Страница 18 из 71
- Хорошо, - улыбнулся голливудской улыбкой Макар и вальяжно встал со стула. Сейчас он покажет этой потаскухе её место!
Перед тем, как впустить его в палату, Денис Яковлевич настоятельно порекомендовал:
- Не нервируйте её лишний раз, она на грани нервного срыва.
Макар смело вошёл в палату. Палата на четыре койки, девушка лежит у окна справа. Она одна. Соседки имеются в наличии но, судя по всему, вышли.
Полина испуганным взглядом встретила его и со страхом смотрела за его приближением. Доктор зашёл следом.
- Денис Яковлевич, оставьте нас одних, пожалуйста, – громко попросил Макар. Зверь требует расправы, нет жалости к этой шлюхе! Она кому-то давала, она залазила на чей-то член, пока трахалась с ним! Сучка!
- Я могу Вас оставить с ним? – спросил заведующий отделением у Полины.
- Да, – хриплым голосом, почти полушепотом, ответила Полина. Вчерашнее удушение не пошло на пользу связкам, она частично потеряла голос и охрипла.
- Хорошо, – согласился доктор и ободряюще улыбнулся. – Я буду рядом.
Макар поморщился и, не дожидаясь, когда уйдет доктор, поставил пакет с вещами на пол возле тумбочки, положил её телефон на тумбочку и сел рядом на кровать.
- Как себя чувствуешь? – спросил холодно Макар. Его действительно интересует её состояние, крови вчера было много. На шее видны кровоподтеки и синие полосы, запястья – сплошной синяк, губы опухли.
- Это имеет для тебя значение? – прошептала она в ответ и отодвинулась от него к стене, лицо стало на минуту бледнее от боли. Рука непроизвольно легла на одеяло на низ живота.
- Чей ребенок? – вырывается у Макара, он схватил её вторую руку за запястье и крепко сжал, до боли. Она озадачено посмотрела на него, не обращая внимание на боль в запястье.
- Чей ребенок? – повторил хладнокровно Макар. А ревность гложет, ревность шепчет ядовитые слова в самое нутро его гнилого сердца.
- Тттвой, – напугано ответила Полина. – Это был твой ребенок.
- Ты шлюха, кого пытаешься обмануть? С кем ты трахалась кроме меня? – злобно прошипел Макар и сжал её запястье сильнее.
- Ты совсем спятил? – возмутилась неуверенно Полина, пытаясь вырвать руку, но сил ей не хватило. – Ты же в курсе, где я была и когда! Ты, вообще, о чем?
- Я всё равно узнаю и убью его! – угрожающе предупредил он её, и уже спокойно сказал: – А теперь о насущном. Скажешь, что мы практиковали садомазохизм. Откажешься от обвинения в изнасиловании, иначе тебе же хуже будет.
- Пошёл вон! - зашипела в ответ Полина.
- Ты не вечно будешь лежать в больнице, – хищно напомнил он и отпустил её руку. В голове возникла мысль, что он не видел, как она плачет с того момента, как вернул её домой. Она, наверное, должна рыдать после случившегося. Внутренне содрогнулся, глядя на её ощетинившуюся, готовую броситься на него в любой момент.
- Я ненавижу тебя! – истерично вскрикнула сиплым голосом Полина и, забыв про всё, вскочила с постели, на ходу вцепляясь ему в горло руками. Он легко оторвал её от себя, и, бьющуюся в его объятиях, уложил обратно в кровать. Он удерживал её, давая возможность успокоиться.
- Лежи спокойно, тебе нельзя скакать! – злобно прорычал он в её ухо. - Тебя переведут в отдельную палату. Телефон я принёс, любой каприз будет выполняться «по мановению волшебной палочки». Если ДНК покажет, что ребенок был не мой, я на тебе живого места не оставлю! А теперь отдыхай.
Она замерла, шокированная его словами. Макар был доволен, ему удалось напугать её, он поцеловал её в щеку и ушёл.
Через час адвокат подтвердил, что Полина отказалась от своих слов об изнасиловании. С её телефона установленная программа дублирует сообщение, отправленное её матери со списком необходимым для неё в больнице. Она не просит его о помощи.
Макар злился… Своевольная скотина! Созвонился с её матерью, представившись её сожителем и сказал, что купит всё сам. Очень вежлив и предупредителен в разговоре. Его мягкий завораживающий голос обезоруживает любого, он это знает. Его уловки действуют на всех, кроме Полины.