я стою? Что я тут замечталась! Быстро-быстро-быстро к двери! Иначе не успею! А!!! Он закрыл дверь! Беда! Надеюсь, что он приходит к ней каждый вечер с завидной регулярностью. Пусть сильно не рассчитывает на мои запасы продовольствия, на его длительную командировку их может не хватить… Мой взгляд внезапно остановился на старом зеркале, а я тут же успокоилась и подошла к статуе, рассматривая ее со всех сторон. Не могу сказать, что она прямо красавица! Так, на любителя! Грудь могла бы быть побольше, талия уже. Лицо тоже не впечатляет! Она обычная…