Страница 6 из 57
После работы я заскочила к Вике с тремя блюдами из кафетерия, где мы с Лилькой частенько устраивали пир набитых животов. Она только и делала, что благодарила меня за вчерашний обет по поводу танцев. Я оттягивала час визита в школу, поскольку судорожные мысли об Алексе кипятили кровь. Я позвонила Вадику, и мы обозначили время встречи.
Собравшись за 2 часа 32 минуты к положенному часу, я уселась к окну в ожидании, когда разбитая колымага Вадика покажется у подъезда. Телефон по-прежнему молчал. Странно… Вадик ни разу за два дня наших встреч не опаздывал. Неужели что-то случилось? Я набрала ему. Длинные гудки в телефоне вызывали подергивания моей ноги. Наконец, послышался дружный смех, а затем и весёлый голос Вадика.
– Пушистая, мне очень жаль, но я не смогу приехать. У нас тут машина сломалась, – на заднем фоне смех стал более заразительным, и чей-то посторонний голос призывал к тишине остальных, которые сокрушались пуще прежнего.
Моя нога отбивала голливудскую чечётку.
– Ещё час назад она была исправна, что с ней случилось?
– Сам не знаю, что-то не заводится.
Теперь от смеха не удержался и он. Внутреннее чутье подсказывало, что причиной их веселья была я с китайской лапшой на ушах.
– Знаешь, Вадик, оставь это для тех… у кого богатый внутренний мир! Думаю, на этом мы закончим.
Я бросила трубку, чувствуя, как лицо багровеет. В своих собственных глазах я выглядела, как индюшка с бестолково выпученными глазами. Поучительные слова Алекса буква за буквой вырисовывала память, и теперь негативные пророчества окончательно сбылись. Представляю, как бы он потешался надо мной! На душе скребли кошки. Конечно, я не влюбилась в Вадика, но такое отношение к моей персоне унижало меня куда сильнее, чем издевки соседа сверху.
Запиликал телефон. Сообщение от Вадика. Наверно, будет извиняться!
«Ты права, нам лучше расстаться…»
Моё сердце упало, а разум покинула чёткость здравого мышления. Мысли стали расплывчатыми, а затем и вовсе испарились. Не-е-ет, только не слезы… В сериале хотя бы из-за любви рыдают, а я чего? А ничего. Просто обидно быть брошенной! Испытав подобное чувство один единственный раз, о котором старалась не распространяться, я тщательно избегала отношений с парнями. Но назад пути нет… Одна ошибка не должна перечеркнуть всю жизнь! И я непременно должна найти нового кавалера...
Пока мои планы на будущее преобразовались в наполеоновские, телефон принял очередное сообщение Вадика.
«Прости, не хотел причинить тебе боль. Просто мы встретились не вовремя…»
Я начинала думать, что он находится под действием алкоголя или дурманящих веществ. И снова смс:
«Ты мне безумно нравишься, но мы не можем быть вместе…»
Ах, какая ирония! Парень жертвует своими чувствами ко мне во имя… во имя… Нет, он точно издевается! Предчувствуя шекспировскую трагедию, моё настроение подскочило вверх.
Тем не менее я потратила кучу времени на сборы, плюс косметику и любимые духи, что натолкнуло меня на идею поехать в школу, где Алекс добьет меня окончательно (а уж в этом сомневаться не приходилось).
Через полчаса я поднялась по ступеням школы и вошла в танцзал. Те пары, что прилежно оттачивали навыки в прошлый раз – во всю репетировали под музыку. Непринуждённо беседуя, Алекс стоял в компании упитанного парня и, заметив меня, сразу подошёл ближе.
– Наконец-то, ты бросила валять дурака! Раздевайся, я как раз заканчиваю с группой, – его голубые омуты заблестели, когда он иронично добавил. – Нижнее бельё только оставь.
Поразительно, как достойно он умеет держаться в разговоре со мной!...
Я повесила пальто и оккупировала скамейку подле стены. Когда группа покинула помещение, радушно прощаясь с учителем, Алекс направился ко мне.
– Ты самоучка или занималась профессионально? – осведомился он.
– С 18 лет с преподавателем и бросила в прошлом году.
– Почему?
– Мне стало не интересно.
