Страница 206 из 216
Глава 835. Золотой щит, омытый горячей кровью
— Мы отследили сигнал телефона. Вызов исходил из здания по адресу: улица Голубой Воды, семь. Пусть они и выключили сам телефон, мы все еще можем отследить источник.
— Чтоб их, снова улица Голубой Воды…
— Почему тогда вы бездействуете? Чем полиция вообще занята?
— Вы думаете, я не хочу нанести удар? Если бы мог, уже давно бы сделал. Но… Кровавый Серп уверен в себе и никого не боится. Почему? Да потому, что у них много Гомункулов. Кроме того, на их стороне действительно сильный эксперт.
— Кого волнует, какой у них там есть эксперт. Главное, что сестренка Юэ в их руках. Если полиция собирается ждать до одиннадцати вечера, то пожалуйста. Я этого делать не намерен. Каждое мгновение промедления — это ещё большая опасность для неё!
— Брат Лэй, не паникуй!
Бам!
— Брат Сяо Яо, я думал, что ты любишь сестренку Юэ как и я, и пойдёшь на все ради её спасения. Но я ошибся. Для тебя важнее всего твоя собственная безопасность.
Ван Синь глядя на меня, произнес:
Я посмотрел на капитана и произнес:
— Молчать! — прикрикнул на меня Ван Синь. — Твоя работа — исполнять приказы, а не самодеятельностью заниматься!
— Верно, жизнь других людей важна. Но что насчет Дун Чэн Юэ? Как же она? Вы подумали о том, что Кровавый Серп может с ней сделать?
— Ли Сяо Яо, прекрати истерику. Ты офицер полиции и командир спецотряда. Кому, как не тебе, видеть ситуацию в целом! Вертолеты и бронетранспортёры из воинской части вот-вот прибудут в Ханчжоу, но для этого нужно время. К тому же ты прекрасно понимаешь, что обычным полицейским с Кровавым Серпом не справиться. Ты же не хочешь заставить нас выйти на улицу Голубой Воды, чтобы разменять жизнь Дун Чэн Юэ на тысячи жизней других людей?
— Капитан Ван Синь, вы помните нашу присягу? Мы поклялись под Государственным Флагом, что ни словом, ни действием не оскверним Золотой Щит. Но разве то, что мы готовы принести в жертву Дун Чэн Юэ, не оскверняет мой значок? Вы говорите, что я ставлю личные интересы выше общих, но разве я не один из вас? Дун Чэн Юэ такой же человек, как и другие, так какое мы имеем право принести её в жертву?
— Что ты хочешь от меня? Что я должен сделать? Бежать сломя голову как ты на улицу Голубой Воды, чтобы показать всему Китаю, как Кровавый Серп расправляется с сотнями полицейских и заливает их кровью город?
— Тогда я буду действовать как частное лицо, а не как полицейский.
Я замер.
Я в растерянности пробормотал:
На глазах у парня показались слёзы, он ответил срывающимся голосом:
Шэнь Бин положила мне руку на плечо:
В этот момент Лин Ван Ер, которая пришла вместе с отцом, сорвалась с места и подбежала ко мне. Она оттолкнула Син Ле, встала передо мной и закричала:
Я устало вздохнул:
….
— Если полиция собирается бездействовать, то я сам пойду. Если такой старый мешок с костями умрет сегодня, то так тому и быть!
— Дун Чэн Фэн, почему ты ведешь себя как импульсивный юнец?
— Потому что заложница — моя дочь, а не твоя. Не твоего ребёнка забрали, но ты спрашиваешь меня, почему я так себя веду?! Вы тянете время и ничего не делаете. Вы уверены, что эта форма вам подходит?
За него ответил начальник полицейского управления:
После его слов в комнате наступила тишина.
…..
— Син Ле, не смотри так на брата Сяо Яо, в этом нет необходимости. Ли Сяо Яо, пойдём со мной. Я покажу тебе картину с камер улицы Голубой Воды.
Я устало опустился в кресло и потер глаза. Тревога переполняла меня. Что теперь делать? Мне что, сидеть тут и молиться, чтобы с Дун Чэн Юэ ничего не случилось?
— Где Дун Чэн Лэй?!
— Не знаю, никто за ним не следил.
— Вашу мать… Этот глупый ребёнок реально отправился туда?
— Капитан Ван, машины Дун Чэн Лэя нет. Кто-то видел, как он ехал в сторону улицы Голубой Воды.
— Капитан Ван, отправьте кого-нибудь его вернуть! Нужно сообщить полицейским в оцеплении, чтобы они его ни в коем случае не пропустили туда!
— Конечно! Сделаю немедленно!
…..
Я не хотел даже думать, что сейчас переживает Дун Чэн Юэ. Если с ней что-то случится, я буду винить себя всю жизнь и никогда себя не прощу.
— Командир, зайдите внутрь…
…..
Не знаю, сколько времени прошло, когда снаружи послышались голоса. Я сорвался с места:
Шэнь Бин повернулась ко мне с пепельно-белым лицом, её губы дрожали:
— Малыш Лэй… — я почувствовал, как внутри оборвалась туго натянутая нить. — Малыш Лэй, как…
Я поскользнулся и упал, поднялся, и, не пытаясь отряхнуть грязь с одежды, пробрался через толпу. На носилках лежало мёртвое тело. По одежде я понял, что это Дун Чэн Лэй. Кроме того, я заметил на запястье татуировку — голову волка. Он сделал её сам, она выглядела не очень красиво, но второй такой точно нет.
Дун Чэн Фэн упал в обморок. Хотя Лэй был его приемным сыном, он любил его как родного. Страшно даже представить, какую боль сейчас испытывает несчастный отец.
Шэнь Бин с тревогой взглянула на меня. Кажется, она боится, что я сделаю какую-нибудь глупость.
….
— Ли Сяо Яо, ты… ты не…