– Да, я бы тоже, пожалуй, потерял интерес, если бы танцевал так паршиво.
Закипая от ироничного яда, я «навострила лыжи» на выход, но Алекс остановил меня рукой.
– Не злись, больше не буду! – моё лицо приняло вид щедрого снисхождения, и он отпустил меня. – Ты танцевала только Бачату со своим преподавателем?
– Нет, ещё Танго.
– К сожалению, Танго в Ницце не понадобится. Конкурс состоит из трех этапов: Бачаты, Вальса и третьего задания, которое объявят непосредственно на конкурсе. Пока Бачату отложим и будем осваивать Вальс.
Я покорно согласилась. Показав танцевальное движение, Алекс садился на скамью и следил за мной с похотливым вожделением, словно щеголяла я в неглиже. Мои повороты с воображаемым партнером выглядели неуклюжими; я то и дело сбивалась со счета, подумывая, что Алекс – носитель сильнейшего магнитного поля и нездоровой ауры. При встрече с ним у меня всё идёт наперекосяк, и я становлюсь настоящей бездарщиной.
Пока мы разучивали танец, на улице окончательно стемнело, а два часа времени исчезли, как тени прошлого.
– На сегодня хватит, – сказал он, стянув с загорелого торса рубашку, и повернулся ко мне. Я тотчас отвела глаза. – Так ты переспала с тем холеным маменьким сынком?
К моим щекам вновь прилила краска. Одевая пальто, я отвернулась.
– Допустим, тебе что с того?
Он не ответил, и обоюдное молчание начинало раздражать. По всей видимости, он не расслышал моего вопроса.
– Завтра приходи в это же время. Четыре месяца – немалый срок для обычного человека, но для танцора – это капля в море.
Я собиралась уйти, но он преградил мне дорогу, заключая в объятия. В тот момент я смотрелась, как дохлый ягненок в лапах бурого медведя.
– … если да, то ты полная дура! И я снова прав в отношении тебя.
– Я не обязана отчитываться, трех-ми-нут-ка!
Он прожег страстным взглядом мои губы, не прекращая ухмыляться.
– Ты поедешь со мной. Я обещал Вике, что ты не будешь возвращаться домой в одиночку. Хотя… – он резко отстранился, показывая пренебрежительное отношение. – Лучше позвони своему красавчику. Пусть приедет за тобой. Если, конечно, ему мама разрешит…
Только мой разум просветлел, как вновь пелена ненависти повисла в белоснежных облаках сознания. Он громко расхохотался, а я взяла сумочку и умчала прочь на остановку.
Мерзкий холод заставлял ноги в капроновых колготках покрываться мурашками. Время позднее, и троллейбусы ходили редко. Я искала в телефоне номер такси, как возле меня остановилась белая Тойота Camry. Переднее стекло плавно покатилось вниз, и в поле зрения снова возникло ненавистное лицо с наглой улыбкой.
– Твой бойфренд, похоже, застрял в депо, – съязвил Алекс.
Я скорчила гримасу.
– Ладно, садись уже.
– Я не поеду.
– Прекрати упрямиться!
– Нет.
Он вышел из машины, открыл пассажирскую дверцу и, перекинув меня через плечо, как мешок с опилками, усадил на сиденье. Мои глаза роняли молнии, от безысходности хотелось плакать. Но вместо слёз, сама того не ожидая, я влепила ему звучную пощечину и мысленно испугалась возмущения, сарказма или боевой отдачи Алекса. Однако, его реакция тоже была непредсказуема: вместо вышеперечисленного он метнул на меня страстный взгляд и поцеловал прямо в губы. Я растерялась. Не знаю почему в тот момент не оттолкнула его, а дождалась, пока отстранится он…
Закрыв пассажирскую дверцу, он сел за руль. Всю дорогу мы слушали сонету гробовой тишины. Мысли о Вадике отзывались ноющей болью, и я отгоняла их прочь. Каким образом Алекс угадал насчёт него? Безумный порыв обсудить с ним, какой типаж мужчины мне подойдёт лучше всего, с трудом не вырвался наружу. Как только мы приехали, я выскочила без слов, и уже в десять часов вечера сидела в пижаме на диване своей миниатюрной квартирки.